Чтение онлайн

Первым заговорил Уитон. Отпивая вино из бокала, он смотрел куда-то в сторону.

– Ну что ж, раз вы утверждаете, что у вас хорошая память, возможно, вы вспомните человека, которого вы определили в отдел к Жерару Вальмону.

– Я его туда не определял. Его принял на работу Хендрикс. И этого человека звали… – Почесывая подбородок, сэр Ли уставился в резной потолок. – Куинн или Куик. Нет, Куинс. Да-да, Куинс.

– Вы уверены?

– Конечно, уверен. Александр Куинс.

– Вы с ним встречались?

Сэр Ли нахмурился:

– Вы же прекрасно знаете, что встречался.

– Но ведь в тот момент он не знал, кто вы. Как и то, что на этой встрече вы его оцениваете.

– Разумеется, нет. Вам же известно, что таков порядок. Это обычная процедура. Хватит ходить вокруг да около! Выкладывайте, в чем дело.

Уитон чуть заметно пожал плечами:

– Ну ладно. Полагаю, раз уж все это безобразие началось при вас, я смогу получить какие-нибудь полезные сведения.

Сэру Ли вдруг пришло в голову, как воспринимается подчиненными Уитона его холодная и бесстрастная манера общения, его черствость и бессердечность в отношениях с людьми. Разумеется, офицерами разведки по большей части работают люди жесткие, с твердым характером и несгибаемой волей. Тем не менее им крайне необходимо умелое, деликатное обращение. Будучи на службе короля и отечества, они ведут нелегкую, полную мучительных испытаний жизнь, требующую огромного нервного напряжения. Хороший шеф и наставник шпионов должен уважать и щадить чувства каждого агента. Интересно, а как обстоят дела у Уитона по этой части?

Сэр Ли сознательно заставил себя отбросить неуместную критику. Старик понимал, что, возможно, эти мысли объясняются просто: он всего-навсего завидует человеку, который занял его место. Ведь, положа руку на сердце, сэр Ли сейчас бы все отдал – лишь бы поменяться с ним местами.

– Я слышал, Жерар Вальмон умер в одном из парижских борделей. У бедняги не выдержало сердце.

Глаза Уитона заблестели.

– Я догадывался, что вы в курсе всего, что происходит.

– Неудивительно: я хоть и стар, но все еще жив. – Сэр Ли оглянулся и понизил голос: – Почему у вас внезапно возник интерес к этому Куинсу, который за последние несколько лет ничем себя не проявил?

Уитон не спешил с ответом. Он не торопясь потягивал свой портвейн, еще больше интригуя собеседника. Сэр Ли вздохнул:

– Вы же знаете, Уитон, если вам когда-нибудь понадобится моя помощь, я всегда готов к вашим услугам. – Сэру Ли было известно, что его бывший ученик не любил никого просить. – И это не значит, что вы будете мне чем-то обязаны. – Он улыбнулся. – Ну, вовсе не обязательно должно значить.

– Жерар Вальмон был королем секретов. Черт возьми, именно благодаря своей способности манипулировать влиятельными людьми, шантажируя их какими-то нелицеприятными пикантными подробностями из их жизни, он смог так долго продержаться в Англии.

– Хотя после публикации им того идиотского памфлета, в котором высмеивался его величество, Вальмона уже ничто не могло спасти. – Сэр Ли укоризненно покачал головой. – Не понимаю, о чем он тогда думал.

– Теперь этого уже никто не узнает. Да и кому это сейчас интересно? Вы правильно тогда сказали: что ни делается, все к лучшему – одной проблемой у нас стало меньше. Однако сейчас эта самая проблема снова напоминает о себе. И эта проблема – наш старый знакомый Александр Куинс.

– Как это?

– Один влиятельный человек, который время от времени оказывал мне содействие, ни с того ни с сего вдруг уехал в глухую деревню и не отвечал на мои послания, в которых я требовал немедленного возвращения в Лондон. Я два дня добирался в Тмутаракань, где он скрывался. Встретившись с ним, я с трудом его узнал. Он совершенно пал духом. После долгих уговоров он наконец признался, что скрывается в деревенской глуши, надеясь, что беда не достанет его там. Эта беда, похоже, шантажист, которому известны о нем какие-то отвратительные секреты.

– Вы считаете, Куинс продолжает дело Вальмона?

– Да. После смерти Вальмона несколько человек из высшего общества стали заниматься шантажом.

– Несколько человек?

– Мне известно, что по крайней мере есть еще один человек. Подозреваю, что имеются и другие.

– Так организуйте передачу денег и схватите шантажиста с поличным в момент совершения сделки. В этом нет ничего трудного.

– В действительности это не так-то просто. Шантажист очень изобретателен. Он назначает встречи там, где схватить его труднее всего – на балах, концертах, модных вечеринках и тому подобных светских раутах. Обычно сообщает об условиях передачи денег, когда вечеринка в самом разгаре. Он передает записку своей жертве в самый неожиданный момент. Хитроумен и изворотлив, как тысяча чертей. – Уитон хмыкнул. – После этого он оставляет как бы ненароком разные компрометирующие мелочи – маленькие пикантные знаки, напоминающие об известном ему секрете. – Уитон шумно вздохнул и поднял глаза на сэра Ли. – Но в конечном счете это все не так страшно. Никакой угрозы для короля и нашей страны этот шантажист не представляет. – Он презрительно скривил губы. – А его жертвы – представители аристократических кругов.

– Вы никогда не отличались умением общаться с аристократией.

– Мне это и не нужно, – заявил Уитон.

– И если память мне не изменяет, вы всегда считали, что люди, которых шантажируют, сами во всем виноваты, потому что дают для этого повод.

– А кто же в этом виноват, как не они сами?

Сэр Ли нахмурился:

– У каждого имеются свои маленькие семейные секреты, так сказать, скелеты в шкафу, Уитон. И немного сочувствия и сострадания к людям вам бы не повредило.

– Не могу с вами согласиться. В моей работе секреты, тщательно оберегаемые от посторонних, приносят огромную пользу… если распорядиться ими с умом. – Он медленно отпивал портвейн из бокала, не сводя глаз с сэра Ли. – Но вернемся к нашему случаю. Самое удивительное заключается в том, что никто не знает, как выглядит этот Куинс. – Уитон еще более пристально стал вглядываться в своего бывшего шефа. – Никто, кроме вас.

– Уитон, я встречался с ним восемнадцать лет тому назад. Это было всего один раз. Да и видел его я всего одну секунду. Ему было лет двадцать, не больше. Наверняка сейчас, когда ему под сорок, он изменился внешне. А кроме того, с чего вы взяли, что это именно он? Может быть, шантажист – кто-то из слуг или какой-нибудь друг Вальмона?

– Поппет пропал. И Уиггинс – тоже.

У сэра Ли участилось сердцебиение, что было тревожным сигналом для человека в преклонном возрасте.

– И тот и другой давно уже не работают у нас.

Уитон улыбнулся. От его внимания не ускользнуло, что старик по-прежнему не отделяет себя от бывшего места своей работы. Подбросив поленьев в огонь, Уитон сказал:

– Поппет и Уиггинс были единственными нашими работниками, которые встречали Куинса в то время, когда он работал в Лондоне. Единственными из тех, кто остался в живых. Не считая вас. – Он поднял густую бровь. – Как вы думаете, у вас есть причина для беспокойства?

– Едва ли. Куинс не догадывался, что я за ним наблюдаю. – Сэр Ли горестно покачал головой. Ему живо вспомнились оба этих талантливых агента, и у него стало тяжело на душе. Фред Поппет, отец двоих детей. Он просто мастерски умел незаметно передавать записки в оживленных местах, где толпилась куча народу. Веселый балагур Тимоти Уиггинс, у которого всегда находилась наготове шутка, чтобы самый пугливый информатор почувствовал расположение и проникся к нему доверием. Запрещая себе поддаваться эмоциям, сэр Ли спросил бывшего подчиненного: – Что вы мне предлагаете, Уитон?

– Выследить Куинса и привести его ко мне.

Какое-то время сэр Ли сидел неподвижно. Он так давно мечтал о чем-то подобном! С тех самых пор, как ушел в отставку и расстался с разведывательной работой. Он представлял, что его снова призовут на службу, как героя, как единственного человека, которому по плечу любое трудное и опасное задание, требующее присущих только ему одному талантов. Но он, конечно, не ожидал, что его услуги вновь понадобятся отечеству в результате столь печальных обстоятельств – бесследного исчезновения двух агентов, которые на протяжении многих лет добросовестно трудились под его руководством.