Чтение онлайн

Был холодный вечер с моросящим дождем и порывистым ветром. Я надел плащ, поднял воротник, надвинул на глаза шляпу и вышел на улицу.

Я знал, что иду на риск, но был настолько взвинчен, что мысль провести остаток вечера в гнетущей атмосфере этой гостиницы была для меня невыносима.

Я еще не отошел далеко от гостиницы, когда дождь усилился. Я укрылся в кинотеатре и с трудом досмотрел до конца низкопробный и отчаянно скучный вестерн, затем вернулся в гостиницу, пообедал и лег спать.

Весь следующий день я опять провел у окна, но Римы так и не увидел.

Вечером, когда я возвратился из кинотеатра, во мне шевельнулся страх. Неужели из моей поездки ничего не выйдет? Время шло. Теперь у меня оставалось на поиски только одиннадцать дней, и они легко могли оказаться такими же, как и предыдущие.

Я лег в постель, но не мог заснуть, и где-то около часу ночи почувствовал, что не в силах больше лежать в этой конуре. Я встал, оделся и спустился в полуосвещенный холл.

Старый негр, служивший ночным сторожем, сонно замигал, когда я сказал ему, что хочу прогуляться под дождем. Ворча себе под нос, он отпер дверь и выпустил меня наружу.

Несколько баров и один-два дансинга были все еще открыты, и их красные и голубые неоновые огни отсвечивали на мокрых тротуарах. Молодые пары в пластиковых плащах расхаживали под руку, не замечая дождя. Одинокий полисмен балансировал на краю тротуара, разминая уставшие ноги.

Я спускался к морю, засунув руки в карманы плаща, и нервы у меня понемногу успокаивались под действием дождя и холодного ветра.

По дороге мне попался один из тех многочисленных ресторанчиков, которые сооружены на сваях у самого берега и специализируются на дарах моря. Снаружи вытянулась цепочка автомобилей. Слышались звуки танцевальной музыки. Я постоял у начала длинной пешеходной дорожки, которая вела через деревянные мостки к входу в ресторан, и уже собрался двинуться по ней, когда из дверей вышел рослый мужчина и побежал по мосткам, пригнувшись под дождем.

В тот момент, когда он пробегал под одним из фонарей, я узнал кремовый спортивный пиджак и брюки бутылочного цвета.

Это был Римин дружок!

Если бы не дождь, который заставил его пригнуть голову, он бы наверняка меня увидел и мог бы даже узнать.

Я быстро отвернулся, вытащил пачку сигарет и разыграл сцену прикуривания на ветру, продолжая краем глаза наблюдать за ним.

Он подбежал к «понтиаку» и начал шарить в «бардачке». Я слышал, как он бормотал себе под нос ругательства. Найдя то, что искал, он побежал обратно.

Я смотрел ему вслед, пока он не скрылся за дверями ресторана, потом как бы мимоходом задержался у «понтиака» и осмотрел его. Это была модель 1957 года, основательно потрепанная. Я посмотрел по сторонам. Вокруг не было ни души. Я быстро приподнял висевшую на баранке карточку, посветил зажигалкой и прочитал аккуратно впечатанные имя и адрес: «Эд Вазари, Бунгало, Восточный Берег, Санта-Барба».

Я отошел от автомобиля и направился в кафе через дорогу. Толкнув дверь, я увидел там лишь четверых подростков, которые сидели в конце зала, потягивая кока-колу. Я сел за столик у окна, откуда был виден «понтиак».

Ко мне неторопливо подошла официантка с усталыми глазами, и я заказал кофе.

Приехала ли Рима с этим мужчиной? Живет ли она с ним по этому адресу?

Я курил и помешивал ложечкой кофе, не спуская глаз с «понтиака». Дождь усилился и стекал струйками по окну.

Подростки заказали еще по бутылке кока-колы. Одна из четверки, блондинка с дерзким многоопытным взглядом, в узких джинсах и в свитере, обтягивающем незрелые детские формы, подошла к стоявшему рядом со мной музыкальному автомату и опустила монету. Зазвучала популярная песенка, тут же подхваченная подростками.

Затем я увидел Вазари и Риму, выбежавших из ресторана. Вазари держал над ней зонтик. Они нырнули в «понтиак» и укатили. Окажись я менее внимательным, я бы их прозевал, так быстро они появились и уехали.

Так и не притронувшись к кофе, я расплатился с официанткой и вышел в промозглую тьму.

Я был возбужден, но держал себя в руках. Не теряя времени, я быстро направился в круглосуточный пункт проката автомобилей, который приметил еще по дороге из гостиницы. После короткого разговора с одним из служащих я выбрал в гараже «студебеккер», внес задаток и поинтересовался между делом, пока заливали бензин, где находится Восточный Берег.

— Сверните направо и все время держитесь берега. Отсюда около трех миль.

Я поблагодарил, сел в машину и выехал под дождь.

Восточный Берег оказался песчаным пляжем длиной около мили с тремя-четырьмя десятками деревянных домиков вдоль дороги. Большинство из них было погружено в темноту, но кое-где светились огоньки.

Я полз по дороге черепашьим ходом, всматриваясь в каждый домик, но впотьмах не мог разглядеть ничего такого, что напоминало бы бунгало. Когда я уже подумывал о том, чтобы вылезти из машины, вернуться назад пешком и произвести более тщательный осмотр, впереди засветилось окно дома, находящегося в некотором отдалении от других.

Подъехав поближе, я почувствовал уверенность, что вышел на цель. Я свернул на обочину, погасил фары и вылез из машины.

Порывистый морской ветер бил в лицо тяжелыми каплями дождя, но я вряд ли что-нибудь замечал, пока шел к освещенному окну. Оказавшись рядом с домом, я убедился, что это бунгало.

Я остановился у деревянных ворот. На подъездной аллее стоял «понтиак». На дороге, насколько хватал глаз, не было ни души.

Я осторожно открыл ворота и двинулся по аллее, потом свернул на кольцевую бетонированную дорожку, подошел вплотную к бунгало и заглянул в освещенное окно. Сердце у меня бешено стучало.

Комната была достаточной величины и довольно хорошо обставлена: комфортабельные, хотя и обшарпанные кресла, на стенах современные цветные репродукции, в углу телевизор, в другом углу бар с большим запасом бутылок.

Все это я охватил одним взглядом, затем остановил глаза на Риме, которая развалилась в низком кресле с сигаретой в зубах, держа в руке стакан виски с содовой. Зеленый халат, распахнувшийся снизу, открывал длинные стройные ноги. Она нервно покачивала одной ногой, с недовольным видом уставившись в потолок.

Значит, она все-таки жила здесь, жила с этим Вазари!

Я продолжал наблюдать.

Внезапно распахнулась дверь и вошел Вазари — в пижамных брюках, голый по пояс. Выпятив широченную грудь, густо заросшую черной шерстью, он растирал затылок полотенцем, и его великолепно развитые мышцы вздувались буграми под загорелой кожей.

Он что-то сказал, и Рима метнула на него злобный взгляд. Потом допила виски, поставила стакан и встала на ноги. Немного постояв, она потянулась, прошла мимо Вазари и скрылась за дверью комнаты.