Чтение онлайн

Закончив таким образом разговор, я вызвала на совещание мозги, потому как эмоции были не самым лучшим моим советчиком. Нужно было понять, что я делаю, зачем, кому и что пытаюсь доказать и чем все это может закончиться. О том, чтобы увидеть себя в стриптизе я думала уже много раз, это было чем-то вроде: 'В жизни надо попробовать все!' Но я же не пробовала колоться, например. Не пробовала скрещивать жаб с баклажанами. И с крыши прыгать я тоже не пробовала...Я наблюдала своими глазами, как калечит проституция, сказываясь на поведении женщин, их отношении к мужчинам, семье и жизни в целом, понимала, что и стриптиз может травмировать, но насколько - этим я никогда не озадачивалась. С другой стороны, танцовщица всего лишь раздевается, что в этом такого? Мы же не в восемнадцатом веке. Даже на пляжах стриптиз наблюдается постоянно... На такую зарплату я, естественно, не повелась бы после того, сколько зарабатывала еще год назад, - это было скорее делом принципа. Разумной такую принципиальность назвать было сложно, конечно, но удовлетворение амбиций стало неотъемлемой частью моей жизненной позиции, и иногда я делала глупости во имя самодурства.

Начался процесс оформления рабочей визы. Оказалось, что делать ее собирались, почему-то, во Владивостоке. Как мне объяснили, там бумаги выдавали уже через двенадцать дней, тогда как на Украине я ждала бы визу гораздо дольше месяца. Дрожащими руками я передавала свой паспорт проводнику поезда, следующего в Москву, где его должны были встретить и отправить в консульство.

Несколько дней я не находила себе места. Во-первых, мои документы были непонятно где и у кого, а во-вторых, снова и снова прокрадывались мысли о том, что затея была, как минимум, глупой. Я раздевалась перед зеркалом и представляла, что на меня смотрят десятки пар глаз. Стесняться, вроде бы, было нечего, но все же не каждый день мне приходилось раздеваться перед незнакомыми людьми. Да и вообще не приходилось. В один из таких моментов меня осенило: можно ведь было попробовать! Ну, не танцевать голой на шесте, а просто раздеться перед незнакомым человеком. Перед фотографом, например. Я нашла в интернете несколько киевских мастеров и выбрала некоего Владимира Старицкого, который был посимпатичнее и который был не прочь пофлиртовать в переписке.

С этого началась моя 'карьера' стриптизерши. Собрав целый чемодан различного хлама для фотосессии и дернув с собой подругу для поддержания боевого духа, я поехала на студию. Встретил нас высокий, приятный с виду парень, как и обещало фото на сайте. С серьезным выражением лица он провел нас в помещение, готовое для работы, и предложил переодеться за широкой ширмой. Пока мы, как цыгане, располагались на диване, стульях, вешалках, столах и прочих поверхностях, Владимир тоже не терял время даром - когда мы вышли из-за ширмы, на маленьком столике у штатива для камеры стояла бутылка виски, ведерко со льдом и три стакана.

– Сегодня какой-то праздник?
– спросила подруга Катька, без намека на сомнения направляясь к столику.

– Это мы расслабляем Яну, чтобы она свободнее себя чувствовала, - ответил фотограф и передал ей стакан, - наша задача раскрепостить тебя, так же?
– обратился он ко мне.

– Ну да... только я сомневаюсь, что это поможет, - забормотала я, думая о том, что действительно стоило бы выпить для храбрости, - еще раз должна предупредить, что я буду деревянной.

– Не переживай, я насмотрелся на позеров из самого разного материала, так что ничего нового я не увижу, справимся.

Я сделала глоток, скривилась и отставила стакан подальше. Старицкий не стал настаивать.

Начали мы с фото в одежде. Катька, стояла в стороне, потягивая виски, и увидев мои первые неуклюжие движения, от души засмеялась, но тут же замолчала, когда Старицкий строго на нее посмотрел. Несколько раз сменив джинсы, юбку, платье и прочие наряды и немного привыкнув к камере, я сказала, что готова попробовать фотографироваться в белье. Так мы сделали буквально снимков двадцать (что по меркам фотографов - ничто, насколько я знаю), и очень скоро мой режиссер потребовал, чтобы я разделась. Сначала он дал мне прикрыться своей рубашкой, потом - розой... Странное дело - я совсем не чувствовала, ни стыда, ни страха, ни волнения. Как если бы я в самом деле была деревом. Позы и выражение лица были соответствующими. Я прямо чувствовала, как тяжелеет и каменеет моя челюсть, замирая в какой-то гримасе, но ничего не могла с этим поделать. Мне казалось, что кадры, которые мы делали, были похожи на моменты, когда останавливаешь фильм, и кто-то замирает на экране с перекошенным лицом в неестественном виде. Ощущения были ужасные - я чувствовала, что криво стою, что грудь недостаточно упругая, что видно целлюлит и раздражения после бритвы...

Когда мы закончили фотографироваться, я кое-как побросала все в чемодан, желая поскорее убраться домой и никого не видеть. Ничего не получилось. Я понимала, что будет нелегко, но очень наделялась, что смогу расслабиться и настроиться на то, что мне предстоит снимать одежду на публике в течение нескольких месяцев, а оказалось, что мне не помогли ни алкоголь, ни поддержка подруги, ни три часа практики.

Через несколько дней мне прислали семь самых удачных фото из почти двух тысяч. Я ужаснулась, представив себе неудачные...

Еще через неделю на телефон пришло извещение о том, что виза готова. Пора было собирать чемоданы. Меня предупредили, что на подготовку мне дадут около недели, но буквально на следующий день позвонил Артур.

– Здравствуй, Яночка, как настроение? Боевое?

– Да, конечно, готовлюсь к поездке.

– Ну, ты там кастрюли, простыни не бери, здесь все есть.

Я не подала вида, что он не с тем человеком разговаривает о кастрюлях.

– Хорошо, как скажете.

– Слушай, тут билет один горит,- девочка где-то потерялась по дороге в Москву, не отвечает на звонки, ты как, смогла бы завтра вылететь?

– Думаю, да, - растерялась я.

– Отлично! Тогда Полина сейчас найдет тебе билет до Москвы, и будь готова утром вылететь.

– Хорошо.

– Все тогда, жди звонка.

Через полчаса позвонила Полина из отдела кадров или чего-то подобного.

– Добрый день. Крылова Яна?

– Да, слушаю Вас.

– Яночка, Ваши билетики готовы, проверьте почту и распечатайте их. Билеты электронные, их не нужно предъявлять при регистрации, но для себя все же имейте копию на бумаге... По прилету в Москву Вас встретит Игорь, номер его я прикрепила к письму - там еще другие наставления найдете, - он привезет ваши паспорта, и дальше Вы с другими девочками отправляетесь в Бангкок, а оттуда вас заберут. Время стыковки между самолетами почти 5 часов, так что Вы обязательно успеете на рейс. И еще - в Россию Вы въезжаете по внутреннему паспорту, знаете, да?

– Да, спасибо.

– А что с голосом?

– Да ничего, просто как-то быстро все происходит. К тому же мы с Артуром начали знакомство с конфликта, и я вообще думаю, может, я зря все это затеяла.

– Не переживайте, Артур - человек вспыльчивый, но отходит очень быстро, все будет хорошо, - я по голосу чувствовала ее улыбку.

– Еще раз спасибо, - теперь мой ответ прозвучал, наверное, бодрее.

Я положила трубку в приподнятом настроении - меня всегда радовала дорога, да и голос Полины внушал какое-то спокойствие и уверенность.

Прощание с родными было недолгим и неслезливым - все давно привыкли к моим перемещениям, так что и в этот раз удивленных лиц и каких-либо расспросов не было. Почти.

Мама тихо вошла ко мне в комнату, принеся кружку ароматного чая. Я любила услужливость матери. Не за то, что это делало мою жизнь комфортнее, а за то, что было прямо видно, что эта самая дорогая мне женщина получает явное удовольствие, ухаживая за пусть уже и взрослыми детьми.

– Яночка, куда ты едешь?

– Мам, в Таиланд я еду, - несколько нервно ответила я, сразу почувствовав настрой матери.

– Я помню, что в Таиланд, но зачем? Что ты там будешь делать?

– Мам, работать я буду там, не переживай, все нормально.

– Ну, как мне не переживать?
– мать разразилась потоком слез, - ты снова едешь куда-то, как раньше, ничего не рассказываешь. Откуда у тебя такие деньги? Чем ты занимаешься? У тебя одна дорога, а у меня их тысяча, и одна другой страшнее!

– Говорю же: все нормально, ничего не бойся! Я никого не убиваю, не ворую, не торгую оружием и наркотиками, ясно? Не о чем волноваться.