Чтение онлайн

– Одно другого не исключает.

Антон приобнял девушку за талию и поцеловал в нос. Заспанная, растрепанная, одетая в его собственную рубашку и шерстяные носочки, она очаровывала и наводила на шальную мысль о домашнем уюте. Только красно-синий галстук, украшавший изящную шейку в качестве военного трофея, напоминал о коварстве этого ангела.

– В самом деле, Антон, зачем вам столько еды?

– Планировал поработать на выходных.

– Из офиса, в котором нет интернета?

– О, смотрите-ка! Интернет появился! – Главный редактор заглянул в телефон и принялся сосредоточенно листать новостную ленту. – Вы не видели мои очки?

– Да вот же, на подоконнике.

Катерина прошла к окну, где в зимних сумерках утра сверкали украшенные подсветкой дома. По пути она сдернула с протянутой через весь кабинет гирлянды свои трусики. Те как раз высохли, и девушка смогла надеть постиранное перед сном белье.

– Держите. – Катерина подала очки Антону и тоже села за стол завтракать. – Погодите, почему у вас телефон работает? Он же давно разрядился!

– Разве? – рассеянно произнес мужчина и отхлебнул кофе. – Ничего себе! «Читнет» объявил о слиянии с «Читгородом», представляете?

– Не к добру это... – Девушка недоверчиво уставилась на экран.

– Как бы то ни было, «Рубикон» в любом случае в выигрыше, – пришел к выводу Антон, полный утреннего оптимизма. – Должен же кто-то нести культуру в современное общество.

– В таком случае надо начинать с младшего поколения, – заметила Катерина. – Я вот с детства много читала.

– Мне тоже родители привили любовь к книгам.

– Потому что книги – залог правильного воспитания.

– Направленного на духовное развитие и формирующего жизненные ценности.

– И нравственные ориентиры, – добавила Катерина.

– И нравственные ориентиры, – согласился Антон.

Катерина кивнула, не став придавать огласке сокровенные воспоминания о том, как изучала «Эммануэль» с фонариком под одеялом. Антон, скорее всего, вздыхал в это время над Шарлоттой Бронте, прикрывшись учебником физики.

– Все-таки с читающим человеком всегда найдется, о чем...

Не успела девушка закончить свою мысль, как в кабинете вспыхнул свет, заставив ее зажмуриться. Проморгавшись, она встретилась взглядом с Антоном, застывшим с бутербродом в руках.

– А какой сегодня день? – спросил он, уставившись на Катерину.

– Двадцать седьмое, кажется, – прикинула Катерина, уставившись на него в ответ.

– То есть понедельник, – задумчиво заключил Антон.

– Вроде бы, – раздался не менее задумчивый ответ.

– И на часах десять.

– Да уж, время бежит.

Из редакторской послышались голоса, шаги, скрежет стульев по полу. Хлопнула железная дверь, символически обозначая начало рабочей недели.

– Понедельник! – в унисон воскликнули Катерина и Антон, вскакивая с дивана.

Девушка бросилась к стулу, на котором была свалена ее одежда. Мужчина понесся к шкафу доставать запасную рубашку. Несмотря на то что вещи, в сумме надетые на них, составляли один почти полный комплект, этого явно было недостаточно, чтобы показаться на глаза коллегам.

Стоило Катерине обмотать вокруг шеи обрывок мишуры, прикрывая следы недавней страсти, как в кабинет просочилось сухое «тук-тук-тук», формальное «можно?» и робкое «здравствуйте». Эта комбинация была узаконена во всех офисах, но ее последовательность и скорость варьировались вежливостью сотрудника и настроением начальства. Сегодня начальство, судя по спешно надетому темно-зеленому галстуку в серебристую искорку, оказалось настроено благодушно. Мишура на Катерине радовала глаз, аромат только что потушенных свечей успокаивал нервы, спрятанный под столом бюстгальтер грел сердце.

– Ой, Катенька, и вы здесь, – протараторила заглянувшая в кабинет ахошница Ольга Николаевна. – А я тут по поводу полочек, Антон. Помните, я вам в пятницу говорила? Для чуланчика.

– Забирайте, Ольга Николаевна. – Главред запоздало убрал очки в карман пиджака и прикрыл две кофейные чашки баррикадой из книг. – Сюда новые закажем.

– Вот спасибо! А то без полочек тяжело, столько лет мучаюсь, – посетовала завхоз и прижала к груди очередную книжную продукцию спорного содержания, изъятую у наборщиков, которой наконец-то найдется место. – А может, вы мне и креслице поменяете? Старое совсем на ладан дышит, того и гляди развалится.

– В общей комнате стоит запасное. Берите.

– Ох, правда? Удача-то какая! А как вы смотрите на то… – Ольга Николаевна запнулась, когда Антон наглядно продемонстрировал, как он смотрит на еще не озвученное предложение очень хозяйственной хозяйственницы. – А впрочем, пустое. Катенька, не подскажете, где вы ключик оставили? Что-то мы с Михалычем только запасной нашли.

– Эм… ну… понимаете…

– Держите, Ольга Николаевна, – сказал Антон, передавая женщине знакомый ключ с пластиковой головкой. – Идите работать и попросите меня не беспокоить.

И что-то такое было во взгляде главного редактора, что завхоз предпочла молча выскользнуть из кабинета, даже несмотря на темно-зеленый галстук в серебристую искорку.

– Анто-о-он! – протянула Катерина, как только они снова остались наедине. – Нам надо поговорить!

Суровым тоном она надеялась припугнуть мужчину. Но на этот раз план с треском провалился. Глаза Антона потемнели, напомнив о тех моментах, когда Катерина стонала его имя под отрывистые фразы и влажные шлепки тел.

– Я вас внимательно слушаю.

– Где вы нашли ключ, Антон?

– Если я скажу, что под оленем, вы мне поверите?

Катерина шагнула к столу и, обогнув его, нависла над сидящим в кресле боссом.

– Вы ведь понимаете, – начала девушка издалека, – что совместная работа в издательстве – это удачные публикации и нераспроданные тиражи, пережитые радости и возможные огорчения. Вы готовы разделить их со мной?

– Готов… – выдохнул Антон, жадно следя за губами креативного редактора.

– Создание проекта – это одно из самых важных, трепетных и уникальных решений в нашей жизни. Осознаете ли вы, что, идя на этот шаг, вы берете на себя великий долг перед читателями?

– Осознаю… – повторил Антон и потянулся навстречу Катерине.

– Помните, как трудно в нашем сложном и огромном мире встретить книги, которые западут в душу, откроют глаза на мир и позволят заглянуть внутрь себя. Согласны ли вы хранить и оберегать эти сокровища, несмотря ни на что?

– Да.

– Прошу скрепить подписью серьезность ваших намерений, – попросила Катерина и протянула начальнику многострадальный список.

Когда размашистый автограф перечеркнул прежние распри, а поцелуй приоткрыл заманчивые перспективы, Антон с трудом отстранился от Катерины и смущенно признался: