Что же со мной такое?
Шрифт:
Транс
Символом симптома оказывается нищий.
Расстановка
Расставляются Кристиан и нищий. Нищий стоит за Кристианом. Он доброжелательно кладет руки Кристиану на плечи. Кристиан воспринимает это как бремя. Он поворачивается к нищему и падает на пол. Нищий говорит: «Теперь у меня больше нет с тобой контакта».
Я выбираю заместителя для отца Кристиана и ставлю его рядом с нищим. Ни для кого из заместителей это ничего не меняет. Тогда я выбираю заместительницу матери и ставлю рядом с нищим ее.
Кристиан встает и внезапно кричит своей матери: «Ты мне кое-то должна». Мать качается. Тогда я ставлю нищего позади нее. Так она тверже стоит на ногах. Поскольку Кристиан всегда сомневался в отцовстве указанного матерью человека, я выбираю заместителя для ее предполагаемого
возлюбленного и ставлю его справа от матери. Отец стоит слева, а нищий по-прежнему остается у нее за спиной.
Нищий говорит: «Теперь я лишний», и отходит назад. Очевидно, что между возлюбленным матери и Кристианом существует большое притяжение. Он обнимает Кристиана, тот плачет. Я прошу мать тоже обнять Кристиана. Постепенно он успокаивается. Тогда мать немного отходит назад и произносит: «Я в замешательстве, мне так жаль».
Кристиан негодует: «Ты меня обманула». Мать отворачивается. Кристиан и его родной отец держатся друг за друга. Кристиан говорит: «Мое место рядом с тобой, я всегда это знал. Это мужское дело». Мать снова поворачивается к нему со словами: «Мне стыдно. Я сожалею». Кристиан и родной отец остаются рядом друг с другом. Мать стоит несколько в стороне и приветливо смотрит на обоих: «Вот так хорошо».
Нищий символизировал родного отца. Это стало ясно, когда он отошел, после того как в расстановку был введен родной отец. Симптом Кристиана «психовегетативное истощение» был выражением его лояльности к скрываемому матерью родному отцу. Матери в расстановке тоже стало намного лучше, когда тайна оказалась раскрыта. Принятие родного отца всегда приводит к укреплению мужской силы. По моему опыту, только приняв отца, мужчина может жить в полную силу. Как и в любой другой расстановке динамика решения действует не только на тех, на ком было сфокусировано внимание. Она действует на всю систему в целом. В данном случае матери было плохо до тех пор, пока тайна оставалась тайной. Когда она была раскрыта, мать тоже испытала большое облегчение. Теперь она доброжелательно смотрела на сына и его отца.
Лояльность по отношению к тяжелой судьбе
ЭРВИН, ИНФАРКТ И СУДЬБА ДЯДИ
Симптом Инфаркт и паника.
Нынешняя семья
Эрвину 52 года, он женат вторым браком. От первого брака у него двое взрослых детей. Во втором браке детей нет.
Родительская семья
Родители Эрвина умерли несколько лет назад. У отца было шестеро братьев. Фотография одного из них всегда стояла у матери на письменном столе.
Процесс
В индивидуальной работе я иногда прошу клиентов расставить свою систему при помощи стульев. Вместо заместителей для представления отдельных лиц (отца, матери, братьев, сестер) используются стулья. Клиент садится на каждый из этих стульев и воспринимает при этом чувства тех лиц, которых представляет тот или иной стул. Преимущество этого вида расстановки состоит в том, что клиент сам входит в роль отдельных членов своей семьи.
Точно так же как в обычной семейной расстановке Эрвин выбрал по одному стулу для отца, матери, дяди и себя самого. На стуле дяди Эрвин ощутил ту же панику, которую испытывает с тех пор, как у него случился инфаркт. На этом месте я прервала расстановку и попросила Эрвина собрать информацию об этом дяде. Младший брат отца был еще жив. От него Эрвину удалось узнать, что этот дядя критиковал режим и был доведен нацистами до самоубийства. После попытки суицида он прожил еще три дня и наверняка очень страдал.
В качестве завершающей формы терапии я выбрала визу-ализованные расстановки, которые происходят только в воображении клиента. Так Эрвин смог отдать дань уважения своему дяде. В дополнение я предложила ему следующий ритуал: он должен был устроить своего рода мемориал своего дяди, собрать фотографии, памятные предметы, поставить цветы, свечи и так далее. Эрвин согласился. По моей рекомендации он приходил на этот «мемориал» всякий раз, когда чувствовал такую необходимость, и кланялся. Этим он отдавал дань тяжелой судьбе дяди, а терапевтические интервенции могли продолжать оказывать воздействие.
Я бы интерпретировала инфаркт Эрвина как попытку компенсировать тяжелую судьбу дяди. В конечном счете если бы он умер, инфаркт приблизил бы его к дяде. Поскольку Эрвин выжил, то в качестве компенсации за тяжелую судьбу дяди и его страх смерти осталась паника.
В этом случае мы тоже имеем дело с одной из форм семейной тайны. Фотография дяди стояла на письменном столе матери. При этом о нем никогда не говорили, Эрвин тоже ни о чем не спрашивал. Раскрыв эту тайну, Эрвин смог почтить тяжелую судьбу дяди и вместе с тем избавиться от симптома. Три года спустя я получила от Эрвина открытку. Он писал, что приступов страха у него больше не было.
ИРЕНА, ПАНИКА И ПОГИБШИЕ ТОВАРИЩИ ОТЦА
Симптом Паника.
Нынешняя семья
Ирене 35 лет, она в разводе, детей нет.
Родительская семья
Мать Ирены умерла в 1990 году, отцу 75 лет, он живет один. Ирена — младшая из четырех детей. У троих старших есть свои семьи, у всех есть дети.
Процесс
Работа с клиенткой продолжалась более двух с половиной лет. В первой расстановке, где я поставила только отца, мать и Ирену, все указывало на то, что у Ирены другой отец. Я посоветовала ей проверить отцовство при помощи генетического теста. К нашему удивлению, отец отнесся к такому предложению очень положительно, он почти обрадовался. Он тоже сомневался в своем отцовстве, поскольку в то время у матери Ирены была связь с неким итальянцем. В отличие от братьев и сестер Ирена была смуглой и черноволосой.
Генетический тест подтвердил отцовство мужа матери. Тем удивительней было для меня равнодушие Ирены, с которым она встретила это сообщение. Она читала мне очень нежное письмо отца и при этом выглядела так, будто результат ей совсем не нравится.
Мы сделали еще одну расстановку и постарались учесть все детали, но в отношении симптома никаких перемен так и не добились. Паника не уменьшалась. Ситуация, напротив, становилась все хуже, что привело к сомнениям в эффективности терапии.
Однако Ирена мне доверяла и продолжила ходить на терапию. Я объяснила ей, как трудно иногда бывает обнаружить ключевое переплетение, особенно при наличии очень сильной лояльности. На повторные расспросы о судьбе отца она рассказала, что из-за приступа аппендицита, его, молодого солдата, на самолете вывезли из-под Сталинграда. Все его товарищи, которые остались там, погибли. Эта информация оказалась решающей.
Расстановка
Мы расставляем симптом, Ирену и ее отца. Симптом сразу же подходит к отцу и говорит: «Мое место здесь». Тогда я выбираю пятерых заместителей для его погибших товарищей и ставлю их в ряд перед Иреной и ее отцом. Затем прошу отца взять Ирену за руку, показать ей товарищей и сказать: «Это мои товарищи. Им всем пришлось умереть».
Я прошу их вместе склониться перед погибшими. Тогда симптом чувствует себя лишним и отходит назад. В заключение я предлагаю Ирене поблагодарить отца за подаренную ей жизнь. При этом погибшие товарищи стоят за спиной отца и дружелюбно смотрят на Ирену. С тех пор приступов паники у нее не было.
В начале терапии Ирена была очень привязана к матери. В первой расстановке Ирена была идентифицирована с тайным желанием матери иметь другого мужа. Поэтому проверка подлинности отцовства с помощью теста была очень важной интервенцией. Она навела меня на верный след, а именно, что в этом случае имеет место неосознанная лояльность по отношению к отцу, на сознательном уровне отвергаемому. Это звучит парадоксально, однако такое противоречие встречается очень часто. Оно основывается на том факте, что в душе ребенок бессознательно объединяется с тем из родителей, кого сознательно отвергает. Тест на отцовство хотя и развеял сомнения, но решения не принес.