Чистое небо
Шрифт:
– Почему ты не позволил мне преподать этому высокомерному парню урок? Он определенно примерно в нашем возрасте, насколько он мог быть сильнее?
– Фэн Мин был возмущен, привыкший властно ходить по городу.
– Ты должен подумать о том, чтобы быть менее хулиганистым. Ты едва не ударил по очень толстой стальной плите.
Ча Мин, увидев озадаченный взгляд Мин, продолжал объяснять.
– Да, этот молодой человек определенно был всего на год или около того старше нас. Однако, если бы ты присмотрелся повнимательнее, то заметил бы, что из угла его черной мантии виднелся золотой блеск. Повернувшись, он обнажил золотой значок с номером восемь. Это означает, что он не только ученик восьмого уровня, но и талант пятого класса. В школе их всего несколько, и я уверен, что у него много влияния в городе.
Лицо Фэн Мина побледнело. Независимо от того, насколько могущественные его отец и дядя, им придется выслужиться перед этим человеком ради своих соответствующих организаций. Он молчал всю дорогу до резиденции.
Ча Мин в настоящее время шел по замерзшему лесу. Леса возле школы были разделены на зоны различной безопасности; самая безопасная область была очень большим парком, который содержал множество извилистых каменных тропинок. Одинокие скамейки были расставлены на каждые несколько сотен метров.
Он выбрал время заходящего солнца, чтобы прогуляться, смотря на закат. Это было время, когда зеленый, красный и золотой цвет в листьях выглядели наиболее контрастно. Деревья, горы и реки - были любимые пейзажи Ча Мина, насколько он мог вспомнить. Его любимые картины всегда содержали один, два или три из этих элементов. Хотя весна была его любимым сезоном из-за чувства надежды витающей в воздухе, осень, безусловно, была самым красивым сезоном.
Ча Мин шел несколько часов медленно, но уверенно. Время от времени он брал листик красного или золотого оттенка и восхищался им, иногда садясь на соседнюю скамейку. Парк напомнил ему современные парки. Фонари освещали дорогу, насколько мог видеть глаз. Фонари работали на духовном масле, которое производилось путем дробления, очистки и смешивания духовных камней с другими ингредиентами. К концу процесса у духовного масла не было другого применения, кроме освещения, и академии не нужно было беспокоиться о краже. Духовное масло будет поглощать солнечный свет в дневное время, и перезаряжаться, его нужно менять примерно каждые несколько десятилетий.
Последний листик, которым восхищался, был уникальным среди всех других листьев, которые он нашел. Листик был не только зеленым и окрашен в золотой и красные цвета, но также имел синие и коричневые узоры, проходящие через лист. Коричневые узоры, казалось, очерчивали крутую гору, в то время как синий узор имитировал ручеек, протекающий через гору. Сам листик выглядел как идеальный закат в лесистых горах. Он оказался погруженным в свои мысли. Когда, наконец, вернулся к реальности, заметил, что окружающие леса были покрыты тьмой. Ни одного света не было видно на расстоянии. Он отказывался верить, что все фонари были не исправными одновременно.
Он нахмурился и продолжил идти по тропинке, которую он едва мог видеть. В конце концов, заметил единственный фонарь, зажженный возле скамейки в парке. Старейшина с белыми волосами и в белой мантии делал то, что делал ранее, любовался листиком, который сорвал с дерева. Ча Мин медленно подошел к старейшине.
– Юный друг, ты знаешь, почему у человечества пять пальцев?
– мягко спросил старейшина.
Ча Мин был удивлен, так как был совершенно уверен, что он не издал ни звука при приближении. Тем не менее, услышав вопрос, он не мог не задуматься над ним.
– Разве это не чистая случайность, и разве мы не произошли от других существ?
– осторожно сказал Ча Мин.
Старейшина усмехнулся, восстановив листик на дереве. Листик прекрасно слился с деревом и на самом деле стал еще более здоровым и зеленее, чем был раньше.
– Многие в этом мире будут рассматривать сказанное тобой ересью. Некоторые скажут, что человечество было создано богами, а другие будут приписывать этот процесс к Нефритовому Императору. Мало кто знает, что в других мирах человечество действительно эволюционировало от других существ по чистой случайности. Но эти миры очень далеки от нашего собственного мира - затем старейшина остановился, поглаживая свою длинную белую бороду.
– В этом мире человечество было непосредственно создано Нюйвой (Нюйва - одна из великих богинь китайского (даосского) пантеона, создательница человечества, избавительница мира от потопа, богиня сватовства и брака). Пять пальцев были задуманы так, чтобы соответствовать пяти великим дарам, которые она дала человечеству после их рождения. Она создала человечество, используя свою плоть и кровь. Через эту плоть и кровь она дала человечеству сродство к пяти элементам, которые она использовала для создания их жизни. В конце их жизненного пути они вновь вернутся к этим пяти элементам после своей кончины, и их души отправятся в преисподнюю (нижний мир), чтобы перевоплотиться в Жёлтой реке.
Ча Мин был весьма удивлен словами этого человека. Казалось, что он знал о других мирах, и Ча Мин на собственном опыте пережил собственное перерождение через Жёлтую реку. Был ли этот человек богом?
Белый человек посмотрел на него, все еще поглаживая свою белую бороду, кивая головой, как будто принял решение. Затем он открыл рот и тихо сказал:
- У тебя должна быть какая-то кисть при себе. Могу я её увидеть? Не волнуйся, я не отниму у тебя.
Ча Мин снова был удивлен, но потом решил, что он также может вынуть кисть. Хотя это, вероятно, было связано с его перерождением, он чувствовал, что этот эксперт может уничтожить его одной мыслью, если он того пожелает.
Когда Ча Мин передал кисть, старик осторожно взял ее. Он погладил ее, и внимательно посмотрел на кисть, а затем провел пальцами по надписям. Примерно за время, которое понадобилось бы горение ароматической палочки, он вернул кисть Ча Мину.
– Можешь звать меня дядя Су, - сказал старик.
Ча Мин поклонился и сказал:
– Дядя Су, этого младшего зовут Ду Ча Мин.
Дядя Су кивнул, кажущийся довольным.
– Между тобой и мной есть карма, так как ты теперь являешься владельцем этой кисти. Я хочу обучить тебе технике. Единственное условие - тебе не разрешено никому говорить, что ты узнал её от меня.
В этот момент Ча Мин был весьма заинтригован, но на самом деле он был во власти этого эксперта и подумал, что должен просто плыть по течению.
– Пусть будет так, как предложил дядя Су, - сказал Ча Мин.
Услышав его ответ, дядя Су улыбнулся и подошел к нему. Он был на голову ниже Ча Мина, довольно низкий рост для взрослого. Добравшись до него, он вынул руку. Каждый из его пальцев светился разным цветом, на них были написаны китайскими иероглифами каждый элемент: дерево, огонь, земля, металл и вода. Снаружи он смог увидеть белый круг. В середине круга, соединяющего элементов была черная звезда. На черной звезде не было символов. Это было, как будто оно не смогло материализовать символы, вместо этого материализовавашись как кусок пустоты.
Прежде чем успеть среагировать, мужчина быстро ударил ладонью по его груди. Ча Мин был отброшен назад и приземлился у подножия дерева. Он не мог пошевелить конечностями, и, затем его глаза медленно закрылись, Ча Мин задумался, что, черт возьми, только что произошло.
– Ча Мин! Ча Мин!
Проснувшись, он чувствовал слабость от щебечущего голоса Синь Эр. Она объяснила, как не видела его все утро, и, наконец, днем вспомнила, что он ушел гулять. А затем увидела, как он тихо отдыхает у дерева. Похоже, Чан Мин проспал весь день, судя по количеству листьев, которые осели на нем.