Чтение онлайн

– Йирко, кто там?
– послышался визгливый женский голос.

– Да тут у пана из КГБ дверь захлопнулась... Я помогу ему в дом забраться, иди спать.

Даша, несмотря на пережитое падение, весело рассмеялась:

– Надо же, какая популярность среди местного населения! Вы что, рекламу даете?

Лица Полетаева видно не было, но температура в радиусе двух метров от него заметно повысилась.

– Даша, - ласково произнес он, - лезь, детка, по лестнице. Я с тобой дома поговорю.

Но авторитет разведчика был подорван окончательно. Даша лишь высокомерно вскинула голову, тряхнула рыжими кудрями и, кряхтя, начала второе восхождение. Полетаев поспешил последовать за ней.

– Ну и гад же ты, Палыч, - спрыгивая на балкон, ворчливо произнесла молодая женщина, - у меня одно место все в синяках будет. Как я мужу покажусь на глаза?

– А ты не лезь ему на глаза чем не надо, - эфэсбэшник так же благополучно добрался до балкона и притянул Дашу к себе.

– Да? А чем надо?
– двинув его в солнечное сплетение, гостья решительно прошла в комнату, оказавшуюся спальней.
– Ого! Ничего себе явочная квартира. Это вы так деньги налогоплательщиков бережете? На такой кровати и спать-то грех, - она осторожно провела рукой по шелковому покрывалу.

– А я и не сплю.

– Ясно. Я так понимаю, здесь происходит соблазнение нужных людей... Где же камеры?
– Даша с любопытством огляделась.

– Не говори ерунду, никого тут не соблазняют.
– Полетаев незаметно подтянул трусы.

– Это почему?

– А потому, что это мой дом, а не бордель.

– Что значит - твой дом?
– изумленно повернулась к нему молодая женщина.

– То и значит... Получил его в наследство. От бабушки.

– Так ты богатый?
– еще больше удивилась Даша.

– Да уж, не бедный. Я могу надеть штаны?

– Погоди, погоди! Сергей Палыч, вы женаты?

– Нет!
– рявкнул тот.

– Тогда оставайся как есть, - и великодушно махнула рукой.

– Ну нет, позволь привести себя в порядок!

– Ладно, ладно, я пошутила. Куда пройти? Или, может, здесь останемся, - томно произнесла она, вытянув шею.

– Не нарывайся, - подполковник погрозил пальцем.
– Из коридора вниз по лестнице. Я через две минуты подойду.

4

Даша, не переставая удивленно крутить головой, спустилась вниз по витой дубовой лестнице, ступени которой отчаянно скрипели, отзываясь на каждое прикосновение. В ожидании хозяина любопытная гостья внимательно осмотрела гостиную, обставленную тяжелой, даже какой-то монументальной мебелью.

Ее внимание сразу привлек камин, вернее каминная доска, на которой стояло с десяток разнокалиберных фотографий в серебряных рамках. В самом центре доминировал портрет молодой женщины со строгим и умным лицом. Если бы не возраст пожелтевшей фотографии, незнакомку можно было бы спокойно принять за сестру подполковника, так они были похожи. Вероятнее всего, это и была та самая родственница, озолотившая внука-разведчика.

"А вот мне никто ничего не оставил и вряд ли оставит", - мрачно подумала Даша и повернулась к щедрой бабке спиной.

– Изучаешь семейный архив?
– Полетаев появился облаченным в умопомрачительный домашний костюм.

– Бабуля?
– кивнула на фото молодая женщина.

– Да.

– Как же тебя в Комитет взяли? С таким-то наследием?

– Не твоего ума дело. Взяли и взяли. Значит, надо было.

– Сомнительно, - она огляделась по сторонам.
– Темная история.

– Ты к нам в отдел кадров собралась идти работать?

– А что, есть вакансия?

– Нет. И не будет, - желая показать, что разговор на данную тему окончен, он достал из портсигара сигарету и прикурил. Даша присела на диван.

– А я-то все время мучилась: и откуда же у простого русского разведчика берутся средства на такое шмотье. Сперва подумала - униформа, потом прикинула, нет, эдак полстраны ушло бы в разведку, включая мелких и средних предпринимателей. Взятки тоже пришлось отбросить - что-то у вас во взгляде неподкупное. А тут, оказывается, вон оно что: единственный наследник увядшего рода!

Полетаев с неподражаемым изяществом опустился в огромное кожаное кресло возле камина.

– Ну, во-первых, милая леди, мучиться богатством других вроде как неприлично...

– Это с точки зрения богатых, - невозмутимо отпарировала Даша.

– Возможно. Ну, а во-вторых, как мне показалось, ваша семья тоже не голодает.

– Не голодает.
– Она с наслаждением потянулась и зевнула.
– Только меня-то это вовсе не касается. У меня лично денег нет.

– Как так?
– Рука подполковника замерла на полдороге к пепельнице. Что значит нет?

– Очень просто. Деньги, фирма, дом и все, что в нем, ну, пожалуй, за исключением меня, принадлежат супругу.

– Но ты же можешь пользоваться банковским счетом? Или наличными деньгами...

– Эх, подполковник, твоими бы устами да мед пить. Все, чем я располагаю, - это кредитная карточка на три тысячи долларов. И то, заметь, не для себя лично, а на ведение хозяйства. Пополняется не чаще, чем раз в два месяца. Вот так.

– А если супруг неожиданно умрет?
– Подполковник выглядел обеспокоенным.
– Как тогда?

– Тогда я выйду замуж за тебя. Или вон за ювелира, - Даша рассмеялась, увидев, как вытянулось у собеседника лицо.
– Да, ладно, ладно, шучу я. Тогда нас будет содержать свекор.

– А если он тоже умрет? Он ведь уже не мальчик.

– Дались тебе мои родственники!
– молодая женщина начала злиться. Вот все-таки влезлый <Влезлый (от чешск, vlozati - влезать) - человек, влезающий не в свое дело.> ты, Полетаев. Никак не можешь от служебных привычек отказаться? Какая тебе разница, что со мной будет? Как только осиротею, соберу чемоданы и приеду сюда - места много, мужик ты добрый. Налей лучше чего-нибудь, пока я не уснула.

– Выбирай, - подполковник подошел к бару и распахнул дверцу.
– Ликеры, коньяк...

– Нет, давай лучше на шампанском остановимся. Если оно, конечно, у тебя есть.

– Есть. Только за ним нужно спуститься в погреб...

Даша вскинула голову и с уважением посмотрела на собеседника.

– Черт побери, как это здорово звучит! За шампанским в погреб... Оно, небось, у тебя там с Первой мировой войны стоит. Ты, кстати, тогда за кого воевал?
– Заметив недобрый огонек в темно-синих глазах, засмеялась и великодушно махнула рукой.
– Давай тащи.

– Какую марку ты предпочитаешь? Есть "Дом Периньон".