Чтение онлайн

Жития святых, 10-е июня

Неаний, впоследствии святой великомученик Прокопий, родился в Иерусалиме, отца имел христианина, а мать – язычницу. Отец вскоре после рождения Неания помер, и мать-язычница воспитала сына в языческом нечестии, а когда он пришел в совершенный возраст, отдала его в службу нечестивому царю Римскому Диоклитиану. Будучи красив лицом, высок ростом и премудр разумом, Неаний понравился царю; тот полюбил его и велел находиться ему около себя в царских палатах вместе с прочими, подобными ему, юношами. Затем, не в долгом времени, сделал Неания воеводой и послал с войском в Александрию Египетскую, приказав ему гнать, мучить и убивать там христиан, а имения их отбирать в царскую казну. Тогда Неаний сказал царю: «Я слышал, царь, о тех людях, что они почитают некоего Сына Божия, глаголемого Христа, и – нравом тверды, непослушны, дерзки, крепки в вере своей и постоянны, так что готовы лучше умереть, нежели оставить Христа своего и принести жертву нашим богам; поэтому, мне думается, что трудно будет преклонить их к нашим законам». Диоаклитиан же, разгневавшись, начал хулить Христа Спасителя, говоря: «Бог их, как сами они (христиане) говорят, не имел жены, но как же Он родил Сына? А Христос, в которого они веруют – тот рожден от жены и от жидовского народа – как злодей, был осужден на смерть, бит, венчан тернием, поруган, распят на кресте, напоен уксусом и желчию и умер тяжкой смертью. Если он был Бог, то почему не освободил себя от рук жидовских? И если себе не помог в беде, то как другому может помочь?» Эти и многие хулы произнес этот сын погибельный: ибо слово крестное, как говорит божественный Павел, погибающим юродство есть, а спасаемым нам сила Божия есть (1 Кор. 1, 18). Убежденный словами царя, Неаний с двумя полками воинов пошел в путь, ему указанный, а так как был великий солнечный жар и зной, так что изнемогали и сами воины, и кони их, то необходимо было идти ночью, а днем отдыхать. И когда миновали они город Апамию Сирскую, в третьем часу ночи сделалось вдруг землетрясение, блистание молний и страшный гром, так что от страха все сделались как бы мертвыми. А сам воевода услышал голос, говорящий ему: «Неаний, куда ты идешь и на кого восстаешь?» Он же в страхе отвечал, говоря: «А послан я царем в Александрию убивать всех верующих в Распятого». И снова сказал ему голос: «О, Неаний, и ты ли идешь на Меня?» Неаний сказал: «Кто ты, Господи, ибо я не могу узнать тебя?» Когда он произнес это, явился на воздухе пресветлый крест, как бы кристальный, и от этого креста слышен был голос, говорящий: «Я – Иисус, распятый Сын Божий». Неаний в трепете сказал: «Мне царь говорил, что Тот Бог, Которого почитают христиане, не имел жены, как же Ты – Сын Божий? А если ты воистину Сын Божий, то как могли жиды наругаться над Тобою, распять и умертвить Тебя?» И сказал ему голос от креста: «Ради рода человеческого Я подъял это добровольно, чтобы избавить грешников от власти диавола, взыскать погибших и оживотворить мертвых, и если бы Я не был Сын Божий, то как бы мог быть живым по смерти и говорить с тобой». С этими словами крест взошел на небо, и тотчас был голос с высоты: «Этим знамением, которое видел, побеждай врагов твоих, и мир Мой будет с тобой». Таким образом Неаний [12] , как некогда Савл, явлением Господа на пути из гонителя соделан был сосудом, избранным имени Христову.

Жития святых, 8-е июля

Во дни царства Траянова (в I веке по Р. X.) жил в Риме некий воевода, по имени Плакида, который был добророден, славен и богат больше других, а в бранях так храбр, что самое имя его было страшно врагам. Когда царь римский Тит завоевал землю иудейскую, Плакида в это время был одним из главных вождей римского войска и показал на войне великое мужество. Будучи верою идолопоклонник, в жизни своей он являл дела христианские, питая алчущих, одевая нагих, помогая впадавшим в беду и многих освобождая от уз и темницы, больше радовался о том, когда приходилось подать руку помощи бывшему в беде, нежели когда побеждал врагов рукой своей. И был, как другой Корнилий, о котором вспоминают Деяния Апостольские, совершенен во всех добрых делах, не имел только святой веры в Господа нашего Иисуса Христа, без которой мертвы все добрые дела. Но Человеколюбец Бог, хотящий всем спастись и не презирающий творящих доброе, не презрел и этого добродетельного мужа и не оставил его погибать во тьме идольской прелести, но ему же во всяком языке бояйся Бога и делаяй правду, приятен есть (Деян. 10, 35) соделал его приятным Себе и благоволил указать ему путь спасения таким образом. Однажды, когда Плакида по обычаю своему был со слугами своими на ловле зверей, выследил он стадо оленей и, устроив конников, начал гнать стадо; потом, заметив одного оленя, самого большого из всего стада, погнался за ним. Олень тот отделился от стада, отделился от охотников своих и Плакида, гонясь только с немногими из своей дружины за оленем, но и те скоро отстали. Тогда Плакида, имевший быстрейшего коня, один погнался за оленем по пустыне. Олень вдруг вскочил на камень и остановился на нем. Плакида подъехал к тому месту и, раздумывая, каким бы образом поймать оленя, сам смотрел на него. Щедрый же Бог, различным образом устрояющий спасение людей и Ему одному ведомыми судьбами наставляющий на путь истинный, Сам изловил ловца этого, но не как Корнилин Петром, а как Павла – Своим явлением. Ибо, когда Плакида долго стоял близ оленя и смотрел на него, явился ему Христос Господь таким образом: крест весьма светлый явился среди рогов оленьих, смотря на который, Плакида увидел подобие плоти пригвожденного за нас ко кресту Иисуса Христа. Когда он удивлялся этому странному видению, – услышал голос, говорящий ему: «Что Меня гонишь, Плакида?» – и тотчас с этим голосом напал страх на Плакиду, – он упал с коня на землю и лежал, как мертвый. Немного прийдя в себя, сказал: «Кто ты, Господи, говорящий ко мне?» Господь сказал ему: «Я – Иисус Христос, Который, будучи Богом и облекшись плотию, добровольно пострадал ради спасения человеческого и претерпел крест; но ты и не зная почитаешь Меня, ибо добрые дела твои и многие милостыни взошли пред Меня, и я восхотел спасти тебя; этого-то ради Я и явился тебе на этом животном, дабы уловить тебя в Мое познание и присоединить тебя к верным рабам Моим, ибо Я не хочу, чтобы человек, творящий дела правды, погиб, увязнув в сетях вражиих». Встав с земли, Плакида никого уже не видел и сказал: «Ныне верую, Господи, что Ты – Бог неба и земли и Творец всех тварей, поэтому Тебе единому поклоняюсь, другого же, кроме Тебя, Бога отныне не желаю знать. Молю Тебя, Господи, укажи мне, что мне делать». И был к нему голос: «Иди к иерею христианскому и крестись от него, и он научит тебя пути спасения». Услышав это, Плакида исполнился радости и умиления, и упав на землю, со слезами поклонился явившемуся ему Господу, сознаваясь, что до того времени, не зная правды, не знал он истинного Бога. И радовался духом, что удостоился такой благодати, которая привела его к познанию истины и наставила на путь правый. Затем, сев на коня, в веселии духа возвратился к своим, никому не говоря о бывшем.

Жития святых, 20-е сентября

Святой Конон Исаврийский, впоследствии мученик, желая обратить своих соотечественников-идолопоклонников к истинному Богу и доказать превосходство христианства перед язычеством, предложил им такое условие: «Пойдемте все, сказал он им, к капищу Аполлонову, вы прежде, а я, как человек старый, пойду за вами; кто из нас прежде придет к капищу, – того Бог есть истинный и в Того веровать будем все». Исавряне согласились на это, но потом сами же обманули святого, не сдержав своего слова и обещания. Тогда святой Конон сказал им: «Если вы не верите моему Богу, то поверите ли своему богу – если что-нибудь скажет вам, то исполните ли его слово?» Исавряне сказали все: «Лишь только услышим бога нашего что-либо говорящим, готовы тотчас исполнить слово его, ибо веруем в то несомненно». И снова заключили условие со святым и крепче прежнего обещали верить тому слову, которое произнесет бог их. Тогда святой, став пред той пещерой, которая была капищем Аполлоновым, громким голосом воззвал к идолу: «Тебе говорю: повелевает тебе Господь мой Иисус Христос, выйди из своего капища и приди ко мне сюда», – и тотчас бездушный идол сделался как бы живым, поколебался и упал со своего места, потом покатился по земле к святому; приблизившись к нему, встал с земли и стал прямо пред святым Кононом. Все присутствующие, будучи объяты ужасом, завопили, закричали от страха и хотели бежать. Тогда святой, дав знать рукой и не велев бояться, едва удержал их и, успокоив волнение народа, снова обратился к идолу. Все с напряженным вниманием смотрели, что еще имеет быть, а святой сказал идолу: «Скажи нам, бездушный идол, кто есть Бог истинный – ты ли или проповедуемый мною Господь мой Иисус Христос?» И тотчас идол, с трепетом простерши к небу свои каменные руки, громким голосом воскликнул по-человечески: «Один есть истинный Бог – проповедуемый тобою Христос», – и, сказав это, упал и разбился. Когда произошло это чудо, весь народ громким голосом вскричал: «Один есть истинный Бог, Бог Кононов. Он преодолел». И многие из народа уверовали во Христа и, сокрушив идолов, приняли святое крещение.

Жития святых, 5-е марта

В житии святого Григория, архиепископа Омиритского [13] , после обширной беседы этого святителя против иудейства с Ерваном, учителем иудейским, рассказывается: Изнемогая в бесплодной беседе, Ерван сказал: «Зачем мы тратим время в долгих рассуждениях и предположениях! Я сейчас разрешу спор этот. Если хочешь, архиепископ, чтобы я без лукавства веровал в твоего Иисуса, что Он есть истинный Бог, то покажи мне Его живого, дабы мне видеть Его и говорить с ним, и тогда я открыто скажу, что вы, христиане, одолели и победили нас (иудеев)». Когда он сказал это, сонмище иудейское воскликнуло: «Молим тебя, учитель наш, чтобы ты не прельстился и не сделался христианином, но мужайся и утверждай в истине, ибо ты знаешь, что ничего нет истиннее того, что существует один Бог отцов наших». Но Ерван с гневом сказал им: «Что вы пустословите?! Слушайте же: если уверить меня, что Иисус Христос Тот есть, о Котором предвозвестили пророки – чего еще ждать будете?» А архиепископ, видя, что он говорит вправду, а не притворно, сказал ему: «Большое искушение делаешь мне, Ерван, и выражаешь прошение выше силы, касаясь не людей, но Бога, однако, ради уверения тебя и тех, которые с тобой (т. е. иудеев), в то же время, дабы более утвердились и сердца верных, силен Господь сотворить и это. Скажи же определенно, как ты хочешь, дабы я уверил тебя?» Ерван сказал: «Умоли Владыку твоего, чтобы Он, если Он на небесах, как ты говоришь, сошел сюда и явился мне, чтобы мне говорить с Ним, и – жив Господь – я тотчас уверую в Него и окрещусь». Когда Ерван сказал это, все множество иудейское воскликнуло: «Воистину, архиепископ, подтверди нам делом истинность твоих слов, покажи нам Христа твоего, чтобы мы, не имея, что еще возражать, со страхом уверовали в Него», – и уже настойчиво требовали, чтобы он показал им чувственно Христа, если Он жив после распятия и смерти. А между собой евреи говорили: «Если в самом деле архиепископ покажет нам Христа своего, то что будет? Увы нам, и, не желая, сделаемся христианами». А другие говорили: «Если покажет Его нам, то почему не захотим веровать в Него?» А еще иные говорили: «Как возможно показать Того, Который, будучи убит, как человек умер, и столько прошло лет с тех пор, как скончался! Где же найдутся тело и дух Его, когда и кости, и жилы давно рассыпались во гробе?» Архиепископ же, принимая в рассуждение величие дела и видя настоятельное требование противников, весь в уме своем положился на Господа и размышлял в себе, что если он не попросит Владыку Христа исполнить просьбу их, то противная сторона будет торжествовать, евреи выйдут из этого спора победителями, а христиане поэтому будут побежденны, и враги будут ругаться и поносить христиан. Поэтому с надеждой сказал сонмищу жидовскому: «Если изволит Христос мой, я всячески готов показать Его вам. Но вы твердо знайте, что если я покажу Его вам, а вы не захотите веровать в Него, то тотчас меч поразит вас всех; а если по своему недостоинству я не возмогу показать вам Господа моего, то поступайте, после этого по собственной воле». Услышав это, евреи были и печальны, и радостны, – печальны, опасаясь, как бы он не показал им Христа, и тогда должны будут веровать невольно, – радостны, надеясь, что не покажет, и они будут тогда свободно пребывать в своем заблуждении. Угодны были слова архиепископовы и Ервану, и всем, бывшим с ним, мудрейшим законоучителям, и они говорили между собой: «Невозможно никоим образом, чтобы человек, умерщвленный отцами нашими, умерший, запечатанный в гробе и украденный учениками своими, – этот человек был жив спустя пятьсот лет и более».

А святой отец наш Григорий, зная слова, написанные в Евангелии: аще имате веру, яко зерно горушно, речете горе сей: прейди отсюда тамо, и прейдет, и ничто же невозможно будет вам (Мф. 17, 20), – эти слова Господни держа в уме своем, имея несомненную веру в Бога и твердо на Него надеясь, встал с престола своего и немного отошел от них на место, удобное к молитве. Царь же страны омиритской Аврамий, присутствовавший тут со всем верным народом, удивлялся и изумлялся его великому дерзновению пред Богом и вере, что решается на это страшное дело, и в ужасе ожидал, что будет дальше. А святитель, еще несколько отойдя от собрания и осенив себя крестным знамением, стал на молитву. Смиренно и с умилением преклонив колена и всего себя вперив горе, долго молился во всеуслышание присутствующих. В молитве этой воспоминал все таинства воплощения Бога Слова и все Христово пребывание с людьми от рождения и до вольного страдания, креста и смерти, и тридневного воскресения, и восшествия плотию на небо. Наконец произнес: «Яви Себя, Владыко, чувственно этим окамененным и ослепленным злобою, яви Себя ради славы святого Твоего имени, да узрят телесными очами Твое животворное человечество, в которое облекся ради нас, смиренных, и с которым вознесся на небо, дабы, увидев Тебя, уверовали в Тебя, истинного Бога, и в пославшего Тебя истинного Отца и в Святого Твоего Духа». Когда он оканчивал молитву свою и все со вниманием смотрели на него, внезапно сделалось великое землетрясение и страшный гром, так что поколебалась земля, и все пали от страха. Когда же, немного спустя, встали и обратили взор свой к востоку, то увидели: вот отверзлось небо и сходило на землю светлое облако с пламенем огненным и лучами солнечными, а среди облака виден был муж, «краснейший добротою паче сынов человеческих», Господь наш Иисус Христос, несказанно сияющий лицом и светящийся молниевидными одеждами; неким спокойным движением ступая по облакам, приближался Он к стоявшим внизу и стал на высоте против архиепископа поверх облака, привлекая к Себе взоры и сердца всех Своею добротою, которой не может выразить язык. Но от страха славы Его, которой не могли видеть, все, как некогда ученики на Фаворе, пали ниц на землю. И царь, и вельможи, и весь народ от мала до велика, и иудеи, одержимые великим трепетом, озираясь во все стороны, искали, куда бы убежать, так как их опаляло озарение божественного света, и слава Господня, которой не могли видеть, колебала их великим страхом. Но им не было возможности не только убежать, но даже и двинуться с места, ибо были удерживаемы невидимой силой. Архиепископ же, ободрившись, громким голосом воззвал к Ервану: «Се, Ерван, Тот, о Котором ты слышал многие объяснения, зри Его и уверься, что един свят, един Господь, Иисус Христос, в славу Бога Отца, аминь». Но Ерван, омертвев, ничего не мог говорить. И пришел голос от велелепной славы Господней, говорящий: «Ради молитвы епископа исцеляет вас Распятый отцами вашими». Но от голоса этого еще больше затрепетали и попадали все на землю, одержимые ужасом. И как некогда Савл, шедший к Дамаску, когда его облистал с неба свет и пришел свыше голос, упал на землю и открытыми глазами никого не видел (Деян. 9, 3 и 4), так ослепли и эти, хотя и имели открытые глаза, однако никого не видели и оттого скорбели и горько рыдали. Когда это совершилось, пред лицом Господним произошел некий божественный шум, и светлое облако, которое было под Ним, скрыло Его у всех из виду и собиралось отовсюду вслед за Ним, когда Он входил в высоту, пока вся слава Господня вместилась в небеса и все виденное скрылось из глаз. Тогда царь и все множество христиан, приняв дерзновение, долгое время громким голосом взывали вслед Господа: «Господи помилуй!» А честный архиепископ лежал ниц на земле и со слезами приносил молитву Господу о людях. После этого все бывшие на собрании: царь и весь синклит его, и народ – воздали честь святейшему архиепископу Григорию с великим благоговением и страхом, удивляясь таковой его святыне и силе его молитв. Иудеи же спрашивали друг друга: «Видишь ли что, брат?» И отвечал один другому, что не видит ничего. Тогда все обратились к Ервану и воскликнули: «Горе нам, учитель наш, что мы сделали?» А Ерван спросил: «Мы ли одни ослепли, увидев Бога христианского, или пострадали также и христиане?» Христиане, услышав это, сказали: «Мы, благодатию Господа нашего, видим хорошо, и глаза наши стали даже здоровее, чем прежде, вы одни ослепли за неверие ваше, Бог бо отмщений Господь, Бог отмщений не обинулся есть

Конец ознакомительного фрагмента.