Чтение онлайн

Следует добавить, что крупнотоннажные производства изначально ориентированы на крупных потребителей, которые чрезвычайно консервативно относятся к изменению (улучшению) ассортимента, так как имеют те же проблемы, что и производители.

Таким образом, для стабильной работы ТНХК необходима поставка 1 млн. тн прямогонного бензина в год, но добиться этого без целевой переработки нефти, протекающей мимо ТНХК в другие регионы, невозможно. Единственное кардинальное решение сырьевой проблемы ТНХК — нефть.

3. Проблемы управления ТНХК.

Крупнотоннажность производств диктует и соответствующую систему управления с жёсткой исполнительской дисциплиной. Нельзя все проблемы комбината объяснять только общероссийским беспорядком. Ряд неудачных кадровых решений последних двух лет как со стороны московского, так и местного руководства ТНХК привёл к «разрыхлению» управленческой вертикали, неудовлетворительной работе коммерческой и финансовой служб. Большое число заместителей, даже в цехах более одного, создаёт атмосферу общей безответственности. Требуется срочно качественно изменить структуру управления, всех лишних заместителей немедленно убрать. Как вариант — создать из высокопоставленных и квалифицированных специалистов группу советников, экспертов — потенциальный резерв на руководящие должности.

Важнейший элемент нестабильной работы ТНХК (и в будущем) — утечка высококвалифицированных кадров. Подготовка обслуживающего персонала крупнотоннажных агрегатов — длительный и сложный процесс. Скажем, завод метанола добился стабильной работы пройдя через 5 лет рукотворных аварий. Казалось бы надо постоянно готовить молодые кадры, но этого не происходит. С одной стороны, задержки зарплаты. С другой, уровень зарплаты не соответствует сложности и ответственности выполняемой работы. По справке ВНК показываемая средняя зарплата в 1996 г. на Ачинском заводе в два раза выше, чем на ТНХК, а на Московском НПЗ (выпускает полипропилен) в четыре раза. Но фонд оплаты труда крупнотоннажных производств составляет сравнительно небольшую долю от общих расходов и на ТНХК в том числе. Проблема кадров на ТНХК чрезвычайно серьёзна, постоянно повышается риск производственных неполадок вследствие расхлябанности и (или) необученности персонала (износ оборудования здесь не рассматриваем). Уже сейчас ни одно производство ТНХК не в состоянии проработать на полную мощность даже в течение одного месяца.

Господин губернатор! Господа московские хозяева ТНХК!

Если Вы действительно желаете, чтобы ТНХК работал и приносил пользу региону и России, необходимо в течение 1997-98 гг. построить нефтепереработку и провести реконструкцию завода полипропилена. До этого решить вопрос с ВНК (может быть через ВНК) о поставке минимум 50 тыс. тн бензина в месяц и с Газпромом о поставке необходимого количества газа для производства метанола.

Директор научно-исследовательского центра

ОАО «ТНХК», работник ТНХК с 05.09.77 г., кхн, доцент Э.Г.Полле

Телефон: 730–078

28.03.97 г.

P.S. Во время подготовки настоящего обращения стало известно о передаче в арбитражный суд дела о банкротстве ОАО «ТНХК», но этот факт дополнительно убедил автора в целесообразности акцентирования внимания на основных болевых точках ТНХК. Хочу надеяться, что изложенные соображения будут полезны.

Резонанс приличный, упомянуло радио, много звонков и встреч с людьми (и ответственными!), не было реакции только от главного адресата и руководства комбинатом. На ТНХК многие со стороны наблюдали: что со мной будет? А ничего, никакой официальной реакции. Правда, однажды Могутов (председатель совета директоров), единственный из руководства области и ТНХК, на ходу бросил положительную реплику и пожал руку.

Почти через год 16.03.1998 г. в почту губернатора я положил новое обращение «Эксперименты над ТНХК продолжаются». Здесь, помимо традиционных для ТНХК сырьевых вопросов, много уделено внимания кадровой политике очередных хозяев ТНХК. Очередное обращение к губернатору газета побоялась напечатать, резонанс типично «совковый» и подробно описан ниже.

01.04.1997 г. на ТНХК состоялась комедия под названием конференция трудового коллектива (1 представитель от 100 сотрудников). В НИЦ выдвинули меня. Всего 56 делегатов и «куча» приглашённых. Два вопроса: выдвижение представителя в арбитражный суд и для работы среди кредиторов (Евтушенко); рекомендация от ТНХК кандидатуры внешнего управляющего — А.В.Ленского. Вёл конференцию и говорил только Толстов. Ни вопросов, ни обсуждений. Только голосование. По Ленскому 36 — за, 14 — против, 6 — воздержались. Доводы Толстого очень легко было оспорить, но некому этим заниматься, так как большинство делегатов — руководители подразделений. Я демонстративно прямо перед носом Толстого голосовал против. Ленский — юрист-попрыгунчик, якобы имеет лицензию на внешнее управление. Поскольку внешним управляющим не может быть работник предприятия, проходящего процедуру банкротства, Ленский задним числом уволен с должности 1-го заместителя генерального директора ТНХК. Абсурд, в моём представлении, а ведь комбинация явно хорошо продумана шустрыми москвичами.

29.04.1997 г. первый звонок по поводу статьи в «Красном Знамени»: рвётся на встречу Мендельбаум — руководитель «Томск Петролеум Компани», компании, выигравшей тендер на создание нефтепереработки для ТНХК в районе села Малиновка (её первый руководитель Рабинович убит вскоре после оглашения результатов тендера). Встретились, поговорили. Убедился, убийство президента компании — сигнал, в обозримом будущем на ТНХК нефти не будет.

10 мая на даче в Оськино встретился с Ю.А.Евдокимовым (многолетний высокопоставленный руководитель ТНХК в сфере транспорта, в это время работал на Сибирском химкомбинате вместе с генеральным директором Хандориным) и узнал потрясающую новость. Оказывается, 8 мая из Москвы прилетел Хандорин. Он подписал с Кахой Бендукидзе договор о продаже Сибирскому химкомбинату (СХК) контрольного пакета акций (56 %) за $35 млн. + СХК взял на себя 145 млрд. руб. долгов ТНХК концерну «Биопроцесс-Нипек». Рассказал о предполагаемых кадровых передвижках на ТНХК, того-то назначаем генеральным директором, тех-то убираем, Полле предполагаем на должность технического директора.

Скажу откровенно, никогда не рвался на должность главного инженера или технического директора, не технарь по складу ума. Но предполагаемое появление в руководстве ТНХК Хандорина меня обрадовало, никакого сравнения с Толстовым, небо и земля. Жизнь показала, что даже такие гиганты-руководители советского времени как Хандорин оказываются телятами в рыночной экономике. Чекистам и газовикам Хандорин нужен был в качестве раздувающей щёки крупной и известной фигуры, не более того. Жаль, сам Хандорин далеко не сразу это понял, пытался демонстрировать своё влияние на принятие решений внутри ТНХК. А я так на Хандорина надеялся! И читатель вскоре поймёт моё разочарование.

12 мая выступил перед коллективом с обычной повесткой (положение на ТНХК, положение в НИЦ, необходимость форсировать выполнение программы НИОКР). Коснулся хода работы арбитражного суда по введению внешнего управления на ТНХК. Первый раз арбитражный суд перенёс заседание на 6 мая. 5 мая очень довольный Толстов заявил, завтра в 9:30 всё решится. Вопрос с банкротством решён, все долги откладываются на 18 месяцев. На ТНХК определяется внешний управляющий Ленский (поддержан областной администрацией!!!). Ранее (29.04.1997 г.) СХК представлял кандидатуру Прохора, но суд отклонил под предлогом отсутствия лицензии. Подробности судебного заседания трудно узнать, суд закрытый, журналистов оттуда выгнали, на ТНХК спросить некого. 6 мая арбитражный суд перенёс заседание на 5 июня. Понять что-либо невозможно. Обращаюсь к юристу ТНХК Евтушенко: несколько организаций-кредиторов (Инкомбанк, Томская мэрия, Газпром) обратились с ходатайством о необходимости дополнительно изучить документы, возможно, обойтись без банкротства и ограничиться санацией; СХК подал ходатайство о необходимости отложить суд, так как ведутся переговоры с Биопроцессом о покупке контрольного пакета акций ТНХК (вскакивает на суде Казбеков «Я — генеральный директор Биопроцесса, никаких переговоров о продаже акций ТНХК не ведётся»). По мнению Евтушенко, никому нет дела до того, что комбинат практически не работает.

Рассказал коллективу и о контактах Хандорина с Бендукидзе. Мои откровения в НИЦ мгновенно облетели ТНХК, сказался голод на всех интересующую информацию. К сожалению, обильно упоминается моя фамилия, это не здорово. Неделю спустя неожиданно (через секретаршу, не по прямому проводу) в присутствии группы руководителей позвонил Толстов и начал отчитывать: что за собрания трудового коллектива ты собираешь?; ты сам с Хандориным встречался?; ты видел какие-нибудь документы?; а кто тебе говорил?; зачем распространяешь слухи; ты, что — представитель Хандорина? Угрожал уволить распространителей слухов, пусть новый директор снова принимает на работу. И много ещё чего. Что-либо вразумительно ответить не смог, трудно вклиниться в монолог. В который раз убедился, язык мой — враг мой. Кому-то выгодно трепать мою фамилию.