Чтение онлайн

О, Господи, он такой сильный и властный, когда целует. Я никогда не чувствовала такой силы. Его губы двигаются напротив моих и ощущаются, словно он ест свой любимый десерт, которого так долго жаждал и которого был лишен долгое время.

А его язык… Его вкус сводит меня с ума, он такой идеальный, такой манящий…

Руками нахожу его грудь. Он такой твердый и гладкий, даже сквозь обтягивающую футболку чувствую каждую мышцу его мускулистого тела, особенно когда они напрягаются от его попыток уничтожить мой рот поцелуем. Он — гора мышц и ярости, а я хочу исследовать каждый миллиметр его тела.

Пальцами дерзко скольжу по соскам.

Клейтон стонет в ответ, вздрагивая от моего прикосновения.

Затем кладет свои сильные руки на мои бедра, и одним мощным толчком стаскивает меня с кофейного столика и бросает на диван. Я задыхаюсь от нашего поцелуя. Потом Клейтон отстраняется, его звериные глаза исследуют мои.

Он спрашивает разрешения?

Клейтон Уоттс, у вас оно есть.

Как будто пытаясь убедить еще больше, он садится на меня верхом и хватается за низ своей футболки. О, Боже. Он медленно тянет ее вверх, заставляя материал скользить по его торсу, чтобы устроить для меня шоу. Сантиметр за сантиметром мне открывается вид на его пресс — да, все шесть кубиков на месте, полный сексуальный пакет — а затем на два холма его грудных мышц, которые просто идеальны. Татуировка ползет по его шее, продолжается на его груди в колючем гнезде чернил, что делает его экзотичным и опасным.

Клейтон отбрасывает футболку в сторону, и его вид без одежды, сидящего на мне, — это слишком. Со мной такого не бывает. Так нереально.

Его стройные бедра спрятаны в джинсах, туго обтягивающих его большие мускулистые ноги, которые удерживают меня на месте.

Я целиком и полностью в его власти.

Потом Клейтон наклоняется вперед и покусывает мою шею, посылая мурашки вверх и вниз по телу, пока я извиваюсь от удовольствия.

Вес его тела давит на меня, почти лишая воздуха. У меня так кружится голова от того, что он делает с моей шеей, что я едва замечаю это. На самом деле, поощряю, цепляясь за него в животной попытке слить наши тела воедино.

Прижавшись к нему, я на долю секунды задумываюсь, не слишком ли быстро все происходит между нами.

В следующую секунду я беззвучно кричу: «О Боже!».

Клейтон проделывает путь до моего уха, обводя языком линию подбородка. Когда он снова достигает моего рта, наши внутренние животные воссоединяются, и я обнимаю его за плечи, прижимая его к себе.

— Деззи, — шепчет он, на мгновение отстраняясь.

— Клейтон, — отвечаю я, наше тяжелое дыхание смешивается.

Губы встречаются в поцелуе, он приподнимается и проводит руками вниз по моему телу, достигая бедер. Его пальцы дразнят меня под топом, щекоча чувствительную кожу.

Господи.

Медленно и уверенно, пальцами он снова прокладывает себе путь наверх, задирая топ.

Я приподнимаюсь, и Клейтон его снимает.

Он нависает надо мной, пока рукой спускается от кружевного лифчика к обнаженному животу, затем проводит вдоль пояса джинсов, поигрывая пуговицами. Я сжимаю ноги, чувствуя возбуждение.

— Подожди.

Клейтон видит, что мои губы двигаются. Он приподнимает брови, по-прежнему тяжело дыша.

— Подожди, — повторяю я и кладу руку на его теплую обнаженную грудь. — Подожди, подожди, подожди.

Клейтон повинуется, он смотрит на меня своими темными глазами и ждет, не понимая. Единственный звук в комнате — наше прерывистое дыхание. Я наблюдаю, как моя ладонь, лежащая на его груди, поднимается и опускается вместе с каждым его вздохом. Его тело настолько идеально, что я ни с чем и ни с кем не могу его сравнить. Форма грудных мышц, очертания пресса, напряженные мышцы, татуировка… Слишком сложно сфокусироваться на чем-то одном.

— Слишком быстро? — выдыхает Клейтон.

Я киваю, осторожно заглядывая ему в глаза.

И не вижу в них разочарования. На самом деле, он, кажется, согласен с этим. Он приподнимается, упираясь руками по обе стороны от подушки, на которой я лежу, и мы оба переводим дыхание.

Его губы складываются в ухмылку.

— Не можешь справиться со мной?

Я смеюсь, несмотря на сложившиеся обстоятельства.

— С тобой сложно справиться.

Клейтон встает, давая мне возможность сесть. Я поднимаю свой топ с пола и надеваю его обратно. От меня не ускользает то, что он следит за каждым моим движением. Застегиваю пуговицу на джинсах — и когда он успел их расстегнуть?

Теперь уже я ухмыляюсь.

— Перестань пялиться.

Клейтон пожимает плечами.

— Мне нравится, что я вижу.

Глядя в течение секунды в его глаза, чувствую себя удивительно сильной, хватаю его футболку и бросаю в Клейтона. Он ловит рукав футболки зубами, рыча на меня, как собака.

Не могу удержаться от смеха.

Клейтон поднимает футболку.

— Надеть это обратно? — Я киваю в ответ. — Это впервые, — говорит он, дразня.

Мне нравится, как он произносит слово «впервые», с намеком на техасский акцент.

— Ну, если ты не хочешь, чтобы я разговаривала с твоей голой грудью… — дразню его в ответ.

Клейтон кладет руку на спинку дивана, забытая футболка падает на его колени.

Я не могу сдержать восторженный вздох, не зная, услышал ли он его. Взгляд беспомощно прикован к его мускулам.

— Итак, — говорю я на выдохе. Я справлялась с вещами и похуже. — Собираешься мне рассказать, как эта штука появилась на твоем лице?

Клейтон морщит лоб. Предполагаю, он не понял, что я сказала, поэтому показываю на свою щеку, а затем указываю на его.

Он вздыхает и смотрит в сторону, кусая губы. Я шлепаю по дивану, привлекая его внимание.

— Я знаю, что ты не просто… «упал». — Клейтон отрицательно качает головой, подтверждая мои подозрения. — Значит? — подталкиваю я его.

Кажется, ему приходится прикладывать усилия даже чтобы только думать об этом, из-за чего меня пронзает чувство беспокойства. Наконец, Клейтон достает телефон, некоторое время набирает на нем, а потом показывает мне экран:

Какие-то придурки из магазина на углу преследовали меня и напали.

— О, Боже! — выпаливаю я, прочитав. — Зачем?

— Плохое отношение, — тихо отвечает он. — Глухой. — Он пожимает плечами, мускулы на его плечах двигаются вместе с ним. Его взгляд задерживается на моих губах.

Напоминаю себе, что он смотрит на них, чтобы понять, что я говорю, и уговариваю себя не быть такой чертовски возбужденной из-за этого.

— Тебе не нравится много говорить, — замечаю я, хотя это должен был быть вопрос.

Задумавшись, он отводит от меня взгляд. С коротким вздохом, который, я уверена, он не хотел, чтобы я услышала, Клейтон снова печатает в телефоне. Наблюдаю, как его лицо меняется каждый раз, когда он подбирает разные слова, чтобы выразить то, что печатает. С некоторой неохотой показывает мне экран: