Чтение онлайн

В своей повседневной жизни я старался следовать этому принципу. Когда со мной случались какие-нибудь неприятности, я всегда говорил своей Лене:

— Не расстраивайся, это мы платим за наше счастье. Самое главное в нашей жизни — это наша любовь. Потом здоровье. Потом все остальное. Лучше заплатить деньгами и переживаниями, чем здоровьем и любовью.

Со стороны мы, наверное, выглядели странновато. Случается беда, а мы улыбаемся и радуемся непонятно чему. Наше счастье было в том, что мы одинаково смотрели на окружающий мир. Как единое целое.

И у нас была одинаковая шкала ценностей этого мира. Мы никогда из-за этого не спорили. В большинстве семей причина конфликтов в том, что мужу главным кажется одно, а жене другое.

Я никогда раньше не писал в книгах о своей личной жизни, боялся сглазить. И Лене говорил: «Ты много не хвались, кабы чего не вышло».

Она отвечала: «А мне не нужно ничего говорить. Мне все говорят, что у меня глаза настолько счастливые, что и спрашивать ничего не надо».

«Самое главное, — добавлял я, — что мы с тобой оба понимаем счастье одинаково».

14 августа 2005 года.

До смерти Елены осталось менее суток. Я, как обычно, встретился с Любашей, чтобы поговорить с Ангелами перед дорогой.

Люба колдовала над зеркальцем:

— Поездка будет хорошей. Сдашь книгу в издательство. Книга людям очень понравится. У тебя, Ренат, говорят, есть бытовые вопросы, про машину хочешь спросить. Спрашивай.

— Да я думаю, может, мне на машине диски поменять?

— Серафим говорит: не стоит. Скоро ты от этой машины избавишься.

— Как так? — удивился я. Я купил эту машину, «тойота-корона», всего два месяца назад. Моя «рено-лагуна» постоянно ломалась, и мне пришлось приобрести второй автомобиль. — Я что, ее продам?

— Непонятно. То ли продашь, то ли поменяешь. В общем, он сказал, пусть Ренат не думает об этом, все решится само собой.

Вид у меня был все-таки чересчур задумчивый, поэтому Люба добавила:

— Серафим напоминает: мы Ренату уже говорили ранее, все, что ни делается, все к лучшему. Пусть об этом никогда не забывает. Как в Библии написано: без Божьей воли волосок с головы человека не упадет.

Я пожал плечами:

— Я про это всегда помню. Я если что-то спрашиваю, то лишь для того, чтобы к этому морально подготовиться, что ли. Я не боюсь будущего.

Мы выехали из Лабинска в ночь. Такие поездки мы совершали до этого почти ежемесячно по маршруту Лабинск — Москва и обратно. Трасса Ростов — Москва весьма загружена, поэтому ночная поездка наиболее оптимальна — дорога свободная, машин мало.

Настроение было у обоих приподнятое — закончена многомесячная работа, впереди нас ждала поездка на море, долгожданный отпуск вдвоем.

Недаром говорится: беда всегда приходит в тот самый момент, когда ее совсем не ждешь.

Сейчас, оглядываясь назад на свою жизнь, вижу, что все беды со мной происходили в пик наивысшего настроения, когда жизненные силы находились на подъеме, чтобы легче было пережить эту проблему.

Сама авария произошла мгновенно. Мчавшийся навстречу автомобиль неожиданно пересек разделительную полосу и выехал на нашу полосу движения. Произошло столкновение.

Я очнулся спустя некоторое время. У меня сработала подушка безопасности, я остался жив, лишь лицо все было разбито в кровь. Рядом на сиденье находилась Елена. Машины столкнулись левыми передними частями, как раз той стороной, где сидела Елена. Удар был такой силы, что Лену вытащить из машины было невозможно, ее тело извлекли позже с помощью спецтехники.

Это вторая авария со смертельным исходом, в которой я побывал.

В первые минуты после обеих аварий у меня было одинаковое состояние — какая-то непонятная заторможенность, такое ощущение, что все чувства разом притупились. Состояние шока. Не чувствуешь боли, не чувствуешь тела, вообще ничего не чувствуешь.

Природа таким образом защищает человека от стресса.

Я смотрел на Лену и никак не мог понять, что произошло. Попытался вытащить ее из машины — не смог. Пытался нащупать у нее пульс — ничего не понял, попытался нащупать пульс у себя, стараясь определить нужную точку. Тоже ничего не почувствовал.

Вокруг нашей машины собрались люди, что-то говорили. Я не мог понять, что они говорят. Тут появились врачи. Один потрогал Лену и, повернувшись к своему коллеге, показал сложенные крестом свои ладони — все, умерла.

Я вышел из машины, у меня земля поплыла под ногами, меня положили на носилки и погрузили в машину «скорой помощи».

В тот момент у меня просто в голове это не укладывалось — Лена умерла. Как такое может быть? Мне казалось, что сейчас медики сделают что-то особенное и вернут ее к жизни.

Иначе не может быть, потому что этого не может быть.

Позже, спустя несколько дней, на очередном сеансе у Любы я разговаривал с душой моей Лены.

Я спросил у нее:

— А что ты чувствовала в момент смерти?

Она ответила:

— Ничего. Я даже не успела испугаться. Вначале легкая боль, а потом я увидела со стороны свое тело в машине, тебя рядом, людей…

— Ты все это время была рядом?

— Да. Стояла и смотрела на все со стороны — как приехала милиция, «скорая помощь».

— Как в том фильме?

— Да. Все так и было.

Незадолго до аварии мы с Леной смотрели фильм «Привидение», или «Призрак» (его еще и так называют), с Деми Мур и Патриком Суэйзи в главных ролях.

Фильм очень известный. В нем показано, что происходит с душой человека после смерти.

В начале фильма есть такая сцена — когда убивают героя Патрика Суэйзи, он, не заметив случившегося, бежит вслед за убийцей. Потом возвращается обратно и с изумлением видит свое бездыханное мертвое тело, лежащее на земле. Тут он начинает понимать, что умер.

— Лена, а ты сразу поняла, что умерла? — Да. Я же про это много читала, кино видела. Вокруг все сразу так изменилось…

В больнице в приемном покое, лежа на носилках, я, с трудом повернув в сторону голову, наконец увидел пассажиров из той встречной машины. Среди них была молодая девушка с маленьким ребенком на руках. Вот она — та самая авария, от которой мы с Леной пытались уйти два года назад. Получилось все именно так, как предсказывала тогда Люба. От судьбы не уйдешь.