Чтица для чекиста в отставке
Шрифт:
– Хорошо, доверимся Вашему знакомому, – согласился Рустам Еникеев.
– Нина, как там Анна Федоровна, может все-таки напоить всех чаем? Надо бы успокоиться, – произнес Вилор Феликсович.
– Свекровь ушла к себе, у нее давление поднялось, – ответила Нина. – Я сейчас… все сделаю.
Алиса из холла позвонила Полуянову Максиму Михайловичу, который был в курсе ее работы чтицей у чекиста в отставке. Она была уверена, что он не откажет в ее просьбе.
Максим Михайлович Полуянов, за глаза среди коллег называемый «Два Ивана» за мощную, немного тяжеловатую фигуру, за годы работы в органах МВД привык к звонкам в выходные дни, но звонок Алисы Симоновой его удивил.
– Что могло случиться у отставного чекиста Арсеньева на его же дне рождения? – спросил он себя. – И Хромов как назло в командировке.
Подполковник Полуянов догадался: случилось нечто из ряда вон выходящее.
– Слушаю тебя, Алиса Сергеевна. Никак хочешь втянуть меня в новое расследование? – пробасил он.
– Не совсем, но необходима Ваша помощь, – ответила Алиса и рассказала о случившемся.
Похвалив девушку за краткость и четкость изложения, Полуянов пообещал прислать своего помощника Тарасова Сергея и экспертов.
Алиса сообщила Вилору Феликсовичу и Рустаму Маратовичу о скором приезде сотрудника полиции.
– А зачем вызывать полицию, если Майя умерла от сердечного приступа? – спросила Элла.
– Так положено в случае неожиданной смерти в доме, – ответил Еникеев. – Врачи и полиция должны подтвердить отсутствие криминала.
– Вот и отпраздновали мой день рождения, – печально воскликнул Вилор Феликсович.
– Вилор, это не твоя вина, – стал успокаивать друга Лев Львович.
– Кто же знал, что у Майи больное сердце. Она никогда не жаловалась, – поддержала мужа Луиза Марковна. Она повернулась к Воробьеву.
– Никанор, держись, мы тебе поможем с похоронами, – воскликнула Луиза Марковна.
И все гости выразили готовность помочь Воробьеву, находившемуся словно в ступоре.
Капитан полиции Сергей Тарасов и два эксперта приехали через тридцать пять минут. Тарасов, хорошо знающий Алису по предыдущим расследованиям, подошел к ней.
– Знакомь с хозяином и составь мне список всех гостей, – попросил он Алису Симонову.
– Арсеньев Вилор Феликсович, бывший сотрудник КГБ и МВД, – тихо сказала Алиса, подведя Тарасова к Вилору Феликсовичу.
– Бывших чекистов не бывает, – произнес Сергей Тарасов, пожимая руку Арсеньева. Он поздравил его с днем рождения и выразил сочувствие за испорченный праздник.
– У меня в гостях следователь Рустам Маратович Еникеев, он может Вам помочь, товарищ капитан, – предложил Арсеньев.
Еникеев, покинувший гостиную вслед за Арсеньевым, предложил Тарасову свою помощь.
– Я уже попросил Алису… Сергеевну составить список гостей, – ответил Тарасов. – Сейчас подъедут врачи скорой помощи, чтобы подтвердить смерть гостьи в результате сердечного приступа.
В холле появилась Луиза Марковна Лукъяненко.
– Я терапевт… У Майи поднялось давление, я ей дала одну таблетку вот этого препарата. Майя легла немного отдохнуть, но, видимо, высокое давление спровоцировало инфаркт, – пояснила Лукъяненко. – Я так жалею, что не вызвала скорую помощь, – чуть не плача воскликнула она.
– Благодарю Вас за информацию, – произнес Тарасов, забирая упаковку с лекарством.
Эксперты и подъехавшие врачи скорой помощи вошли в комнату, где находилась Майя Воробьева.
Алиса подтвердила слова Луизы Марковны.
– Муж Майи Матвеевны сказал, что его жена в последнее время жаловалась на боли в сердце и даже, по его словам, принимала какие-то таблетки, – пояснила Алиса. – Врачи наверняка подтвердят смерть от сердечного приступа.
– Буду рад, если в ее смерти нет криминала, – прошептал Тарасов. – В последнее время истории, в которые ты попадаешь, Симонова, становятся закономерностью, – усмехнулся Тарасов и направился к экспертам.
Алиса услышала, как Нина, невестка домработницы, робко предлагала гостям чай.
Гости, занятые обсуждением случившегося, вяло отреагировали на предложение Нины.
Алиса зашла в ванную комнату, заперла дверь и достала из кармана записку и телефон Воробьевой. Она не стала раздумывать, почему не отдала эти вещи Тарасову или тот же сотовый Воробьеву.
Когда Алиса первой подбежала к лежащей Майе Матвеевне и, обнаружив телефон на полу, а вернее на пушистом ковре, она подумала, что Майя Матвеевна звонила мужу, когда ей стало плохо, но записка насторожила ее. Именно поэтому она спрятала телефон и записку в кармане жакета. Тем более звонка телефона Воробьева она не слышала.
– Кому могла звонить Воробьева перед своей смертью? – спросила себя Алиса, нажимая на кнопки сотового.
К своему удивлению Алиса не обнаружила ни одного исходящего звонка в этот вечер. Зато увидела отправленное сообщение.
– Уезжайте опасно Май.., – прочла Алиса и застыла в изумлении.
Алиса поняла, что Майя Матвеевна, почувствовав себя плохо, хотела предупредить кого-то об опасности и набирала текст из последних сил, поэтому, не дописав свое имя, уронила телефон и записку с номером сотового, в чем и убедилась Алиса.
– Странно, вместо того, чтобы позвать на помощь или набрать номер телефона мужа, Майя Матвеевна из последних сил кого-то предупредила об опасности, – мысленно произнесла Алиса. – И кто это может быть? – спросила она себя, пряча телефон и записку. – По времени отправки сообщения можно с точностью предположить время смерти или потери сознания, – подумала Алиса и покинула ванную комнату.
В холле она столкнулась с Тарасовым, хмурое лицо которого не понравилось Алисе.
– В чем дело, товарищ капитан? – тихо спросила Алиса.
– Мне нужно опросить присутствующих в квартире, – ответил Тарасов.
– Я уточню у Вилора Феликсовича, где это лучше сделать, – сказала Алиса и, войдя в гостиную, подошла к Арсеньеву.
Алиса помогла Вилору Феликсовичу выйти из гостиной и подвела его к Тарасову.
– Формальности требуют написания протокола, – пояснил Тарасов. – Врачи подтвердили смерть Воробьевой от сердечного приступа. Я быстро опрошу гостей, и они смогут уехать. Я так думаю, всем уже не до празднования, – предположил Тарасов.