Чистилище. Исход
Шрифт:
– Видел что-то, – признал Максим и указал: – Между «Газелью» и красным бульдозером. Что-то копошилось в земле, а что – не соображу. Может, пес полумертвый?
– Поглядывай туда! Будем надеяться, тебе показалось. Поглядывай!
Белоглазов спрыгнул на землю и побежал к Спецу, который уже открыл сразу два капота, что-то там высматривая. Тарский выбрал себе грузовик первым, и его люди сразу стали перетаскивать туда вещи. Не обошлось без споров, и Максим был рад, что оказался при деле и не участвовал в мелких сварах. Опять посмотрев в ту сторону, где ему показалось сперва какое-то движение, он сначала даже не понял, что увидел. Зомбак, пол которого невозможно было определить под слоем грязи и крови, каким-то образом потерял все конечности. Теперь, мучимый голодом, он выполз из-за «Газели» и с жадностью смотрел на людей. Понимал ли он, что никак не сможет добраться до добычи? По всей видимости, да: эта страшная гусеница не пыталась ползти вперед, только постоянно извивалась.
«Как же он тут выжил один?» – подумал Максим и тут же мысленно хлопнул себя по лбу: потому и выжил, что один! Другие зомбаки немедленно сожрут его, если обнаружат.
– Куда смотришь? – рядом оказался улыбающийся Толик. – Ого! Ну, не будем патроны тратить. Нашли машины, скоро тронемся. В Москву! Вау! Надоело мне тут сидеть, хоть и хорошая компания.
– Я все думаю, что он пил все эти дни?
– Зомбак? А знаешь, я не раз видел, как они сырую землю жрали. Сначала думал, что они закапываются, как собаки, а потом пригляделся: и закапывается, и жрет. Белоглазов сказал, что при их обмене веществ, который позволяет даже кору с деревьев обдирать, они могут и землю жрать. Там же бактерии, усек?
– Жуть. Мы на этом грузовике поедем? – Максим оглянулся. За его спиной уже вовсю прогревались пять или шесть машин – было из чего выбрать. – Мне показалось, нормальная тачка.
– Хороша тачка! – хихикнул Толик. – Нет, Спецу все же что-то не нравится в радиаторе или еще где-то. Забило, наверное, ошметками. Берем два МАЗа, на один майор никак не согласен. Все, начинаем грузиться!
Он спрыгнул, а Максим, поправив автомат, вернулся к наблюдению. И не зря: он увидел, как мелькнул над забором зомбак, который скорее даже перепрыгнул его, а не перелез. Второй переваливался тяжелее, зато чуть в стороне ловко перебрались еще двое.
– Тревога! – закричал часовой. – Они слева, в дальнем конце парка!
– «Молотовы» к бою! – приказал Белоглазов, забираясь на крышу кабины МАЗа и изготавливаясь к стрельбе. – Быстрее с погрузкой!
– Майор, мы уже готовы! – закричал Тарский, севший за руль. – Помочь?
– Нет, если готовы – счастливого пути! Обойдемся без церемоний! «Молотовы», давай!
Метатели синхронно швырнули коктейли, и самые резвые зомбаки, уже выбежавшие из-за машин, бросились врассыпную от разлившихся луж горящей смеси.
– В машины! Волков, бегом, ждать не будем!
Когда Максим забирался в кузов МАЗа, Белоглазов, Кунгур и Толик уже вели сплошной огонь. Два грузовика Тарского, мигнув на прощание фарами, на скорости покинули парк. Там, у выхода, истошно заорал попавший под колеса зомбак, и стало понятно, что они едва успели.
– Газу, газу! – Белоглазов нырнул в кабину и тут же продолжил стрельбу через окно. – Никого не ждать ни при каких обстоятельствах, задержаться можно только на улице Ленина, не раньше!
Первый МАЗ, за руль которого уселся Сашка Бесенок, совсем молодой пацан, с ревом устремился к выезду. Наперерез ему кинулись три зомбака. Первый, в обрывках длинного платья, так неудачно прыгнул, что его кости сразу же захрустели под тяжелым колесом. Еще двое зацепились за кузов, но оттуда им в лица ткнули факелами, и они покатились по земле. Впрочем, только затем, чтобы тут же подняться и побежать следом за машиной.
– Максим, прикрой со стороны водителя! – крикнул майор из кабины.
– С Богом! – хрипло выдохнул Спец, севший за руль, и второй грузовик рванул за первым.
С трудом удерживаясь на повороте, упираясь коленями в борт, Максим все же сумел короткой очередью отбросить уже прыгнувшего зомбака. Даша, морщась, будто жевала лимон, один за другим бросила три «молотова», особо не целясь – просто чтобы сбить наступательный порыв набегавших тварей. Грохнула картечью винтовка, прихваченная еще во время рейда в «Охотник», – это Кунгуров сбил зомбака, успевшего перевалиться через задний борт прямо в кузов.
– Гони, Спец, одолевают! – заорал Толик, с пистолетом в одной руке и факелом в другой, он пытался сбросить целую гроздь зомбаков, неожиданно появившихся с левого борта.
– На выезде о столб их приласкаем, поберегись! – успел крикнуть Белоглазов, высунувшись из кабины.
Уже после первой поездки все знали, как легко вылететь из грузовика, поэтому не сговариваясь присели и схватились друг за друга. Белоглазов не шутил: Спец протерся бортом по стойке ворот, и, хотя сделал это с почти ювелирной точностью, Максима и Дашу швырнуло на взвизгнувшую докторшу. Хуже всего, что один из висевших на борту то ли заметил угрозу, то ли был просто ловчее других и исхитрился в последний момент впрыгнуть в кузов, исполнив что-то вроде подъема с переворотом. Тут же зомбак схватил Толика за ногу и вцепился в нее, пытаясь прокусить намотанные полотенца и тряпки. Максим, дрожащим пальцем нащупав спусковой крючок, высадил в голову зомбака остатки магазина. Пули разнесли твари левую щеку и вышли из затылка.
– Ну, ты даешь! – бледный Толик подтянул к себе ногу и обнял ее, будто ребенка. – Я уж думал…
– Совсем охренел, сука?! – Кунгур, находившийся у заднего борта, был менее вежлив. – Куда садишь, а!? Вот тут! – он показал. – Вот тут, у виска моего пули прошли! Смотри!
Но Максим и сам видел отверстия в заднем борте от своих выстрелов. Он просто позабыл о Кунгуре, все случилось слишком быстро. Еще раз выругавшись, рассерженный боец ухватил мертвого зомбака и одним движением перекинул через борт.
– Все живы?! – донесся крик Белоглазова.
– Пока все! – откликнулся Толик. – Гони, командир!
– Патроны беречь! – рявкнул майор. – Всем перевести оружие в режим одиночного огня! И в голову бейте! В корпус только боеприпасы зря тратить!..
Машины Тарского ушли за запад, а группе Белоглазова предстояло добраться до Москвы. Маршрут выбрали самый простой – по Волоколамскому шоссе, чтобы потом, не меняя направления, проехать по Ленинградскому и оказаться в центре. Спец сосредоточенно смотрел вперед, лишь иногда вздыхая и негромко матерясь.
– Что-то не так? – напрягся майор.
– Да Леха этот, водит, как баба! То и дело притормаживаю, чтобы интервал не съесть! На улице Ленина надо его обогнать, я посигналю.
– Не надо! – приказал Белоглазов. – Скорость каравана определяет самый медленный участник. Так что уж лучше мы будем притормаживать, чем он за нами гнать изо всех сил. Случись что – в нас же и влетит.
– Тоже верно, – кивнул Спец. – Ну, вот и она, улица наша Ленина, чтоб его, лысого! До чего довели страну коммунисты – зомбаки по улицам бегают! Это, считай, уже Волоколамка, майор. Теперь только вперед!