Чтение онлайн

— Конечно.

— Вы привели его с собой?

— Один его батальон,— согласился Джон Фалькенберг.— Их женщины ждут, чтобы присоединиться к нам, когда мы устроимся. Когда Сорок Второй был распущен, солдаты решили остаться вместе, если смогут.

— Так значит, вы привели с собой не только офицеров, но и солдат тоже.

— Да,— в выражении лица Фалькенберга по-прежнему ничего не изменилось, хотя Хамнер вглядывался в лицо собеседника.

Джордж испытывал и страх, и облегчение. Если это были солдаты Фалькенберга...

— В чем ваша игра, полковник? Вы хотите большего, чем просто плата для ваших солдат. Хотел бы я знать, не следует ли бояться вас больше, чем Брэдфорда?

Фалькенберг пожал плечами.

— Решение должны принимать вы, мистер Хамнер. Я мог бы дать вам слово, что мы не собираемся причинить вам никакого вреда, но что бы это стоило? Я клянусь позаботиться о вашей семье, если вы захотите этого.

Со стадиона донесся еще один крик, на этот раз громче. Брэдфорд и полковник Кордова покинули свое место, все еще говоря на пониженных тонах. Разговор был оживленный, с сильной жестикуляцией, словно Кордова пытался уговорить Брэдфорда на что-то. Когда они выходили из столовой, Брэдфорд согласился.

Джордж проследил, как они покинули помещение. Толпа закричала, принимая решение за него.

— Я пришлю Лауру и ребят к вам в штаб в полдень.

— Лучше сделайте это немедленно,— спокойно посоветовал Фалькенберг.

Джордж нахмурился.

— Вы имеете в виду, что осталось мало времени? Что бы вы ни планировали, оно должно быть скоро, но в этот полдень? — Джордж покачал головой.

— Вам кажется, что у меня есть какой-то гениальный план, мистер вице-президент? Я предлагаю вам отправить вашу жену в наши казармы, пока мне не приказали не брать ее под защиту, вот и все. В остальном же я только солдат в острой политической ситуации.

— С подающим вам советы доктором Уитлоком,— сказал Хамнер, пристально посмотрев на Фалькенберга.

— Я вас этим удивил, не правда ли? — спросил Хамнер.— Я видел, как Уитлок ходит кругами, и задумался, почему он не зашел к президенту. У него, должно быть, прямо сейчас человек пятьдесят политических агентов на съезде.

— А вы кажетесь наблюдательным,— заметил Фалькенберг.

— Разумеется,— разозлился Хамнер,— только что хорошего мне это приносит, черт возьми! Я не понимаю ничего, что происходит, и никому не доверяю. Я вижу куски головоломки, но не могу сложить их в целое. Иногда я думаю, что мне следует употребить все оставшееся у меня влияние, чтобы как угодно убрать из картинки ВАС.

— Как вам угодно,— улыбка Фалькенберга была холодно-вежливая.— Кому вы предложите охранять вашу семью после этого? Шефу полиции? Послушайте.

Стадион снова взревел гневным гулом, набравшим громкость.

— Вы выиграли,—Хамнер покинул столик и медленно пошел обратно в комнату совещаний. Голова у него шла кругом. Четко выделялось только одно: Джон Кристиан Фалькенберг контролировал единственную военную силу на Хэдли, которая могла противостоять компании Брэдфорда...— и гангстерам из партии Свободы, которые и были в первую очередь главными врагами. Нельзя забывать о них просто потому, что мне становится страшен Эрни, подумал Джордж.

Он повернулся от совещательной комнаты и спустился по лестнице в назначенные ему апартаменты. Чем раньше Лаура окажется в казармах Десантников, тем безопаснее он будет себя чувствовать.

«Но не посылаю ли я ее к своим врагам? О, боже, могу ли я вообще кому-нибудь доверять? Борис говорит, что он человек чести. Всегда помни это. Честь. У Фалькенберга есть честь, а у Эрни Брэдфорда ее нет. А я? Что я получил за то, что я покинул партию Свободы и привел своих техников к прогрессистам? Ничего не значащий титул второго вице-президента? А...»

Толпа снова заорала:

— ВЛАСТЬ НАРОДУ!

Джордж пошел быстрее.

Улыбка Брэдфорда вернулась. Это было первым, что заметил Джордж, когда он вошел в палату совещаний. Маленький человечек стоял за столом с веселой улыбкой. Она казалась совершенно искренней и больше, чем малость пугающей.

— А вот и наш благородный министр Технологии и второй вице-президент,— осклабился Брэдфорд.— Как раз вовремя. Мистер президент, эта банда там угрожает городу. Я уверен, что вам будет приятно узнать, что я предпринял шаги для окончания этой ситуации.

— Что вы сделали?— потребовал ответь Джордж.

Улыбка Брэдфорда расширилась еще больше.

— В данный момент полковник Кордова арестовывает лидеров оппозиции. Включая, мистер президент, лидеров Ассоциации Инженеров и Техников, которые присоединились к ним. С этим бунтом будет покончено в течение часа.

Хамнер уставился на него.

— Вы дурак! Вы заставите всех техников в городе присоединиться к партии Свободы! А техники контролируют электростанции, наше последнее средство воздействия на толпу. Вы — проклятый поганый дурак!

— Я думал, Джордж, вы будете рады,— проговорил Брэдфорд с преувеличенной вежливостью,— видеть, что с бунтом так легко покончено. Естественно, что я послал людей обезопасить электростанции. А! Послушайте-ка!

Толпа за стенами больше не скандировала. Возникло путаное бурление, затем глухой шум. Никаких разборчивых слов до них не доходило, только страшный, гневный рев. Потом раздалась частая стрельба.

— Боже мой — президент Будро уставился в замешательстве в пространство диким взглядом.— Что происходит? В кого они стреляют? Вы начали открытую войну?

— Требуются строгие меры, мистер президент. Хэдли не могут управлять слабовольные люди. Наше будущее принадлежит дем, у кого есть сила воли ухватить его!

Джордж Хамнер повернулся к двери. Прежде, чем он дошел до нее, Брэдфорд его окликнул.

— Пожалуйста, Джордж,— его голос был полон заботы.— Боюсь, что вам пока еще нельзя уйти. Это было бы небезопасно и для вас. Я взял на себя смелость приказать людям полковника Кордовы э!.. охранять эту комнату, пока мои войска восстанавливают порядок.

На стадионе воцарилась беспокойная тишина, и они ждали долго. Затем раздались вопли и новые выстрелы.

Шум приблизился, словно он был за пределами стадиона так же, как и на нем. Брэдфорд нахмурился, но никто ничего не сказал. Они ждали, казалось, целую жизнь, когда стрельба продолжалась. Ружья, крики, выстрелы, сирена и тревога — все вперемежку.

Дверь резко распахнулась. Вошел Кордова. Теперь на нем были знаки отличия полного полковника. Он огляделся по комнате в поисках Брэдфорда.