Чтение онлайн

– Это неправда ! Ничего мне не передавали ! Это чья то клевета ! – выкрикнул Зверев. Я молча включил диктофон в лежащем на столе телефоне – в комнате раздался слегка искаженный, но все равно узнаваемый голос, только что прозвучавший в комнате:

– Вы понимаете, что вы мне предлагаете ? – возмутился говоривший. Второй, незнакомый голос проникновенно ответил:

– Вы талантливый оратор и организатор ! И вы сами понимаете – здесь вам не место. Ваше место – в столице ! Вот там вы сможете развернуться и полностью раскрыть свой талант ! Так чего вам держаться за эту партию ? Вы поймите: она существует только до тех пор, пока мы ей это позволяем. А наше терпение уже на пределе ! И что вы будете делать, когда мы ее закроем ? Мне будет очень жаль, что такой талант пропадет ! Но после ее закрытия мы вас к себе взять не сможем: никто не любит проигравших ! А так: вы наш человек во вражеском лагере – почти как в шпионских романах ! – бархатисто-доверительно засмеялся незнакомый голос. – И вот еще что… - что то щелкнуло, словно пластик по столу – это банковская карта на ваше имя. На ней – 50 тысяч. Долларов. Это всего лишь за то, что вы согласились со мной поговорить. Вы можете получить за информацию, которая нас интересует еще 100 тысяч, причем нас не интересуют какие то жуткие тайны: всего лишь где расположены ваши филиалы и кто в них руководители… Видите – никаких тайн: все это можно узнать и через интернет… Но этим мы вам показываем - мы умеем ценить наших сотрудников и щедры к тем, кто с нами сотрудничает.

– Но я имею только информацию о своей партии… К делам фонда меня не подпускают… - замялся Сергей Зверев, а всю информацию имеет только создатель нашей партии и фонда – Учитель…

– Сука !
– раздался разьяренный голос встающего Быстрова.

– Сядь… - негромко бросил я – и не мешай…

– Вы сначала передайте нам имена и места расположения ваших филиалов и места их планируемого расположения… - вкрадчиво произнес незнакомец, а за сведения из фонда вы получите двойной гонорар… Нажал на кнопку, остановив диктофон. Воцарилась гнетущая тишина…

– Зверев… - негромко произнесла Москалева – как ты мог предать того, кто поднял тебя, вывел в люди, доверил такую серьезную должность. Ну как ты мог ! Парень вскинул голову:

– Я не предавал ! Он сказал мне, что хочет пригласить нас в их партию и отдать нам молодежное движение по всей стране. Ты понимаешь – ПО ВСЕЙ СТРАНЕ ! Я не предавал – я хотел как лучше для всех!

– Дурак ты Зверев… - презрительно бросила Соколова – тебя бы поимели и выбросили бы после, как использованный презерватив… И ты еще мне делал предложение выйти за тебя замуж, мразь !

– Так… - решил прекратить ненужные высказывания и дискуссии – Корчагина: составь протокол заседания – без моей фамилии и постановление: в связи с личным желанием Зверев освобожден от занимаемой должности. Подписи всех здесь сидящих – старшего начальственного состава партии и фонда. Ты - временно исполняющий обязанности председателя молодежной партии… Настя встала и пошла к двери.

Со стула тяжело, словно древний старик, встал Зверев-старший. Жуткая перемена: вошел бодрый живчик, искрящийся весельем, бодростью и здоровьем, а стоял разбитый услышанным старик: землистая кожа с белыми и красными пятнами ан лице; набрякшие мешки под глазами; трясушиеся губы и руки; потухшие глаза…

– Я никогда не думал, что узнаю, что мой сын стал предателем ! Что он предал тех, кто ему доверил высокий пост; кто поверил ему; кто принял его в свой круг – как равного ! Мне больно было слышать и страшно глядеть на того, кто опозорил нашу семью ! Я не знаю – как смогу сказать своей любимой жене, что наш сын – предатель ! Я не знаю… дрожащим голосом продолжал он, но выпрямившись бросил в лицо сидевшему с опущенной головой – но я знаю, что скажу ей ! Голос налился силой, уверенностью, властностью:

– Я скажу ей – У НАС НЕТ БОЛЬШЕ СЫНА ! И дома теперь у тебя нет – я запрещаю тебе к нам приходить ! Ахнула, прикрыв рот ладошкой, Чернова; расширились от изумления глаза Корчагиной, стоящей у двери… Даже Быстров удивленно мотнул головой. Только Москалева смотрела одобрительно: дочь своего отца – офицера…

– Папа !
– вскрикнул Сергей. Отец гневно бросил в лицо сыну:

– А если она примет твою сторону – разобьет мне сердце ! Но тогда ! – голос его зазвенел сталью в комнате – тогда пусть остается с тобой ! Зверев покачнулся. Соколова подскачила к нему, обняла, удерживая на ногах, просительно повернулась ко мне…

– Соколова – отвезешь Зверева в клинику, проверишь, как его там примут ! Я позвоню. Быстров – помоги… Костя сорвался с места…

– Я не одобряю действий твоего отца… - повернулся к сидящему Звереву, после того, как его отца бережно вывели из комнаты – но и тебя мне не жаль: ту настолько глуп, что не понял очевидного… Правильно сказала Соколова – использованый презерватив… О твоем отстранении сегодня будет обьявлено в интернете, а уже завтра ты сможешь убедиться в своей значимости и востребованнности у своих новых друзей ! И я не удивлюсь… - добавил, не удержавшись – что вся сумма с твоего счета куда то испарится. Мой тебе совет – по старой памяти – бегом в банк и переведи всю сумму на новый счет… Это все, что я могу для тебя сделать. Зверев вскочил и метнулся из комнаты…

– Дешёвка… - презрительно процедила Корчагина…

– Учитель… - пролепетала Чернова – я не знала, что так получится ! На глазах у нее навернулись слезы…

– Добро пожаловать, Катюша, в жестокий мир людей… - сказал я…

Глава одиннадцатая

Утром ты встанешь у окна…

Достал телефон, позвонил в клинику, обьяснил ситуацию. Обещали встретить Зверева-старшего, принять, разместить. И отнестись как к отцу родному… Моя вина, хоть и невольная – мне и исправлять…

– Учитель – у меня появилась одна мысль… - отвлекла меня Тоня.

– Всего одна ? Не узнаю тебя Москалева… – пошутил иронично…

– Зато какая ! – не повелась на иронию Москалева – вам надо занять и в фонде и в партии официальную должность…

– И какую же ? – я, вроде, из молодого возраста уже вышел, а связывать себя с фондом – ну ты сама понимаешь…

– Я поговорю с Настей и Костей… - как само собой разумеющееся, заявила Тоня – надо вас избрать… почетным председателем и партии и фонда ! Но с правом подписи и отдачи распоряжений ! Только о такой мелочи всем знать не обязательно – только руководителям… Однако… Вновь поймал умоляющий взгляд Черновой…

– Тоня – подожди меня в коридоре: поедем к оружейнику…

– Ты тут не очень то шустри – Чернова ! – бросила Тоня, проходя мимо Кати – не изнасилуй нашего учителя, пока Соколовой рядом нет ! Катя вспыхнула, вдохнула воздуха для достойного ответа, но дверь за Москалевой уже закрылась. Катя развернулась ко мне:

– Почему она такая злая и черствая, Учитель ? – жалобно спросила Чернова. Маленькая, наивная, глупенькая дурочка... Катя что то прочитала в моих глазах. Халость и растерянность уступила место уверенности и твердости, но: как трудно стать взрослой – на деле…

– Учитель – вы простите меня, что я веду себя как дура !

– Не за что просить прощения Чернова – перешел я на казенный язык. Катя требовательно посмотрела мне в глаза:

– Есть за что ! – жестко бросила она – я только сейчас понимаю: с вами рядом не место плаксам и соплячкам. И обидчивым тоже !
– бросила она ожесточенно – но я боюсь вас потерять и поэтому мне лучше к вам не подходить, чем подойти и получить ваше замечание ! Непостижимая женская логика в действии !

– А я боюсь услышать нет… - пробормотал негромко…