Что такое любовь?
Шрифт:
— Это не так, Аля. Просто понимаешь… мне трудно, очень трудно сейчас говорить с тобой. Я не могу тебе сказать многого, не потому, что мне нечего сказать, а потому, что боюсь. Банальный страх взял надо мной верх…
— Не понимаю… — прошептала я, внимательно наблюдая за реакцией парня. Его сбивчивое дыхание, немного нервные движение выдавали сильное волнение, а в глазах бушевала настоящая буря эмоций.
— Просто помни, что то, что быть не может, однажды тоже может быть… Это вряд ли тебе о чём-то скажет… но для меня это значит многое. Я не хочу тебя терять. Давай… останемся друзьями?
Я вздохнула, на секунду прикрыв глаза. Ничего нового не узнала, да, но эти его странные, запутанные фразы окончательно сбили меня с толку.
— Я тоже не хочу терять дружбу, — кивнула я. — И лучше бы тогда ничего не говорила. Но не переживай, я тоже не хочу, чтобы наша компания разваливалась, а потому надеюсь, что всё будет как и прежде.
Вместо слов Дима молча шагнул ко мне и крепко обнял. Я так и замерла, ничего не понимая. Что творится с этим парнем, чёрт возьми?! Чего он добивается?
— Пока, — быстро проговорил Стрельцов и поспешил ретироваться, пока я стояла и находилась в глубоком шоке. Твою матушку… этот мир окончательно сошёл с ума, ибо я уж точно отказываюсь во что-то верить и что-то понимать.
Прочь, все мысли прочь из головы! Не нужно мне сейчас ни о чём думать!
— Ну что, ребята, вы готовы к приключениям?! — подбежав к друзьям, я схватила их под руки и, не дожидаясь ответа, повела в сторону ближайшей остановки.
Отвлечься! Сейчас единственное, что мне нужно — это отвлечься!
Глава 23. Алевтина Крылова
Порывистый ветер кружил вокруг меня, играя с длинными, чуть вьющимися светлыми волосами. Я стояла на самом краю, затаив дыхание, и смотрела на раскинувшуюся пропасть передо мной. Песчаная пустыня простиралась вокруг и исчезала далеко за горизонтом, неизвестно, что таили в себе эти пески. Но эта тайна только подогревала интерес. Что это за место?
Я не понимала, как здесь оказалась, но чувства страха во мне не было и капли. Казалось бы, есть большое количество накопившихся вопросов, на которых нет ответа, но это волновало меня в самую последнюю очередь. Всё отошло на задний план, а то, что творилось в глубине души… сложно описать простыми словами.
Я бы сказала, что это больше похоже на безмятежность. Тот самый внутренний покой, которого мне на протяжении долгого времени так не хватало. Гармония, баланс… и много ещё других синонимов, способных хоть чуть-чуть передать моё состояние.
Люди очень редко ценят такие моменты, предпочитая целый коктейль, бурю эмоций и взрыв адреналина, ведь это же так весело, это же приносит много счастья, помогает открыть себя всему миру… но что, если весь мир — внутри нас?
Это наша фантазия, наши мысли, переживания, это наша душа. Это и есть наш мир. И всегда лучше запоминаются именно те моменты, которые наполнены искренностью. Нам не всегда нужно сворачивать горы и преодолевать трудные препятствия, чтобы почувствовать себя счастливым, достаточно просто быть самим собой… и осознавать это.
— Неплохие мысли посещают твою голову, — голос, внезапно раздавшийся у меня за спиной, ничуть не вывел меня из того состояния, в котором я сейчас находилась. Я даже подозревала, что именно это и произойдёт, ведь такое было со мной уже не в первый раз.
— Это снова твои проделки, верно? — усмехнулась, даже не оборачиваясь, чтобы удостовериться в своей догадке. Знала, что увижу там точную копию себя.
Вместо этого просто села на землю, свесив ноги с обрыва. Передо мной раскинулся шикарный вид, так почему бы им не насладиться? Здесь всё нереальное, это всего лишь мой сон, я даже не сомневаюсь в этом, однако даже в таком случае можно поговорить со своим подсознанием и узнать, чего же хочет оно от меня на этот раз.
— Верно, — опускаясь рядом со мной и окидывая внимательным взглядом пустыню, в которой отнюдь не ощущалось жары и палящего солнца, проговорил мой двойник. — Так что же ты хочешь узнать на этот раз, Алевтина?
— Я хочу узнать?! — искренне удивилась и повернулась к своей визави. — Разве не ты хотела со мной поговорить, как и в прошлый раз?
— Нет, — стало мне ответом. — В прошлый раз сон полностью был твоей инициативой. Ты запуталась, зашла в тупик, а разгадка, которая буквально была у тебя перед носом, постоянно ускользала от тебя. И я лишь подтолкнула тебя к тому, что и так было неизбежным. Я — это ты, просто ничем не ограничена. Я не пристрастна, независима ни от кого, могу говорить то, что захочу. По сути, меня нет. Но есть ты! А сон один из самых оптимальных вариантов для того, чтобы ты смогла найти то, что ищешь. Это всё твой мозг, который избрал этот способ. И, хочу сказать, очень действенный.
— Это… звучит как нечто из разряда фантастики… — выдохнула я. Но в словах моей копии была истина. Только кто-то решает такие вопросы мысленно и бодрствуя, а кто-то находит выход во сне. — Теперь я понимаю, почему некоторые люди решают свои проблемы после крепкого и здорового сна. Так проще думается…
— И всё же, что случилось на этот раз? Я знаю всё, но хочу услышать это от тебя. Просто представь, что перед тобой сидит другой психолог и помогает тебе, — мой внутренний голос усмехнулся и приготовился слушать.
Я же, в очередной раз подумав, что это всего лишь сон и никто не сочтёт меня за сумасшедшую, начала рассказывать.
— Моя жизнь стоит на пороге перемен. Совсем скоро я заканчиваю университет, получаю диплом и дальше меня ждёт далеко нелегкий выбор, поиск работы, дальнейшее развитие карьеры. Я это прекрасно осознаю и готова к трудностям, я готова устраивать свою жизнь так, как это нравится мне, но всегда есть одно "но". И это "но" напрямую касается моей личной жизни.
— Сейчас речь пойдёт о Диме? Парне, который смог внести в твою жизнь ту самую перчинку, делающую из тебя более веселую и раскрепощённую девушку. Вспомни себя до встречи с ним: серьёзная, немного зажатая, сторонящаяся резких перемен в своей жизни только потому, что всё своё свободное время ты посвящала учёбе. Марина и Фил были для тебя той самой отдушиной, но этого было явно маловато для того, чтобы ты пересекла рамки. Рамки тотального контроля, которым ты себя ограничивала.
— Это всё так, и Стрельцов действительно изменил мой взгляд на многие вещи, однако не стоило мне влюбляться в него. К чему это всё привело? — тяжело вздохнула я и посмотрела туда, куда медленно клонилось солнце, знаменуя скорый закат. Небо окрашивалось в насыщенные цвета оранжевого цвета и вызывало непередаваемое чувство восхищения красотой.
— А к чему это привело? — вопросом на вопрос ответил двойник. — Ты не понимаешь?
— Нет, не понимаю. А ты, видимо, что-то знаешь, раз с такой уверенностью смотришь на меня. Говори, я тебя внимательно слушаю.
— Ваши последние встречи только и говорят мне о том, что он в тебя влюблён. И вполне отвечает тебе взаимностью, вот только есть некоторые факторы, которые страшат его. Это видно невооруженным глазом. И все эти его запутанные слова служат для нас неплохим доказательством.
— Брось, — отмахнулась я. — Не надо давать мне ложных надежд. Ты всего лишь моё подсознание, образ, сотканный из моей головы, так что же ты можешь знать лучше меня?
— Вспомни мои слова, которые я говорила тебе раньше. Я независима и беспристрастна, в отличие от тебя, и подмечаю многие вещи. И сейчас хочу донести до тебя ту информацию, в которой уверена на все сто процентов. Дима любит тебя, но боится признаться в этом даже самому себе. Так не хочется ли тебе узнать ту самую причину, из-за чего он так боится? И также хочу сказать, что он боится не только чувств, но и потерять тебя. Думай, Алевтина, думай.