Чтение онлайн

— Прост, как три медяка, — вздохнула девушка, потрепав гаркана по черным волосам, словно сторожевого пса. Зорон даже слегка напрягся от такой фривольности жеста, особенно после фразы про уничтожение теней. Еще придется отбивать тень, мало ли, что у этого краснокожего в голове! Такой и косой взгляд как оскорбление воспримет. Но нет, Арджан это проигнорировал, как и полагается статуе, которая по какой–то причине двигается и время от времени говорит.

Зорон ещё раньше заметил, что у гаркана неоднократно сломанный и неправильно сросшийся нос, оттого и говорил он так глухо и низко, частично проглатывая слова. Вообще очень удобно оценивать представителя другой расы, когда совсем рядом есть еще несколько образцов. «Его» гаркан возвышался даже над своими сородичами, он был поистине огромен, широк в плечах, и вгонял в ощущение собственной физической неполноценности любого, что стоял бы с ним. Огромное животное, неоднократно раненое причем. На свету Зорон видел на его теле, несмотря на целую кожу почти без следов и шрамов, отпечатки страшных ранений: искривленные ребра, утолщение на ключице, одно плечо чуть выше другого, выщербины на спине. Создавалось впечатление, что парня неоднократно прокрутили в мельничном жернове, а после исцелили альгамой, не утруждая себя складыванием костей. Кстати, верхнюю одежду им запрещает носить религия? Все гарканы и гарканки которых Зорон успел рассмотреть, не укрывали себя даже верхом, и уж точно не кутались в теплые одежды, хотя стоило бы: на корабле было достаточно холодно, несмотря на тепловые пушки. Темные соски гарканок, прикрытые лишь их суровыми и неодобрительными взглядами, приковывали внимание Зорона, даже вопреки его желанию. Хорошо хоть штаны, широкие, беленой парусины, гарканы все–таки носили, причем вне зависимости от пола, женщины, в отличие от мужчин, красили кожу на висках — те самые места, где у этой расы не было привычной для людей растительности — в узоры и полосы.

Море, безграничное море кипящих облаков. Корабль вынырнул из него со скрипом, шорохом, хлопаньем парусов, запахом кожи и масла, криками гарканов и людов. Смотреть на окружающий пейзаж стало гораздо интереснее, ведь внизу до самого горизонта раскинулись горы — бесконечные каменные уступы, каньоны и обрывы, покрытые неровным ковром темной зелени. По левую руку сияло рассветное солнце, а воздух был настолько свеж и прозрачен, что легкие Зорона, привыкшие к испарениям и сырости в пригороде, даже поначалу не принимали его.

Драконы исчезли, и доктор расстроился, что так и не смог их рассмотреть. Но сегодняшний день решил побаловать его не только судорожным кашлем от чересчур холодного и насыщенного кислородом воздуха, но и довольно впечатляющим зрелищем. Сначала он даже не обратил внимание на точку где–то на самом краю горизонта, темное пятно, подсвеченное розовыми лучами неподвижно застывшего рассветного солнца. Но пятно стремительно приближалось, увеличиваясь в размерах. В сторону корабля, почти не шевеля крыльями, летел дракон.

Сложно описать животное, совершенно непохожее ни на что виденное ранее. Дракон приближался, теперь Зорон мог хорошенько рассмотреть его и сделать вывод: нет, эти создания не имеют ничего общего ни с ящерами, ни с птицами, ни с другими летающими и сухопутными животными которых он знал. Схематичный рисунок дракона в книге по зоологии тоже не имел ничего общего с своим реальным прототипом.

Он описал бы это существо, как заключенный в образе животного дым, настолько изящной и текучей была его форма. Он не летел, он перемещался, будто не имея веса, гонимый потоками воздуха, словно гигантский летучий змей. Несколько гарканов и людов высыпали на верхнюю палубу, показывая жестами в сторону животного и обмениваясь обеспокоенными фразами с сильным акцентом. Похоже это зрелище не было запланировано. По крайней мере на драконов, которые сопровождали судно всего то полчаса назад, экипаж так не реагировал.

— Что–то не так, — покачала головой Кирстен.

— Тебя удивляет дракон в районе драконнеров? — удивился доктор, пытаясь понять причину общей суматохи.

— Ну, для начала, драконнеров тут не так уж много, — тень встала с кресла и подошла к боту, придерживая шляпу, — в основном ётуны. Но их города дальше, там, где холоднее и всегда снег. Там еще красивее, чем здесь.

— Нет ничего лучше пригородов в Сумерках, — пробурчал Зорон.

— Почему? — заинтересовалась тень — Арджан, ты думаешь то же, что и я?

Гаркан встал и подошел к тени.

— Потому что в пригородах никогда ничего не происходит, — вздохнул Зорон, отвечая на вопрос тени после долгой паузы. Вряд ли она услышала его из–за расстояния и общего гомона, так что сказал он скорее себе, чем ей. Похоже, он один остался сидеть, размышляя, не перевернется ли корабль оттого, что такая толпа собралась у одного борта.

Но, похоже, конструкция судна такие случаи предусматривала, оно лишь покачивалось чуть сильнее, чем обычно. Зато я теперь Зорон не видел дракона и поэтому совсем не беспокоился насчет него: значит, и он не видит доктора, всадник просто полетит мимо — и все дела.

Корабль, Шелль Трой, корабль!

Поэтому, когда хлопки крыльев приблизились, и дракон взмыл в небо из–под борта судна, это оказалось неожиданностью только для Зорона, который даже не рассмотрел, оседлан ли он. Поток воздуха чуть не сбил доктора со стула, судно сильно качнулось, его повело в сторону. В нос ударил своеобразный запах, острый, терпкий, чем то схожий с миндалем или цианидом.

Существуют ли дикие драконы? Ну… раз есть ручные? Эта мысль пришла в голову Зорону впервые, и он вскочил, аккуратно поставив на место чуть не упавший стул.

— Все в порядке! — донесся немного неуверенный голос Кирстен, Люди и гарканы прибывали, поднимаясь из внутренних помещений корабля. Похоже, на верхней палубе собрался весь экипаж.

Как–то не очень обнадеживающе прозвучало.

Дракон кружил над мачтой, чудом не задевая паруса. Зорон тихо понадеялся, что физиология этих животных не сходна с птичьей. Все еще не верилось, что на культурном корабле в самом охраняемом районе Города что–то может пойти не так. Да и как можно поверить в то, что тебе может угрожать настолько большая живая… штука? Доктор не до конца верил в существование этих созданий и не понимал, как такой вес удерживает себя в воздухе,а как можно боятся в то, что даже осознать не можешь?

Арджан прорычал что–то на своем языке, гаркане в толпе ему ответили, завязалась короткая перепалка из рыка и ворчания, а после гаркане начали теснить остальной пассажиров к бортам.

Темнокожая гарканка с сильным акцентом попросила Зорона последовать примеру остальных и отойти к борту. Оказалось, дракон все это время пытался приземлиться (прикораблиться?), в общем, сесть на палубу, что и сделал, когда место для него расчистили, растащив стулья и столики в разные стороны.

И как же изящно сделал! Не задев паруса, не запутавшись в снастях, даже не зацепив никого из присутствующих крылом! Виртуозное управление собственным телом! Хотя, возможно, это была целиком заслуга всадника.

Зорон, наконец, смог рассмотреть невероятное существо, и даже почти поверить в то, что оно живо и вот, на расстоянии вытянутой руки от него. Сердце встревоженно билось в грудной клетке, а когда животное на долю секунды встретилось с ним взглядом, во рту появился неприятный привкус крови.

Оно было… неправильным.

Корабль — настоящий, горы, хоть и чересчур большими, чтобы осознавать их как обьект, существовали, пусть и где–то там, вдалеке. Тень, гаркан, люды, все вокруг было материальным. Зорон чувствовал привычные, настоящие запахи от них — одежды, пота и специй, слышал дыхание и тихие разговоры, пусть и на неизвестном ему языке, слышал скрип снастей и трепет паруса. Все вокруг было настоящим.

Кроме него.

Это создание было неестественным, будто вырванным из самых темных глубин моря, куда не добираются даже гарканьи корабли. Иным. Чужим. И оттого неприятным. Его дыхание, по крайней мере Зорон посчитал им издаваемый животным тихий шорох, казалось странно не ритмичным, а мелкие плавные движения — слишком текучими для живого существа,

Дракон оказался грязно–черным с серым налетом, словно уголь в камине поутру, маленькие глазки сверкали из–под надбровных наростов. Длинная шея, напоминающая лебединую, изящно завернулась, когда он стал на лапы, крылья, что заняли бы половину палубы, компактно сложились в четыре валика по сторонам спины. Хвост при ближайшем рассмотрении оказался просто декоративными пластинами, что начинались с хребта, и не имели под собой мыщц.