Чтение онлайн

Обугленные камни развороченных домов, словно расплавленные Иларом шоколадные фигурки на уродливом торте, растеклись и застыли на улицах Аяша в новых замысловатых формах. Над развалинами витали запахи гари, жареного мяса и смерти. Город оглох и онемел. Не было привычного гомона буднего дня спешащих по своим делам людей. Никто не смеялся, не ругался и не спорил. Звуки жизни и движения исчезли. Лишь рыдания безутешных женщин, потерявших детей, мужей или дом, а может и всего сразу, разносились над разрушенным городом. Точнее над приморским районом Аяша, самой пострадавшей частью которого стал порт, где высадились двое фархаров. Они без труда преодолели защитный маяк Айдана III и за пару минут сравняли с землей десять кварталов. Темные спалили бы весь город, но вовремя прибывший король Фостэйна не допустил этого. Черные великаны едва не убили его. Слишком сильны были их заклятия, и они до обидного быстро плели сложнейшие сети мощнейшей волшбы. Всюду сопровождающий своего короля Мерод Люхтерстейн тоже вступил в открытый бой с темными демонами. Однако если бы не Айдан, погиб, не выстояв и десяти секунд. Задача его была предельно проста и сложна одновременно – беспрерывная передача своей Силы правителю Фостэйна. Королю удалось сдержать смертельную волну фархов, направленную на погребение целого города, а затем и дать отпор этим детям Тьмы. Страшная магия встретилась в небольшом городке Магнуга, ворочая такие энергии, от которых магический Источник Мерода сжимался и гадко пульсировал.

Айдан убил фархаров, однако для этого потребовалось выкачать из герцога Люхтерстейна все Силы. И теперь закопченному и покрытому антрацитовой сажей Мероду с опустошенным резервом приходилось в ручную разбирать завалы жилых домов. Ему помогали такие же грязные и пыльные латгарды, небольшое число аяшцев, что не успели сбежать из города, и сам король. Они пытались откопать живых из-под груды камней.

Герцог устал неимоверно. Истощение магических Сил всегда плохо сказывалось и на физическом состоянии организма. Поэтому даже небольшие булыжники разрушенных строений казались ему чем-то неприподъемным. Воющая в стороне женщина позитива не прибавляла. Однако Мерод старательно разбирал кучи каменного мусора в надежде отыскать жизнь. Очевидно, Айдан тоже подрастратил свои магические силы, так как орудовал руками.

Спустя полчаса король приказал латгардам помочь ему сдвинуть внушительных размеров плиту. В открывшейся взорам яме лежал десятилетний мальчонка. Он был без сознания. Воющая женщина тут же спрыгнула в земной провал, голося на магнугском языке и ощупывая ребенка.

– Жив! Жив! – с акцентом воскликнув на геллийском, радостно разрыдалась она, зацеловывая пыльное лицо мальчика, который сонно открыл светло-карие глаза. – Спасибо, Ваше Величество! Оркус Всемогущий! Спасибо!

Латгарды помогли им выбраться. С мальчишкой всё было нормально, лишь сломанная рука заставила его хныкать. Однако по сравнению с тем, что он мог умереть, это была сущая ерунда. Главное, жив, а кости срастутся.

Женщина потащила свое чадо в сторону неразрушенной части города, а мужчины, что несколько часов занимались разбором завалов, сели на несколько минут передохнуть. Пока латгарды пили воду из фляг, Айдан подозвал к себе герцога.

– Мерод, отправляйся за людьми, что бежали из города, – устало приказал король. – Скажи, что их правитель уничтожил угрозу и можно смело возвращаться. Надо восстановить то, что фархи успели разрушить.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – кивнул Люхтерстейн (на поклон сил ему не хватило).

Рысаков не было, так что уставшему герцогу пришлось идти пешком. Очевидно, король таким образом решил дать отдохнуть своей «правой руке», чтобы он не ворочал тяжеленые камни. Только топая через пустынные заваленные кварталы, Мерод даже и не знал, что лучше. Ему приходилось останавливаться пару раз, чтобы передохнуть, настолько его изматывала ходьба. Да уж. В этот раз Айдан забрал слишком много магического ресурса. Обычно трех часов хватало, чтобы Источник восстанавливался хотя бы до уровня поддержания физических процессов. Прошло уже пять, а Люхтерстейн ощущал себя старым древним стариком, для которого обыкновенная пешая прогулка была настоящим подвигом.

Наконец, впереди показался относительно целый квартал, покрытый пылью. Людей там не было. Впрочем, Мерод и не надеялся встретить их на первой же неразрушенной улице. Ему нужен был лишь рысак. Народ бежал из Аяша, бросив всё свое имущество. Где-нибудь в запертых дворах однозначно должна была остаться перепуганная скотина.

Движимый этой ободряющей мыслью, герцог побрел в переулки, ища по звуку и запаху какой-нибудь обитаемый сарай. К его неудовольствию те, что он находил, оказывались пусты. Грязный, злой и уставший Мерод добрел до шестого по счету двора, откуда слышались звуки жизни, и открыл деревянные двери. Стоило это сделать, как в грудь врезалось какое-то огромное мохнатое рыжее рычащее пушечное ядро, опрокинувшее мага на землю. Следом раздался бешеный лай и рычание явно не одной собаки. Мерод осознавал это плохо, потерявшись в собственном крике. Рыжий пес намертво вцепился ему в плечо, метясь в шею, но промазав, так как мужчина успел увернуться.

Собрав крохи магии в своем пустом Источнике, герцог со всей силы ударил искрящимся морозом кулаком поганую псину в морду. Удар получился слабый, но волшба помогла. Рвач разжал челюсти и отшатнулся. Мерод успел вскочить на ноги. Зажав рваную рану, заливающую землю алой кровью, он уже собирался бежать, метнув взгляд на рычащую свору. Десяток оскаленных пастей ринулись на него, почуяв запах крови. Убежать от них точно не получится. Магии не было, только меч.

Правой неповрежденной рукой, Люхтерстейн расчехлил оружие, в панике скользнув взглядом по тупиковому пространству, колодцем окружающему проклятый двор. У дальней стены громоздились сваленной кучей ящики, тянущиеся до самой крыши одного из облупленных домов. Это единственный шанс спастись.

Здоровый черный рвач кинулся на человека, обнажив клыки, словно острые желтые камни. Мерод полоснул мечом, попав по мохнатой шее. Брызнула кровь животного, издавшего жалобный визг. Опасности он теперь не представлял, однако его устремившееся в прыжке тяжелое тело успело сбить герцога и повалить обратно на землю. И сразу же вся «дружная» компания ринулась на сопротивляющийся свежий кусок мяса. Мерод взвыл, ощутив, как в бедро ему словно впились огненные кинжалы. Он попытался ударить рыжего рвача мечом, но в руку с оружием вцепилась еще одна пасть.

«Нет! Меня не сожрет бешеная стая рвачей!», – в отчаянье возопил про себя герцог Люхтерстейн, слепо пытаясь отопнуть свободной ногой хоть одну псину. Яростная пасть вцепилась в напряженную икру, не оставляя ему шанса. Мерод взвыл, потянувшись к своему магическому Источнику, собираясь его иссушить. Да, он убьет себя, зато прихватит с собой всех этих шерстяных тварей. Только маг сконцентрировал сознание на дрожащем от боли Источнике, как самый здоровый рыжий рвач жалостливо взвизгнул отлетев в сторону, отпустив разорванное бедро Мерода. Следом противно тявкнул тот, что драл икру мужчины, также освобождая его ногу от своих острых зубищ-капкана. Третьего пса, что грыз руку, тоже отнесла от герцога какая-то неведомая сила.

В грязном, вонючем, улитым кровью тупике больше не раздавался воинствующий лай. Только визг. Плохо соображая, Люхтерстейн перекатился на бок, прижимая руку к рваному бедру. Он видел, как мелкие рвачи бросились наутек к узкому проулку. Самые же крупные псы валялись рядом с перерезанными глотками в лужах крови, то ли его, то ли своей, мелко подрагивая судорогами. Над рыжим возвышался высокий мужчина с окровавленным кинжалом. Он был одет в обычную льняную светлую рубаху, рамивые черные штаны и мягкие сапоги. В правом ухе блестело серебряное кольцо, а виски были выбриты. Даже несмотря на эти яркие признаки, говорившие о том, что это не простой прохожий, Мерод и без них догадался, кто перед ним. Мощная фигура и острый внимательный взгляд выдавали в спасителе квихельма. Герцог был уверен, что если мужчина повернется, то его глазами предстанет длинный до пояса хвост.

– Ты – Мерод Люхтерстейн? – сурово сведя брови, спросил он.

Боль была так сильна, что маг даже не испытал удивления.

– Да, – на тяжелом выдохе, выдавил герцог из себя, переведя взгляд на свою уродливую рану, из которой толчками выплескивалась вместе с жизненными силами кровь.

Квихельмы редко приходили к магам просто так. Как правило, Братство присылало своих детей к колдунам, чтобы убить. Это знал каждый мальчик, юноша, мужчина, имеющие магические способности. Знал это и Люхтерстейн. Вот только сейчас ему было совершенно безразлично, с какой целью явился Палач Оркуса – убить его или просто мимо проходил. Впрочем, если он не выпотрошил колдуна в первую минуту своего появления, значит, лишение жизни стоит у него не в прерогативе.