Чтение онлайн

Мил очнулся. Красный пожар, бушевавший целую вечность в его голове, погас. Пришло спокойствие и тишина. А вместе с ними вернулось сознание того, что он жив. Боль, легкая и почти ненавязчивая боль тупо напоминала о себе. Но даже это радовало Мила. Приятно и радостно, когда тело, которое приняло несколько титановых пуль, заявляет о себе тихой болью. Значит, не все плохо и он жив.

Мил приоткрыл глаза и уставился в темноту. Не в ту темноту боли и невидимого огня, в которой он жил неизвестно сколько времени. Темнота была наполнена звуками джунглей. Робкий разговор листьев, размышляющих о предстоящем и прошедшем дне. Далекий крик ночного охотника, скорее всего толстокожей, вечно не чесанной кошки. Чуть позже последний жалобный крик настигнутой и поверженной жертвы. Непонятно кому принадлежащий. Крик смерти в джунглях у всех одинаков. Вот еще. Словно где-то далеко-далеко произошел горный обвал. Скорее всего Большая река решила выбрать себе новое русло. Звуки, звуки... Мир, полный звуков. А среди них, чуть в стороне от того места, где лежал он. Мил, бывший офицер полиции, а ныне черт знает кто, переговариваются Ночной Родж и Квар.

Мил осторожно приподнял голову и прислушался. И хотя голова его мгновенно наполнилась звонкими толчками застоявшейся крови, он разобрал слова. Говорил Родж:

– Джунгли встревожены, словно перед большой засухой. Тот небольшой отряд, что я послал на разведку, был моментально атакован жителями. Еле лапы унесли.

– Значит, они не успели предупредить мою стаю?

– Нет. Маленькие Но Злобные Кошки сдержали слово. Всюду засады. Словно вернулось время, когда все джунгли объявили большую охоту на серых странников. Может быть, Альвареза?

– Если джунгли поднялись, то орангутангам пришлось туго. Альвареза и Бобо ушли три дня назад, и от них никаких вестей. Словно в Северный водопад канули.

Жители замолчали.

Мил уже понял, что в джунглях, до этого дня спокойных и предсказуемых, произошло нечто странное и необъяснимое. Квар говорил, что никто в джунглях не станет слушать Маленьких Но Злобных Кошек. Мало кто в джунглях любил эту стаю. Но, так или иначе, это произошло. Они сумели поднять джунгли, и теперь только звезда, дающая планете тепло и свет, знает, что будет с теми, на кого объявлена охота.

Мил попытался подняться на ноги. Неблагодарное это занятие подниматься на ноги после ранения, если ты пантера. Шатает во все стороны, словно после бурно проведенной ночи где-нибудь в королевских игорных домах.

Он постоял несколько минут, привыкая к гулу в голове, затем, осторожно переставляя почему-то тяжелые лапы, двинулся в сторону Квара и Роджа.

Они лежали у небольшого, обросшего плющом камня, спинами к подходившей белой пантере. И хотя Мил подходил с подветренной стороны, они почти одновременно вскочили на лапы и развернулись в сторону шума, доносившегося из-под лап белой пантеры.

– Наверное, я никогда не научусь подбираться тихо.
– Мил, не здороваясь, опустился рядом с жителями и опустил морду на лапы.

– Пантерам не нужна тишина.
– Квар внимательно принюхался, словно не доверяя глазам, и теперь, уже спокойно, примостился рядом.

Несколько минут никто ничего не говорил. В джунглях не принято начинать разговор сразу. В джунглях не принято торопиться.

Родж и Квар переглянулись.

– Что, ну?

Мил вздохнул. Иногда жители просто выводили его из себя. Неужели непонятно, что ему, провалявшемуся в забытьи, интересно, чем закончилась та встреча у города.

– Что там произошло. У города.

Квар приподнялся, старательно почесал лапой бок, сладко зевнул.

– А что произошло? Мы их всех того... да, Родж?

Родж согласно кивнул.

Мил прекрасно понимал, что значит "того", но слишком невероятно было то, что небольшая кучка жителей смогла... решить конфликт в свою пользу. И он захотел подробности.

– Слушай, Квар, я, конечно, уважаю вас обоих, но нельзя ли поподробнее.

– Можно и поподробнее, - тут же согласился староста, - чего не поподробнее. Пришельцы глупы и их палки, которые выплевывали невидимую смерть, тоже. Они поубивали себя сами. А тех, кто остался, значит, мы.

– Но это же...
– Мил даже не знал, что сказать. Убили людей, его сородичей, и он должен был кричать, ругаться. Но Мил понимал, что все было в пределах самообороны. И любой планетный суд, тщательно рассмотрев обстоятельства, не смог бы обвинить жителей в преднамеренном убийстве.

– Никто не виноват в случившемся, - заговорил Родж.
– Мы пришли с миром. А Пришельцы не сдержались. Или ты, белая пантера, считаешь, что было бы лучше, если смерть нашла бы нас?

Мил промолчал. Он устал. Он не хотел ничего говорить. И он не хотел, чтобы там у города произошла стычка. Что-то пошло не так.

– А потом мы вытащили тебя из-под обломков летающей птицы Пришельцев и оттащили в джунгли. Тебя слегка зацепило, но ничего страшного. Эти две недели...

– Две недели?
– Мил не поверил. Две недели он провалялся в беспамятстве и ничего не делал. Две недели, в течение которых в джунглях творится бог знает что. А что говорить о городе?

– Ну да, две недели, - повторил Родж.
– И ты, наверно, хочешь знать, что произошло за это время?

– Кое-что я слышал. Джунгли беспокойны и, если я правильно понял, они объявили охоту на нас.

– Да. Маленькие Но Злобные Кошки постарались на славу. Сейчас мы на окраине. Соваться в глубь джунглей небезопасно. Оторвут голову, будь ты хоть трижды пантерой или серым странником.

– И что теперь?

Квар и Родж одновременно пожали плечами. Довольно комичное зрелище - животные, пожимающие плечами.

– Война.

– Война?

Последний раз Мил слышал это слово на заре своей службы в космической полиции, когда одна из дальних колоний восстала против Содружества. Но та война была далекой и недолгой. Содружество с отступниками поступало гуманно. Пара крейсеров, два-три залпа - и нет планеты. Ни в космосе, ни на картах. Только один маяк, предупреждающий пролетающие корабли о том, что квадрат на карантине.

И теперь война, которая пришла в джунгли. И в которой оказался завязан он, Мил.

– Мы попробуем собрать всех наших сторонников. Тех, кто верит нам. Тех, кто не верит Маленьким Но Злобным Кошкам. Таких немного, но они есть. И только тогда, когда соберутся все, мы ударим по джунглям. Потом, если выживем, мутанты. А уж потом и Пришельцы.

Глупцы. Какие они глупцы. Мил прикрыл глаза. Он не хотел, чтобы жители увидели в них эту мысль. Мил понимал, что они ничего не смогут сделать. Джунгли - куда ни шло. Может быть, мутанты. Но уничтожить город?

– Что-нибудь известно о Пришельцах?

– Нет. Мы вообще ничего не знаем. Может быть, когда вернутся Альвареза и Бобо...

– А мутант? Вы ни слова не сказали о мутанте? Где он?

Мил даже не ожидал, что его вопрос вызовет такую бурную реакцию со стороны жителей. Они принялись ругаться так, словно в их жизни произошла самая большая несправедливость:

– Этот стервец... этот негодяй... Мы решили оставить его в живых. Он славно сражался там, у города, и мы подумали, что мутант не так уж и плох. А этот негодяй смылся, едва узнал о наших дальнейших планах. И теперь...