Чтение онлайн

Я многозначительно посмотрел на новичка и прижал палец ко рту

– Весь во внимании! – произнёс я.

– Здесь, в новой локации, задача совсем другая, в отличие от прошлого раза, – заметил Кигред. – Игрок Чёрных в статусе гроссмейстера работает в одиночку. Он получил от своего руководителя, Когнита, компоненты для химического оружия из ядовитых элементов, неизвестных на Земле. Этот Игрок должен подготовить активацию отравляющего вещества, смертельно опасного для человека. Для летального исхода достаточно вдохнуть химикат через рот или нос.

– Понятно, – выдавил я.

– Это химическое оружие безопасно до активации. Но сразу после – оно смертоносно. Активация произойдёт через пару дней в очень людном месте. Задача Чёрного гроссмейстера – произвести её и тем самым инициировать массовое отравление людей. Да так, чтобы об этом узнал весь мир. Погибнуть должны сотни человек. Это дополнит общую картину терактов по всем мегаполисам.

– Печально! – Я покачал головой. – Но как производится активация?

– Детали я сообщу позже. Ваша задача пока следующая. За сегодня-завтра нужно вычислить место, где будет активировано оружие, а также самого Чёрного. Известно, что он является штатным работником в этом людном месте.

– То есть, он туда устроился и носит какую-то форму? – предположил я вслух.

Егор поёрзал на табурете, многозначительно поглядел на меня.

– Форму, может, и не носит, – тут же ответил Кигред. – Но работником является.

– Этого мало, – сказал я. – Что ещё известно?

– Информации недостаточно, согласен. Но Когнит хорошо «закрывает» свои мысли. Мне удаётся услышать лишь отдельные обрывки.

– То есть вы находитесь в одном помещении и постоянно пытаетесь проникнуть в мысли друг друга, но это сделать гораздо сложнее, чем пробраться в мои мозги, я правильно понимаю? – так скороговоркой мне удалось поддеть Кигреда.

– Ты почти угадал, – легко согласился он. – Всё примерно так и происходит. А вот тебе ещё дополнительная информация, которая поможет вычислить Чёрного гроссмейстера.

– Я весь во внимании.

– Мне известно из давно прошедших туров Игры, что этот гроссмейстер Чёрных, прежде чем он заслужил свой высший статус, заполучил шрам в стычке с одним из моих Чистильщиков.

– На лице? Шрам на лице? – громко обрадовался я, испугав Егора.

– Не совсем, – разочаровал Кигред. – Шрам на шее, сбоку, под правым ухом.

– Ну, хоть что-то, – протянул я.

Когда Глас «то ли бога» пропал напрочь, я подробно изложил всё услышанное своему заждавшемуся напарнику Егору.

Затем мы прошли в единственную здесь комнату и дружно сели на простенький серый диван. При этом оба уставились на старое пианино напротив. Егор не вытерпел и пересел на коричневый винтовой табурет для пианиста.

По мановению его рук крышка инструмента призывно брякнула, приняв стоячее положение, и обнажились семейства белых клавиш среди чёрных собратьев.

– Однако местный Игрок ещё и музицировал, – усмехнулся я.

Егор прошёлся пальцами по клавишам.

– Умеешь играть на таком? – осведомился я.

– Самую малость, – флегматично бросил он.

И я услышал медленное: «Жили у ба-бу-си два весёлых гу-гу-ся».

Едва отзвучала последняя нота, Егор повернулся ко мне и спросил:

– Ну так что будем делать? Где будем искать этого грёбаного гроссмейстера?

– А ты как думаешь? – в ответ спросил я.

– Скорее всего, он работает в метро. Это самое людное место, и там легче всего отравить летучим химикатом кучу людей. Пространство ведь чрезвычайно замкнутое, да и вентиляция не ахти.

– Хорошо мыслишь! – похвалил я новичка.

В деле наставника ведь что главное – главное вовремя похвалить и по делу!

– Значит, для начала пожрём и прокатимся в метро? – Егор оживился.

– Идёт!

Перед уходом я ещё пощупал книжки на полках, висевших сбоку от пианино, ближе к окну с балконной дверью. Местный Игрок, как я понял, любил философию. Тут тебе красовались в корешках и Ницше, и Шопенгауэр, и Гуссерль, и Камю с Сартром. Отличное средство от бессонницы!

Покачав головой, я вышел из комнаты вслед за обувающимся уже Егором.

Перекусили мы в одном известном сетевом фаст-фуде. С жадностью поедая гамбургер, я опять вспомнил Крис, а именно – наше знакомство.

«Чёрт возьми, ну ведь десятки брюнеток, блондинок и шатенок приходят сюда каждый час, – подумалось мне. – Сюда и ещё в тысячи подобных заведений в разных мегаполисах. Так почему именно одна именно в определённом городе запала мне в душу? Почему я обратил на неё внимание? Почему судьба распорядилась так, а не иначе? Да просто что-то ударило в голову, когда увидел её, какое-то странное озарение. Вот, мол, та самая, которую ни в одном городе не встречал!»

За соседний столик как раз пристроились три симпатичных девицы, по виду студентки первых курсов. И они начали что-то бурно обсуждать меж собою, а мой напарник, что называется, «захлопал ресницами», глядя на них.

– Симпатичные здесь самарчанки. – Я подмигнул новичку.

Но Егор как-то странно посмотрел на меня и повёл плечом, типа, ничего, так себе. Я улыбнулся и сделал глоток колы.

Эта непонятная нам Америка, истинная обитель зла, это она привила нам любовь к булкам с котлетами. И теперь мы все дружно, с большим удовольствием поедаем все эти пахучие биг-кинги, шеф-бургеры и чикен-макнаггетсы, то и дело вытирая салфетками жирные губы.

Как так вышло, что на Родине солянки и пельменей, блюд, гораздо более питательных и вкусных, повально поедают пошлые бургеры, придуманные ненавистными американцами? Как так вышло, что любую мелочь, любой киоск, любое понятие мы с удовольствием называем английским словом? Кусок мяса именуем стейком, а не мясом, чемодан называем кейсом, стоянку – паркингом, а охранника – модным словом секьюрити.

Да просто мы, русские, любим соломку подстелить: обожаем то, что проще приготовить и проще съесть, то, что легче выговорить и приятнее на слух. Так что зря эти америкосы нас не любят, боятся и парафинят по всем каналам. Они должны гордиться, что мы с удовольствием поедаем их исконную еду и бездумно произносим тут и там их чудесные слова! Они не видят своего счастья, а мы не замечаем своего горя. Ведь это же горе – забывать о своём, родном!

Такие странные мысли посетили меня на сытый желудок, пока мы шествовали по направлению к ближайшей станции метро.

Однако когда мы с Егором спустились в удивительно неглубокую подземку, нас поразило вот что. На станции оказалось чрезвычайно мало народу. Мы подумали, что, быть может, данный пункт отправки просто не пользуется популярностью.

И мы проехали всю ветку. Мы вышли на каждой станции и осмотрели каждый раз незамысловатую архитектуру. Особое внимание мы уделили работникам метрополитена, попавшимся на глаза. Но ни один из них не оказался достойным хоть малейших подозрений с нашей стороны.