Что скрывает Аноним
Шрифт:
Лица семейной пары скрывали золотистые маски с паутинкой трещинок. Муж и жена держались за руки и чувствовали себя за этим столом, среди незнакомцев, уверенно и раскрепощенно. Мужчину выделяла массивная брошь в виде паука на черном пиджаке, а женщину – стрекоза на элегантном платье, с глубоким вырезом декольте. На этот раз Эмма дала им прозвища в соответствии с брошами: «Паук» и «Стрекоза». Их маски вошли в тройку лидеров по гармоничности, простоте и изящности, но представлялись обычными красивыми лицами с трещинками.
Аноним вальяжно раскинулся в своем кресле, закинув ногу на ногу и высокомерно смотрел на остальных, пристально оценивая каждого. Эмме стало не по себе. Она мгновенно ссутулилась под его цепким, пронизывающим и проникающим под кожу взглядом, желая уменьшиться в размерах и стать невидимкой. Неужели они были знакомы?
Лицо Анонима скрывала маска цвета металлик, искусно расписанная волнистыми узорами у глаз и у рта. На фоне коротких темных волос вверх торчали острые шпили и являли взору золотистую корону, тем самым заявляя, кто здесь главный. «Король». Но Эмма предпочла называть его «Аноним». Так как-то привычнее.
С виду мужчине не больше тридцати пяти лет, он дерзкий, и, возможно, нарцисс. Этот факт еще больше удивил Эмму. «А это я откуда знаю? Неужели программист или экономист могут настолько хорошо сканировать людей?»
Их с Софи маски казались самыми обычными по сравнению с остальными. И Эмма догадалась, что они единственные, кто прибыл сюда без этого атрибута. Остальные усердно подготовились и, по всей видимости, каждый желал прийти в самой роскошной маске, чтобы выделиться на фоне остальных и показаться богаче, красивее, умнее. Всего за столом собралось двенадцать человек, соответствуя количеству тарелок и столовых приборов.
Эмма напрягла память и вспомнила о письме Анонима, в котором он пригласил ее на эту закрытую встречу. Это застолье у нее язык не поворачивался назвать вечеринкой. Гнетущая атмосфера, связанная с обстановкой дома и тишиной, иногда нарушаемая шутками и историями Румынского Ястреба, больше раздражала и пугала, чем располагала к себе. Он часто перебивал собеседников, громко хохотал и вставлял какие-то глупые анекдоты, над которыми все должны смеяться, но смеялся только он.
Сколько бы Эмма не присматривалась к организатору мероприятия, не узнавала его. Карий цвет глаз с зеленой радужкой не пробудил в памяти никаких воспоминаний. А ведь этот мужчина достаточно хорошо ее знал, раз предугадал, что она приедет сюда. Что могло связывать ее со столь неприятным, отталкивающим типом, который, судя по короне на голове, решил, что он лучше остальных?!
Неужели до аварии и она была такой? Недаром говорят: «С кем поведешься, того и наберешься», и нужно осознанно окружать себя теми людьми, которые обладают качествами, какие хочешь развить в себе.
В тот вечер, когда Эмма получила приглашение от Анонима, не зная, кто его прислал и зачем, она написала ему два электронных письма. В первом подтвердила участие, а во втором – спросила, кто он и при каких обстоятельствах они раньше встречались. Ответ так и не пришел. По этой причине она рассчитывала задать вопросы таинственному Анониму напрямую, но пока что случай остаться с ним наедине до сих пор не подвернулся.
Софи наложила на тарелку столько еды, будто голодала несколько дней, чем выдавала свое нервозное состояние. Эмма не помнила их совместное прошлое до ДТП, но после аварии Софи практически постоянно находилась рядом: сначала в больнице, а потом и в доме ее родителей, где Эмма восстанавливалась, по рекомендации врача. Так что она успела немного лучше узнать девушку и точно определить ее настроение. Сейчас Софи желала уединиться в каком-нибудь теплом месте. Эмма и сама чувствовала себя здесь чужой.
Спустя какое-то время разговор Румынского Ястреба подхватили остальные, так что в результате ужин прошел оживленно. Неловкость и тяжесть, до этого витающие в воздухе, улетучились, будто люди, собравшиеся за этим столом, знали друг друга много лет. К еде не притронулась только Эмма, ковырявшая на тарелке рыбу.
Мысли о мальчике и послании на стене не давали ей наслаждаться сменой обстановки и ближе узнать собравшихся за этим столом. В любом случае, Аноним действительно постарался, чтобы эта встреча состоялась. Еда выглядела настолько аппетитной, что гости расхватали все до последней крошки. И как только на столе оказалась грязная посуда, словно из ниоткуда появился Молчун и тут же забрал ее. Уже за одно это можно быть благодарной. Но Эмма все равно места себе не находила.
Позже Молчун сопроводил гостей в их комнаты, и Эмма удивилась, что их с Софи не разместили в одном помещении, что логично, поскольку они прибыли сюда вместе.
Комната, в которой поселилась Эмма, радовала чистотой и запахом свежих простыней. На низком прикроватном столике стояла тарелка с инжиром, виноградом, связкой крупных, спелых бананов и тремя плодами киви. В животе предательски заурчало, и она накинулась на фрукты, чтобы хоть как-то унять голод. Стоило только начать – и Эмма уже не смогла остановиться и, когда уже доедала последний киви, поняла, что съела абсолютно все. Но, по крайней мере, теперь ее настроение немного улучшилось и сложившиеся обстоятельства уже не представлялись такими мрачными, как раньше.
Особенно ее обрадовало отдельное уборное помещение с небольшой ванной, рукомойником и унитазом. Тело требовало смыть с себя всю накопившуюся усталость. Перелет на самолете, а потом и поездка на такси в этот дом вымотали ее.
Эмма достала из чемодана чистое полотенце, сменную одежду, халат, домашние тапочки, гель для душа с запахом маракуйи и зеленого чая, зубную щетку, пасту. Затем наполнила ванну теплой водой, залезла туда, закинув ногу на ногу и на какое-то время позволила себе расслабиться.
Тревога пробивалась сквозь скудные попытки унять разбушевавшиеся мысли, и Эмма переключилась на приятные воспоминания, связанные со днем ее выписки, когда родители устроили праздничный ужин с лимонным тартом, запеченной фаршированной яблоками курочкой с хрустящей ароматной корочкой, картофелем по-деревенски и жареными грибами. На просторной кухне висели разноцветные шары, а на круглом столе стояли красные розы. Родные отметили ее возвращение домой с такой теплотой и любовью, что тот день навсегда отпечатался в памяти.
Эмма не заметила, как от этого воспоминания, по щекам потекли слезы. Стало так хорошо, будто она смыла с себя груз и усталость последних часов. Облачившись в длинную шелковую ночнушку и высушив волосы феном, предусмотрительно привезенным из дома, она планировала лечь спать и отдохнуть до семи тридцати утра.
Перед тем, как разойтись по гостевым комнатам, Аноним сообщил гостям, что завтрак в восемь, и именно тогда он расскажет правила какой-то игры. Эмму это не особо заинтриговало. Она прибыла сюда за ответами, а не играть в какие-то детские игры. Софи, как и Эмма, особой радости с остальными прибывшими не разделила и уже не раз пожалела о прибытии сюда.