Чтение онлайн

Лэтч вздохнул — опять она за косметику, все тщеславие, тщеславие…

Что-то ярко вспыхнуло, запахло жженым сахаром.

— Святые небеса! — восхищенно произнесла синьора Стрега-Боржиа, демонстрируя полное невежество в области кулинарии. — Как вы это сделали? Это спиртовка? Какая-то штучка вроде переносной микроволновки? Какая прелесть!

Лэтч пристально смотрел на миссис Маклахлан. Он сложил два и два и получил пи эр квадрат.

— На этот раз, — сказала она ему вполголоса, — я не промахнулась.

Повысив голос, она воскликнула:

— А вот и Мари с ножом — как мило, дорогая. Ну… всем пирога?

Когда семья расправилась с именинным обедом, на небе уже появлялись первые звездочки. Пирог был поглощен до последнего осколка глазури, и Нот, лежа под деревом, лениво дожевывал сорок третью розовую свечку.

Лэтч вместе с миссис Маклахлан отряхивали скатерть от крошек. Вечернее солнце просвечивало сквозь старинное домотканое полотно. Потом они ловко принялись складывать ткань, и на минуту показалось, что пропитанная солнцем скатерть притягивает их друг к другу.

Синьор и синьора Стрега-Борджиа медленно спустились к озеру полюбоваться закатом. Титус с некоторым удовлетворением отметил, что они крепко держали друг друга за руки.

— Думаю, у них все будет нормально, Титус, — сказала Пандора. — Можно за них больше не беспокоиться.

— Уфф, целуются, — облегченно выдохнул Титус, и его довольное лицо предательски продемонстрировало, насколько он был счастлив тем, что родители замечены в столь непристойном поведении.

Пандора вздохнула и перекатилась на живот.

— Слишком много съела, — радостно объяснила она.

— Свинья, — сказал Титус.

Пандора не обратила на это внимания. Она потянулась, чтобы уложить в большую миску не съеденные куриные окорочка и сэндвичи с салями.

Титус смотрел на нее с ужасом.

— Ты же не собираешься… — прошептал он.

— Съесть все это? — Она осторожно поставила миску на супницу, полную картофельного салата. — Не будь смешным. Пойду покормлю Тока. Составишь мне компанию?

— Я догоню тебя через минуту. — Титус зевнул и по-крабьи сполз с одеяла на росистую траву. Он смотрел, как сестра скрывается за углом Стрега-Шлосса, направляясь ко рву. После целого дня, полного солнца и обжорства, он чувствовал себя слишком переполненным, чтобы двигаться. Высоко над головой, мигая, появились знакомые созвездия, словно булавочные уколы в лиловеющем небе. Из-под карниза дома начали вылетать на ночную охоту летучие мыши, ловко уклоняясь от верхушек деревьев.

Вода во рву стояла неподвижно, отражая луну, поднимавшуюся из-за далеких холмов. Поставив свое приношение на теплый камень рядом с жилищем Тока, Пандора уселась и стала ждать. Взволнованное покачивание водяных лилий у противоположного берега указывало на то, что ждать ей придется недолго.

Сопровождаемая ржавым скрипом и хрюканьем, морда Тока пробила зеркальную гладь в метре от Пандоры. Окрашенные древней желтизной глаза встретились с зелеными глазами Пандоры. Та содрогнулась. Вид всех этих зубов, кривых, словно могильные камни на заброшенном кладбище, напомнил ей о недавнем избавлении от опасности. Ноздри Тока раздулись от вожделения, когда ветерок донес до него запах ужина. Он бросился вперед, поднимая большую волну. Пандора вскочила на ноги и отпрыгнула как раз в тот момент, когда крокодил взгромоздился на берег.

К большому облегчению Пандоры, не она была причиной Токовой спешки. Крокодил полностью ее проигнорировал, зарывшись носом в груду сэндвичей. Он с жадностью раскрыл челюсти, но вдруг что-то заставило его изменить намерения. После употребления в пищу двух наемников Пронто вместе с ножом и автоматом крокодил зарекся прикасаться к мясу, особенно такому, которое разгуливает с оружием.

— Барк, — хрюкнул он, указывая на салями. — Глурк нлу-ут фиту и.

— Прости, не поняла? — переспросила Пандора, не разобрав ни слова.

— Глоп. Сплаг… дрекк, — объяснил Ток, освобождая сэндвичи от салями и отбрасывая розовые кружочки на траву.

— Ты не любишь салями? — удивилась Пандора.

— Дрекк иррг. Мясо-блах, — сказал Ток, исследуя содержимое супницы.

— Ты стал адептом вегетарианства? — спросила потрясенная Пандора. В ее голове начал созревать план.

— Гау титин вун, — подтвердил Ток, заглатывая картофельный салат. Поразмыслив, он съел и супницу. Продемонстрировав в улыбке устрашающий набор зубов, он заковылял ко рву и нырнул в темную воду как раз в тот момент, когда появился Титус, разыскивавший сестру.

К великому ужасу Титуса, Пандора разделась до трусиков и погрузила ногу в воду рва. «Только не это», — подумал он, переходя на бег.

Делая вид, что не замечает его, Пандора проговорила:

— Значит, я трусиха? Пугливая неженка? Малодушная обманщица?

— Пан, не делай этого. Пари закрыто.

— Может быть, и так, — сказала она, вытягивая руки перед собой, — но ты всегда будешь думать, что я скрысятничала.

— Нет. Ну… может, самую малость, — признался Титус.

Пандора поднялась на цыпочки и сложила руки над головой. У противоположного берега рва, там, где залегла самая глубокая тень, что-то шевельнулось. Что-то, что не ело нянь уже несколько недель.

— Пожалуйста, Пандора — НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! — умоляюще крикнул Титус, подбежав ко рву в тот самый миг, когда сестра исчезла под водой. Большая волна перехлестнулась через камень, забрызгав ноги Титуса. Высокий вал вытесненной воды поднялся у тенистого берега и стрелой устремился к тому месту, откуда нырнула Пандора.

— О НЕТ… — Титус был в ужасе.

Это было хуже, чем отправить крошечную сестренку в путешествие по Интернету, гораздо хуже, чем найти мать пьяной, хуже даже, чем стоять под прицелом автомата… он просто не мог себе представить жизнь без Пандоры. Бросаясь в ров, Титус вспомнил, что уроки плавания для него всегда проходили впустую. «ЧТО Я ДЕЛАЮ? — запаниковал он, когда вода сомкнулась над его головой. Я И ПЛАВАТЬ-ТО НЕ УМЕЮ, А ГДЕ-ТО ЗДЕСЬ ПРИТАИЛАСЬ ПРОЖОРЛИВАЯ РЕПТИЛИЯ…»

— ПОМОГИТЕ! — заорал он, выскакивая на поверхность. — ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ! ТОНУ!

— Не будь таким трусишкой, — произнес знакомый голос. «Я умер, — подумал Титус, — это потусторонние голоса».

Какая-то сила подхватила его и потащила через ров. Титус открыл глаза. Он висел поперек морды Тока.

— НЕТ! — завизжал он. — ПОМОГИТЕ! МЕНЯ ПОЖИРАЕТ КРОКОДИЛ! СПАСИТЕ МЕНЯ!»

Желтые глаза крокодила устало закатились. Без усилий мотнув шеей, Ток перебросил Титуса на бугристую спину и поплыл дальше.

Внезапно вспомнив, зачем он прыгнул в ров, Титус обхватил руками шею Тока и сделал попытку задушить предполагаемого убийцу сестры.