Чтение онлайн

«Это птица или гном?» – спросила я ближайшего ко мне носильщика.

«Это гномы», – ответил он. Больше мы их не видели и не слышали. Э. Вернер. Мифы и легенды банту. 1933

Все они – далёкие родственники русских леших и домовых, европейских эльфов и троллей. Например, менде в Западной Африке отлично знакомы с симпатичным старичком, заманивающим охотников в глубь леса, – аналогом европейского лешего. В тех же районах живёт и вокло, маленький воришка, который забирается во дворы по ночам и тащит еду из неплотно закрытых калебасов и кувшинов, но может полакомиться и человеческой плотью, если дети ночью выйдут на улицу. Чем не наш русский домовой?

Иебаны у догонов представляются малорослыми существами с большой головой и светлой кожей. Они знают целебные травы и язык зверей, могут вылечить от болезни или подарить сокровенное знание, а в остальное время прячутся от людей в зарослях и пещерах. В отличие от иебанов, гномы андумбулу, маленькие волосатые и бородатые люди, с лёгкостью убивают всех, кто попадётся им под руку или окажется на их земле. По ночам они приходят к специальным алтарям и забирают приготовленные для них жертвы – единственное средство задобрить андумбулу.

Господин Нана Абасс, по сей день самый авторитетный жрец города Кумаси в Гане, в 2012 г. рассказал автору этих строк о том, что своими способностями врачевания и решения людских проблем он обязан именно гномам. Нана Абасс, регулярно летающий в Америку и раздающий посетителям визитные карточки с адресом электронной почты, в детстве был неоднократно похищаем гномами, которые в течение нескольких одномесячных курсов обучали его своим тайным премудростям. В последний раз это случилось уже в юношеском возрасте, и после возвращения на Землю гномы посадили Нану Абасса на верхушку огромного дерева, забраться на которое с земли не было никакой возможности. «Тогда, – буднично вспоминает жрец, – приехали пожарные машины и снимали меня с дерева. Всё это снимало телевидение, потому что Фейсбука ещё не было».

Гномы могут казаться дружелюбными, но на самом деле они ужасно свирепы и обидчивы, особенно страдая из-за своего роста. Едва ли не во всех концах континента африканцы знают, что, встретив в лесу гнома, нельзя дразнить его низким ростом. Гирьяма в Танзании рассказывают, что гномы кацумбакази всегда спрашивают встреченного ими человека: «Где ты увидел меня?» И если в ответ сказать, что видно его только вблизи, то дни человека сочтены. Напротив, если солгать: «О, я увидел тебя издалека!», остаётся шанс уйти от кацумбакази живым. В других инструкциях подчёркивается, что лучше пройти мимо такого опасного собеседника, сделав вид, что не приметил его вовсе, иначе вас ждёт смерть. Однако те же гномы нередко могут сделать человеку какое-нибудь добро. И уж точно именно они всегда являются источниками передачи своего сокровенного знания жрецам и знахарям.

Могущественные маленькие люди жили на Земле задолго до появления человека – так утверждают мифы многих скотоводческих и земледельческих народов Африки. Это говорит о том, что своим происхождением мифы о гномах обязаны во многом древнейшим охотничьим народам лесов и пустынь: пигмеям мбути, ака, тва, бушменам, сандаве и другим, уже исчезнувшим. Когда сельскохозяйственные народы распространялись по Африке, на этих землях уже обитали первобытные охотники, к которым крестьяне и скотоводы всегда относятся с опаской из-за их отравленных стрел и искусства маскировки. Зулусская легенда о гномах-абатва позволяет легко узнать в них пигмеев, воспоминания о которых зулусы сохранили даже спустя тысячи лет после ухода из зоны экваториального леса.

Так же и догоны Мали считают, что малорослые существа теллемы, умеющие летать и по сей день скрывающиеся в пещерах на плато Бандиагара, – это первые люди, заселившие плато.

Абатва – совсем маленький народ, куда меньше всех прочих маленьких людей. Они передвигаются в высокой траве и спят в муравейниках; они бродят в тумане; они живут в глуши, вдали от селений, в лесах и скалах; у них нет поселений, о которых вы могли бы сказать: «Вот деревня абатва». Их деревня там, где они убивают дичь; они съедают все подчистую и уходят. Вот каков их образ жизни. Их не разглядеть в высокой траве. Вот человек идет, смотрит перед собой и думает: «Если покажется человек или животное, уж я увижу их». И вдруг – глядь! – а в траве абатва. Человек чувствует, что в него выпустили стрелу, оглядывается, но не видит лучника и пугается.

И так как сами догоны в своей стране лишь гости, теллемам следует приносить разнообразные жертвы, чтобы умилостивить их.

Скотоводы масаи Восточной Африки полагают, что бог поселил человека в мир, где уже жили низкорослые гномы-охотники ндоробо; откуда взялись эти последние, мифы масаев не объясняют. Подмечено, что в мифах народов банту Южной Африки о происхождении человека бушмены тоже игнорируются: они существовали изначально, вместе с дикими животными, и, следовательно, рассматриваются как полулюди-полузвери, обладающие нечеловеческими способностями.

Как и полагается детям природы, гномы прекрасно знают лекарственные растения и яды, умеют разговаривать со зверьми и птицами. Во многих районах им приписывают изобретение искусства обработки глины и металла – ремёсел, которые повсюду в Африке считаются граничащими с волшебством. «Маленькие люди» очень богаты и всегда знают, где зарыто золото, – ещё одна поразительная аналогия с гномами западноевропейских сказок. Но богатство не мешает им пользоваться плодами людского труда: у народа яо в Малави низкорослые существа итове пожирают фрукты и овощи на полях. У них две ноги, но передвигаются они на четвереньках, как звери. В числе чудовищ для африканцев и просто все те, кто живёт далеко.

Сельский житель за всю жизнь практически не покидает родной деревни, и в его представлении чем дальше от него живут люди, тем они чудеснее и опаснее одновременно. Народы, живущие за пределами ойкумены среднего африканца, обладают ужасными сверхъестественными способностями. Люди народности лугбара из Уганды, к примеру, уверены, что уже в 15–20 км от их деревни люди ходят вверх ногами и поедают друг друга. За 20 км о них самих можно услышать примерно то же.

ВО ИМЯ СВЯТОГО УХА

Кому из них понравится что-либо из растений, зверей или минералов, тому он и поклоняется. Аль-Масуди. X в.

Жрец храма питонов в Уиде носит своего святого покровителя на шее не снимая

Один из самых образованных из наших знакомых африканцев, директор школы в городе Масанта (Гвинея) Даласу Гилавоги, никогда не пробовал орехов колы. Этого излюбленного бодрящего лакомства миллионов африканцев он избегает как огня. Ведь орех кола – тотем его рода, и надкусившего его ждёт самая настоящая беда. По той же причине Даласу никогда не ударит собаку и не попробует её мяса. Собака, по преданию, спасла его предков от врагов, указав им брод через великую реку, и в благодарность все Гилавоги всегда будут носить с гордостью свою фамилию, которая буквально переводится на русский как «собачий хвост».

Сам термин «тотем» происходит из Северной Америки, где индейцы оджибве называли этим словом животное, которому поклонялся тот или иной клан. Явление тотемизма существовало и в других регионах: даже в Европе ещё в Средние века существовала вера в пса – защитника детей, которого христиане называли святым Гинефором. Римляне почитали волчицу, восточные славяне – летающего пса Семаргла, индуисты поклоняются быку Нанди и птице Гаруде, а китайцы приносят жертвы животным календарного цикла. Но африканский тотемизм вполне может посоперничать с европейским, азиатским и североамериканским по богатству образов и распространённости даже в современном обществе.