Чтение онлайн

Миндсенти стал руководящей фигурой самых реакционных сил. Через него эти силы пытались повлиять на народ: известно, что в Венгрии католицизм играет не последнюю роль. Вместе с тем появление Миндсенти – было предостережением для тех, кто боролся за очищение народной власти.

Бывшие помещики, капиталисты, хортистские офицеры-вот кто является душой путча, вот кто организовывал кровавые расправы с венгерскими патриотами, воскрешавшие в памяти сцены страшной средневековой варфоломеевской ночи. В числе их вдохновителей были Отто Габсбург и сын бывшего гитлеровского наместника в Венгрии Гембеш, поспешившие выразить свои симпатии мятежникам.

Сын бывшего фашистского диктатора Венгрии Хорти-младший прислал мятежникам свой наказ «как следует рассчитаться с коммунизмом». Таким образом, главари и вдохновители фашистского мятежа в Венгрии сами быстро раскрыли свое лицо, будучи уверены в том, что они вот-вот захватят власть в свои руки. Вышло иначе: здоровые силы венгерского народа, увидев подлинное обличье заправил мятежа, сумели быстро мобилизоваться и, призвав на помощь Советский Союз, подавили этот мятеж.

Нельзя не обратить внимания на один характерный документ, опубликованный в западногерманской газете «Форвертс», которую трудно заподозрить в провенгерских или в просоветских симпатиях. Это – письмо из Шопрона (город в западной части Венгрии), написанное человеком, который сожалеет о провале путча и осуждает «слишком поспешные» действия контрреволюционных сил, раньше времени показавших себя. В письме говорится:

«Отто Габсбург слишком быстро выполз из своего убежища; он слишком быстро потребовал короны, слишком открыто выразил свои мечты о войне…

Крупнейший эксплуататор и помещик граф Эстерхази был освобожден в числе первых и немедленно начал организовывать движение, цель которого состояла в том, чтобы возвратить нескольким крупным аграриям-диктаторам всю землю мелких крестьян.

Кардинал Миндсенти, один из самых сомнительных прелатов Европы, немедленно возобновил свою политическую деятельность и, к ужасу католиков, выпустил из мешка своего монархистско-антидемократического кота Запад послал нам Ференца Надя, послал фашистов. Таков был его политический вклад»

Таким образом, фашистский характер путча очевиден.

У каждого, кто внимательно следил за ходом событий в Венгрии, неизбежно возникал вопрос: как могло случиться, что Венгерская партия трудящихся и органы власти не смогли с самого начала разгромить контрреволюцию?

Ответ на этот вопрос требует тщательного анализа развития событий в Венгрии задолго до 23 октября. Но, как уже было отмечено выше, и сейчас ясно, что контрреволюционные элементы умело использовали в своих низких целях справедливое недовольство трудящихся масс, порожденное грубыми ошибками, которые были допущены прежним руководством Венгрии в лице Ракоши и Герэ.

Не раз с горечью рассказывали нам венгерские товарищи о том, что руководство Венгерской партии трудящихся оторвалось от партийных масс, от народа, что были допущены грубые нарушения законности, серьезные просчеты в экономической области, в национальном вопросе, в области партийного строительства.

Как указывалось в статье «Правды» «За дальнейшее сплочение сил социализма на основе марксистско-ленинских принципов», «после XX съезда КПСС Ракоши не сумел и не захотел возглавить перестройку всей работы и, наоборот, вопреки мнению большинства актива партии, заявил, что политика руководства Венгерской партий трудящихся была целиком правильной и в ней нечего поправлять. Это вызвало серьезное недовольство в партии. Руководство партии, не имея четкой политической линии, ничего не предприняло для того, чтобы решительно и в короткий срок исправить прошлые ошибки. Следует добавить, что в течение ряда месяцев в Венгрии велась открывая пропаганда против партии и правительства в печати, среди части литераторов, студентов и т д. Наряду с правильной критикой руководства в этой пропаганде все больше стали проявляться националистические, шовинистические мотивы, лозунги возврата к буржуазной демократии, антисоциалистические настроения, которые нередко прикрывались противопоставлением „югославского пути к социализму“ опыту всего социалистического лагеря и в том числе опыту СССР.

Руководство Ракоши – Герэ не давало никакого отпора этим отрицательным настроениям, не сумело опереться на рабочие партийные организации, в которых в тот период преобладали еще здоровые, интернационалистские настроения. Руководство партии, органы государственной власти проявили отсутствие бдительности и проглядели как нарастание справедливого недовольства в народе, так и все более расширявшуюся подрывную заговорщическую деятельность контрреволюционных элементов».

Тщательно подготовившая мятеж, контрреволюция обрушила свои удары против партийных организаций и органов государственной власти. В этой сложной обстановке правительство Венгрии, стремясь быстрее пресечь мятеж, попросило правительство СССР дать согласие на привлечение советских воинских частей, находящихся в Венгрии согласно Варшавскому договору, для оказания помощи венгерским органам, которым было поручено обеспечить порядок и спокойствие в Будапеште. Телеграмма, полученная Советом Министров СССР от председателя Совета Министров Венгерской Народной Республики 24 октября 1956 г., гласила:

«От имени Совета Министров Венгерской Народной Республики прошу правительство Советского Союза прислать на помощь советские войска в Будапешт для ликвидации возникших в Будапеште беспорядков, для быстрого восстановления порядка и создания условий для мирного созидательного труда».

Эта просьба выражала волю венгерского народа быстро восстановить порядок в стране. И даже Имре Надь, который впоследствии, потакая реакционным силам, начал сдавать позиции социалистического государства, заявлял 25 октября, что введение советских войск в борьбу против сил контрреволюции стало «необходимым ради жизненных интересов нашего социалистического строя».

Ввод советских войск и их участие в восстановлении порядка заставили реакцию временно отступить. Но как только Советское правительство по просьбе правительства Имре Надя дало указание о выводе советских войск из Будапешта, силы контрреволюции перешли в наступление по всему фронту, прибегли к массовым расправам с коммунистами, общественно-политическими деятелями, сторонниками народно-демократического строя. Мы уже видели, к чему все это привело.

Были ли в Венгрии силы, которые решительно противостояли разгулу реакции? Конечно, были. Это были здоровые силы в партии, среди рабочих, крестьянства, интеллигенции, которые с первых дней событий хорошо поняли. куда идет дело, и смело выступили против контрреволюции. Они были полны решимости не допустить разгрома народной власти, не допустить повторения трагических событий 1919 года, когда контрреволюция задушила молодую Венгерскую советскую республику.

Рабочие вооружались, стремясь преградить путь на заводы и фабрики вражеским элементам, призывающим к разгрому предприятий. Где они брали оружие? Рабочим его никто не давал, – они сами захватывали оружие у мятежников. На будапештском вагоностроительном заводе «Ганц» слесарь Антал Кишш рассказывал нам:

– 24 октября ночью, когда в городе уже шла стрельба, рабочие ночной смены завода решили создать вооруженную охрану предприятия. На завод пытались проникнуть вооруженные повстанцы. Они взломали заводские ворота и призывали рабочих прекратить работу. Но мы не пошли за повстанцами; часть рабочих отправилась по домам. На заводе осталось около 200 человек. Надо было вооружаться. Группа товарищей вышла на улицу. Им повстречались человек двадцать юнцов с оружием – вы слышали, наверное, что организаторы восстания вооружали четырнадцати-пятнадцатилетних мальчишек. Наши сказали: «Ну-ка, ребята, сдавайте оружие, и марш по домам спать». Отобрав оружие, рабочие возвратились на завод, чтобы охранять его…

Венгерские коммунисты навсегда сохранят в своих сердцах память о мужественных защитниках Будапештского горкома. Секретарь горкома Имре Мезё, некогда сражавшийся на фронтах Испании, изведавший ужасы хортистских тюрем, с горсточкой товарищей – верных сынов рабочего класса Венгрии – организовал отпор фашистским бандитам, хорошо зная, что если не поставить преграды на пути контрреволюции, народная Венгрия будет растоптана. Ведь те, кто спровоцировал атаку против Будапештского горкома с помощью слухов о каких-то «тайных казематах» под зданием горкома, действовали теми же методами, что и организаторы поджога рейхстага в Берлине, когда Гитлер шел к власти.

Имре Мезё и его товарищи погибли. Но их трагическая гибель открыла глаза многим из тех, кто, не разобравшись в событиях, подпав под влияние реакционной пропаганды, встал на опасный путь. Злодеяния контрреволюции отрезвили многие горячие головы.

На защиту народного строя поднимались все более мощные здоровые силы венгерской нации. В Будапеште и в провинции контрреволюционные банды все чаще получали отпор.

В городе Мишкольце хорошо известно имя майора Бирталана. Руководитель местной организации помощи армии, он был избран руководителем «национальной гвардии» в первые дни событий. Когда в городе стала действовать бандитская группа, возглавляемая бывшим пилотом-эсэсовцем, им был дан решительный отпор. Бандиты захватили здание горкома, работники комитета были загнаны в одну из комнат, над ними подготовлялась расправа. В этот момент появились защитники народного строя во главе с Бирталаном. Они арестовали террористов и освободили их пленников. Эти же люди несли охрану в городе. Они помешали бандитам совершить налеты на многие учреждения, магазины. Внушительный отпор встречали контрреволюционные банды и во многих других городах.