Чтение онлайн

После войны победители решили превратить слухи о немецких «фабриках смерти» в «установленный исторический факт». С моей точки зрения, для этого были три основные причины. Прежде всего, победители хотели заклеймить Германию печатью Каина, чтобы предотвратить возрождение немецкого национализма. Во-вторых, они хотели замолчать свои собственные гнусные преступления против человечности, такие, как, например, изгнание свыше 12 миллионов восточных немцев с земли своих предков, уничтожение города Дрездена, где по крайней мере 250–300 тысяч гражданских лиц были убиты без малейшей военной необходимости; или атомную бомбардировку Хиросимы и Нагасаки, когда Япония уже была готова сдаться. Для достижения этой цели они посчитали уместным обвинить немцев в зверствах, в сравнении с которыми их собственные проступки бледнели. В-третьих, история «холокоста», которая приняла свой теперешний вид в послевоенные годы, служила в качестве оправдания для создания государства Израиль, основанного в 1948 г. с благословения как Соединенных Штатов, так и Советского Союза. На Нюрнбергском процессе, где победители лицемерно судили побежденных, применяя закон ретроспективно и прибегая к другим многочисленным юридическим уловкам, предполагаемое истребление евреев «было доказано» показаниями самозваных «свидетелей» и «признаниями» «виновных» немцев. Эти признания часто добывались под пыткой. Самым известным является случай с вышеупомянутым Рудольфом Хессом, первым комендантом Освенцима. После его захвата британцами, в апреле 1946 г. Хесс дал показания, что по меньшей мере 2,5 миллиона заключенных было отравлены газом в Освенциме к концу ноября 1943 г., а другие 500.000 погибли от голода и болезней[67]. Но, согласно Франтишеку Пиперу, ведущему историку музея Освенцима, в период функционирования лагеря в Освенцим было доставлено 1,1 миллиона заключенных[68], но Карло Маттоньо доказал, что даже эта цифра преувеличена по крайней мере на 200.000 человек[69]. Хесс также заявил, что он посетил Белжец и Треблинку в 1941 г., хотя Белжец был открыт в марте 1942 г., а Треблинка в июле того же года. Как описал в 1983 г. британский автор Руперт Батлер в своей книге «Легионы смерти», группа британских специалистов по пыткам под руководством сержанта-еврея Бернарда Кларка жестоко избивала Хесса в течение трех дней, пока он, наконец, не подписал свое признание. Оно было на английском языке, которого он не понимал![70]

То, что власти Федеративной Республики Германии всегда стремились идти в ногу с историей «холокоста», может показаться непонятным несведущему наблюдателю: зачем этим людям обвинять собственную страну в воображаемых преступлениях? Ответ на этот вопрос в том, что так называемая «демократическая» система», навязанная западной части Германии, подобно тому, как коммунистическая диктатура была навязана восточной части, старалась узаконивать себя в глазах населения, доказывая беспрецедентную жестокость национал-социализма. Это достигалось бесконечным потоком судов, на которых ответчики, которых обычно обвиняли в убийстве евреев, представлялись средствами массовой информации в качестве зверей в человеческом обличье. Власти вынуждали целые школьные классы посещать эти показательные суды для того, чтобы настраивать школьников против поколения их отцов, которые, в подавляющем большинстве, поддерживали национал-социалистический режим. Таким образом, суды сыграли критическую роль в перевоспитании немецкой нации. Они служили для того, чтобы ретроспективно создать желаемые подтверждения убийств миллионов в «газовых камерах» через рассказы очевидцев и признания предполагаемых виновных, подтверждения, которые историография не смогла предоставить вплоть до настоящего времени из-за абсолютного отсутствия соответствующих документов и материальных следов. Ввиду огромного политического значения этих судов, бывший эсэсовец, сидящий на скамье подсудимых, которому хотелось получить шанс на оправдательный, или хотя бы сравнительно легкий приговор, не мог оспаривать факт истребления евреев; самое большее, что он мог, это отрицать собственную персональную вину или, в случае, если свидетели инкриминировали ему слишком много, настаивать на том, что он был вынужден подчиняться приказам. Эта стратегия часто была успешной. Яркий пример того — дело бывшего офицера СС Иосифа Оберхаузера, который проходил службу в Белжеце во время войны и предстал перед судом в Мюнхене в 1965 г. Находясь на скамье подсудимых, он ссылался на необходимость выполнять приказы, и не оспаривал газовых убийств в Белжеце, Таким образом, судебная система Западной Германии могла торжественно отметить, что ответчик не отрицал реальность массовых убийств. Хотя Оберхаузер был признан виновным в содействии коллективному убийству 300 000 людей, он тем не менее получил невероятно легкий приговор — всего лишь в четыре с половиной года тюремного заключения[71]. Так как он находился под следствием с 1960 г., в 1965 г. его посчитали отбывшим свой срок, и он был выпущен на свободу вскоре после вынесения вердикта. Этот пример показывает, что судебная система Западной Германии не нуждалась в пытках ответчиков, чтобы получить желаемые признания.

В 1977 г. Адальберт Рюкерл, бывший директор учреждения, ответственного за преследование предполагаемых военных преступников, написал книгу о судах[72]. Во втором издании своей классической работы о холокосте, «Уничтожение европейских евреев», Рауль Хилберг цитирует книгу Рюкерла в качестве источника 41 раз. Другими словами, немецкая судебная система «доказала» «холокост» посредством судов, на которых заявления лжесвидетельствующих «очевидцев» и полученные под давлением или с помощью посул признания предполагаемых «виновников» стали единственной уликой, и ортодоксальные историки «холокоста», подобно Раулю Хилбергу в большой степени основывали свои сведения на вердиктах, вынесенных на этих судебных процессах. И сегодня та же коррумпированная судебная система Германии, которая сфабриковала фальшивое подтверждение «холокоста», теперь отправляет ревизионистов в тюрьмы без какого-либо изучения их аргументации, объявляя «холокост» очевидным фактом, доказанным историками!

Для будущих поколений «холокост» действительно покажется уникальным, но не по тем причинам, на которые указывают евреи, а по другим. Эти будущие поколения окажутся в растерянности от необходимости объяснять не только то, каким образом в подобную абсурдную историю люди верили на протяжении многих десятилетии, но и то, что ее отстаивали, посредством жесткой цензуры и неприкрытого террора, правительства так называемых «демократических» государств. Нам предлагают верить в гигантские по своим масштабам убийства на химических бойнях, не оставившие никаких следов: ни газовых камер, ни планов по их использованию, ни результатов вскрытия хотя бы одной жертвы, умерщвленной газом, ни одного массового захоронения, ни праха, ни костей, никаких документов — ничего. «Холокост» якобы доказан легионами уцелевших евреев, при этом каждый в отдельности уцелевший являет собой доказательство того, что, хотя немцы, несомненно, преследовали евреев, они не уничтожали их как народ. В 1968 г. Еврейский исторический институт в Варшаве напечатал рассказ некоего Самуэла Зильберштайна, польского еврея, который пережил не меньше десяти лагерей: «лагерь истребления» Треблинка, «лагерь истребления» Майданек и восемь «нормальных концентрационных лагерей» вдобавок[73]. Такие случаи не только не доказывают «холокост», а наоборот, говорят о том, что никакого «холокоста» не было.

В течение последних десятилетий количество жертв нескольких предполагаемых «лагерей уничтожения» резко уменьшается, благодаря самим стражами чиновничьей «истины». В 1945 г. польско-советская комиссия заявила, что не меньше четырех миллионов человек погибло в Освенциме[74]. Хотя ни один западный историк не принимал всерьез эту нелепую цифру, она упоминались на мемориальных таблицах Освенцима, пока не была удалена в 1990 г. Полякам понадобилось два года, прежде, чем они приняли решение по новой цифре, которая впоследствии и была записана на новых табличках: 1,5 миллиона. Но через год, в 1992 г., главный историк музея Освенцим, Франтишек Пипер, опубликовал книгу, в которой он утверждает, что 1,1 миллиона людей, из них около миллиона евреев, погибли в лагере[75]. Таким образом, теперь существуют уже две официальные цифры, отличающиеся на 400 000, — одна на таблицах и другая в книге Пипера!

Кстати, реальная цифра составила около 135 500, возможно, половина из них евреи, другие — поляки, советские военнопленные, цыгане и лица, принадлежащие к различным другим группам или национальностям[76].

Еще более резким было сокращение первоначальных цифр для концентрационного лагеря Майданек. Сколько же людей погибло в Майданеке?

1,5 миллиона согласно сообщению польско-советской комиссии[77], представленному на Нюрнбергском трибунале в 1946 г. в Документе USSR-29;

360 тысяч согласно польскому судье Здиславу Лукашкевичу в официальном «Бюллетене Комиссии по исследованию немецких преступлений в Польше» в 1948 г.[78];

235 тысяч согласно польскому историку Чеславу Райке в официальном журнале музея Майданека в 1992 г[79];

78 тысяч согласно польскому историку Томашу Кранцу, директору научно-исследовательской секции Музея Майданек, в 2005 г[80].

В 1998 г. Карло Маттоньо в книге, написанной совместно с Ю. Графом, установил на основе документов, что реальное число смертей в Майданеке составило примерно 42 200. Таким образом, новая официальная цифра все еще на 35 800 выше, чем ревизионистская, но на 1 422 000 ниже, чем было установлено и записано на Нюрнбергском процессе!

Тем не менее эти грандиозные уступки ортодоксальных историков отнюдь не влияют на священную цифру 6 миллионов «жертв холокоста». Из этих 6 миллионов, можно вычесть несколько миллионов, и все равно остается 6 миллионов! Это — арифметика «холокоста»!

Но нелепая история «холокоста» имела, и все еще имеет, страшные политические последствия. Если бы не эта мистификация, мир никогда бы не позволил сионистам предпринять свою колониальную авантюру в Палестине в 1948 г. Если бы не эта мистификация, не существовало бы расистского государства Израиль, представляющего собой основную причину конфронтации на Ближнем Востоке и готового в любой день спровоцировать ядерную войну; у палестинцев не украли бы их родину, а мир был бы лучшим и более защищенным.

Пока что палестинцы — это наиболее очевидные жертвы аферы «холокоста», но они ни в коем случае не единственные. В действительности, эта мистификация чрезвычайно опасна для всех народов мира, включая еврейский, который рано или поздно должен будет заплатить высокую цену за глупость своих лидеров.

В 1991 г, Ян Дж. Кагедан, руководящий член Канадского филиала иудео-масонской организации Бнаи-Брит, писал, что создание «нового мирового порядка» будет иметь успех только если человечество усвоит «уроки холокоста»[81]. «Новый мировой порядок» является, очевидно, синонимом мира под тотальным контролем сионистов. Будучи численно слабыми, сионисты могут управлять миром только по доверенности. Этой доверенностью является единственная оставшаяся сверхдержава, Соединенные Штаты Америки, чудовище Франкенштейна с еврейской головой и нееврейским туловищем, которое нападает на одну страну за другой под мнимыми предлогами.

В апреле 2003 г., вскоре после оккупации Ирака, израильский пацифист Ури Авнери опубликовал статью, анализирующую огромное влияние так называемых «неоконсерватистов», клики ультрасионистских еврейских интеллигентов, которая в действительности определяет иностранную политику президента Буша: Ричард Перл, Норман Подхортес, Дэвид и Мейрав Вурмсер, Уильям Кристол, Вильям Сафир, Чарльз Краутхаммер, Миддж Дектер, Франк Гафни, Роберт Каган и другие. Авнери делает заключение: