Чтение онлайн

Впервые о феномене готификации исторического центра Барселоны заговорил докторант университета Барселоны Агусти Кбкола Гант в 2010 году. В своей исследовательской работе он рассматривал связь туризма и урбанистики и впервые употребил фразу «тематический парк» по отношению к Готическому кварталу. Кбкола подробно рассматривал все манипуляции с архитектурным наследием, случившиеся в XX веке: куда и какие здания переносили по камню, где появились новые площади, какого года на самом деле этот красивый фонтан.

Дальше случилось невообразимое – PhD-исследование простого студента-урбаниста взорвало все СМИ города. О работе Агусти Кбколы писали все, неизменно употребляя его термины «готификация» и «тематический парк». Защита PhD при этом в Испании, как и в большинстве других стран, мероприятие совершенно непубличное и, можно даже сказать, камерное. На финальном чтении никогда не присутствует больше десяти человек, а саму работу читают не больше семи, при наличии у исследователя хороших и верных друзей. И вот внезапно исследовательская работа появилась во всех городских и региональных новостях – Агусти Кбкола Гант явно нащупал оголенный общественный нерв [22] .

Сегодня [23] практически любой молодой барселонец, показывающий вам город, с грустью и болью в голосе скажет: «Да Готический квартал – это тематический парк!» Это сравнение сегодня используют все, от журналистов до продавцов сувениров, даже и не зная, что придумал его студент-урбанист.

Популярность проекта «Готический квартал» превзошла все ожидания людей, впервые запланировавших его в конце XIX века, и для местных жителей превратилась из благословения в проклятие. В конце 2010-х Барселону потрясал новый феномен, окрещенный журналистами как «туризмофобия»: местные жители жаловались на слишком большие туристические потоки, протестовали против Airbnb и требовали от городских властей ограничить туризм.

Массовый туризм необратимо поменял Готический квартал. Исторически это был район рабочего класса, людей небогатых, но веселых; в Барселоне, всю жизнь находящейся у моря, обеспеченные слои населения никогда не стремились жить как можно ближе к пляжу. Как только кишащий людьми Старый город начал расширение в середине XIX века, судьи, законодатели, юристы и богатые предприниматели поднялись и уехали в новые, полные света дома Эшампле. В Готическом квартале остались ремесленники и держатели небольших баров и лавочек, которые и жили там дружной коммуной до прихода массового туризма.

О том, что новый уклад жизни значил для коренных жителей Готики, я в августе 2017 года написала для журнала «Афиша»: «В Барселоне дети по закону должны ходить в ближайшую к дому школу (если они выбирают бесплатное образование), так что коренные барселонцы растут и дружат с соседями. Все родители в школах знают друг друга, и так складывается сообщество района, или, по-каталански, el barri. (…) И „классическая“ Барселона – это Барселона, в которой Хосе и Мария спускаются утром вниз и пьют кофе в баре, который держит их подруга. Затем едут на работу на автобусе вместе с еще одним школьным другом. Хлеб они покупают у Мерсе, ключи делают у Жоана, а вечером в баре Пепе за кружкой пива или бокалом вина сидят в компании своих друзей со школы, Нурии, Жозепа и Монсеррат. Они знают всех местных жителей, и их собак тоже. Они каждый день едят один и тот же бутерброд с хамоном на завтрак, а работник паба знает, что и сколько им наливать. (…)

И вот район становится популярным; цены начинают расти. К Пепе, бар которого декорирован хамоньей ногой и фотографиями смешных тетушек и племянников, модно подстриженные норвежцы не заходят. За углом у Пепе открывается веганский паб с крафтовым пивом. Цены растут; у Пепе заканчивается контракт на аренду. Хозяин помещения поднимает его стоимость на 50 % – скромный доход, за который Пепе спокойно мыл стаканы, разговаривая с друзьями о том о сем, теперь весь уйдет на аренду. Пепе закрывает бар. Следом за Пепе Жоан уступает подвальчик, где он изготавливал копии ключей, магазину модной одежды. Вскоре эта жизнь становится лишь воспоминанием, а кофе ты теперь пьешь в кафе-булочной, которую держат аргентинка и поляк, и каждый день рядом с тобой за столиками сидят совершенно новые люди. Молодые, красивые, ни капельки тебе не знакомые. Не говорящие на твоем языке».

В 2019 году Готический квартал – это гремучая смесь туристической ярмарки (все, что севернее Кафедрального собора, наполнено людьми всегда, с января по декабрь), старинной архитектуры, обаятельных площадей (Sant Felip Neri или Pla?a del Rei), магазинчиков авторской одежды (улица Avinyo), уличных музыкантов и пьяных северных европейцев. Из-за роста популярности здесь неоднократно выросли цены: в прошлом остался ценник в 2000–2500€ за м2, сегодня девелоперские компании с удовольствием выкупают недвижимость в Готике и переделывают старые полуразрушенные квартиры в лофты стоимостью от миллиона евро.

Это один из самых сложных для понимания иностранцем районов: сегодня здесь накладываются друг на друга несколько слоев реальности одновременно, жители которых совершенно не пересекаются. Сотни туристов каждый день спускаются по склону Святой Евлалии, фотографируют «цветистый и пошлый» мост и пьют свежевыжатые соки в коммерческих лавочках, где мешают эти соки с сахаром для долгого хранения. «Старожилы» – простые работящие барселонцы, живущие здесь еще с середины XX века, – ходят на работу, пьют пиво в одном из последних «своих» баров района (туристы в него почти не заходят – слишком негламурно он выглядит) и каждый день раздумывают над переездом в другой район. Постепенно, впрочем, в Готике появляется и новая прослойка – богатых приезжих, которые заплатили за лофт в здании XV века и наслаждаются атмосферой; по ушедшим временам их сердце не болит, а туристы их совершенно не смущают, и эти люди постепенно создают Готическому кварталу новое лицо, с каждым годом все более международное.

Эль Борн [24] – это то, как сегодня жители Барселоны называют часть Старого города, отсеченную от Готического квартала проспектом Лайетана. С другой стороны черта района обозначена проспектом Льюис Компаньш, вдоль все той же видимой на карте линии разрушенной средневековой стены.

Борн, так же как и Готический квартал, принадлежит к подлинно старинной части Барселоны – когда король Каталонии и Арагона Пере Великий [25] в XIII веке оградил город стеной, Борн в его сегодняшних очертаниях полностью вошел в состав новой, по-имперски укрепленной Барселоны.

Тем не менее район Борн подпал под влияние «великого готического сноса» и строительства Виа Лайетаны ничуть не меньше, чем сам Готический квартал. Некогда даже не близнецы-братья, а единое существо, туго переплетенный комок средневековых улиц, дворцов, арок и тупиков, Борн и Готический квартал в 1926 году оказались разъединены навсегда и с этого момента развивались отдельно друг от друга. Так, например, несмотря на единый возраст, единую историю и схожую архитектуру каталонской готики, Борн до сих пор сильно уступает Готическому кварталу в популярности у туристов. Тысячи человек ежегодно приезжают в Барселону, смотрят на собор Святой Евлалии, фотографируют неоготический мост и слушают истории об изгнании евреев из Готического квартала, но так и не пересекают проспект Лайетана, чтобы познакомиться с братом знаменитого (и, чего греха таить, широко разрекламированного) Готического квартала.

Разделение повлияло даже на название: «Борн» – это новое, разговорное имя, которое вошло в употребление и стабилизировалось всего лишь за какие-то последние пять – десять лет. Формально у отрезка Старого города между проспектами Лайетана и Льюис Компаньш единого названия нет до сих пор. В официальных документах Борн обозначается громоздкой компиляцией Sant Pere, Santa Caterina i la Ribera. Сан Пере – это верхняя, северная часть квартала, примыкающая к Эшампле, Санта Катерина – средняя, Ла Рибера – нижняя, граничащая с Барселонетой. Тем не менее с девяностых Барселона неизбежно становилась все более интернациональной, и новые жители, приезжавшие в город, не имели никакого желания каждый раз выговаривать «Сан Пере, Санта Катерина и Ла Рибера» и уж тем более разбираться, где проходят границы между этими тремя старинными кварталами. Так родился современный Борн – короткое, удобное имя, обозначающее сразу все пространство между невидимой восточной крепостной стеной и Виа Лайетана.