Чудеса не понарошку
Шрифт:
– Куда?
– спросил теперь уже Митя.
– На Кудыкину гору. Ты ведь сам хотел, - сказал Авося.
– А разве она есть на самом деле?
– удивился Митя.
– А это, по-твоему, что?
Вдалеке виднелась не то чтобы очень большая, но все же гора.
– На Кудыкину, так на Кудыкину, - согласился Мефодий.
– Только ты, Митя, держись ко мне поближе, а то без меня еще пропадешь.
Митя взял Мефодия на руки. На этот раз львенок не раздумывал, прилично ли это настоящему льву: его долг был находиться рядом с Митей, чтобы суметь защитить его ото всех подстерегающих опасностей.
– Нам бы еще хорошую дорогу, - сказал Митя, поглядывая на Авосю.
– Пожалуйста, - сказал Авося, и перед ними тотчас появилась дорога.
Что это была за дорога! Широкая и ровная, обсаженная с двух сторон молоденькими цветущими деревцами. Просто загляденье!
– Вот это дорога!
– похвалил Митя Авосю.
– По такой дороге можно хоть сто километров идти. Умеешь ведь делать хорошо, если постараешься. Что еще нужно для приятной прогулки? Светило солнце, впереди расстилалась превосходная дорога, и друзья бодро зашагали вперед, болтая о том о сем и с удовольствием предвкушая новые приключения.
Они шли... шли... шли... Солнце стало припекать, впереди по-прежнему была дорога, которая вполне могла бы быть и покороче.
Друзья устали и поубавили шагу. Удовольствие отстало где-то по пути, и теперь они шли без удовольствия. А вскоре и вовсе: солнце стало нестерпимо жечь, дорога, которая давно должна была бы кончиться, видимо, сама об этом не знала и продолжала тянуться...
Друзья еле волочили ноги, а гора между тем и не думала приближаться. Наконец Митя остановился.
– Что эта дорога бесконечная, что ли?
– с досадой сказал он.
– Почему бесконечная? Всего сто километров, как ты и хотел, - невозмутимо сказал Авося.
– Я хотел?!!
– Ну не я же. Ты сам сказал, что по такой дороге можно пройти хоть сто километров. Митя вытаращил глаза и уставился на Авосю:
– Ты что, с ума сошел? Ну и сделал дорогу! Мы же так целый год идти будем!
– Нет, недели за две дойдем, - уверенно сказал Авося.
– За две недели? Ты думаешь, что время можно сколько угодно растягивать?
– возмутился Митя.
– Если время очень сильно растягивать, то у него может лопнуть терпение, - сказал Мефодий.
– Вот именно, - подтвердил Митя.
– Не хватало еще, чтобы оно лопнуло.
– А что же теперь делать?
– спросил Авося.
– Что делать, что делать, - передразнил его Митя.
– Вот сделал такую длинную дорогу, сам ее теперь и укорачивай.
– На сколько?
– спросил Авося.
– Что - на сколько?
– не понял Митя.
– Дорогу укорачивать на сколько. Во всем должна быть точность, чтобы ты потом не говорил, что я укоротил ее не так.
– Давай на девяносто девять километров, - сказал Митя наобум.
– Хорошо, - согласился Авося.
ТРРАХХ!!!
Вдруг кто-то так сильно ударил Митю по лбу, что у него даже искры из глаз посыпались.
– Ой!
– вскрикнул Митя.
– Ой! Ой!
– словно эхо вторили ему голоса Авоси и Мефодия.
Первым в себя пришел от удара Мефодий, ведь всякому ясно, что плюшевый лоб, даже если он самый что ни на есть настоящий, переносит удары куда легче неплюшевого. Львенок вскочил и приготовился ринуться на защиту Мити, но, к своему удивлению, вместо противника увидел высоченный дощатый забор, а перед ним на земле сидели Авося и Митя и растирали ушибленные лбы.
– Это кто дерется?
– на всякий случай воинственно спросил Мефодий.
– И откуда взялся забор?
– озадаченно спросил Митя.
– Забор ниоткуда не взялся. Он всегда тут стоял, - сказал Авося.
– Интересное дело, что же мы, по-твоему, его не заметили, что ли?
– Конечно. Он ведь был далеко, - сказал Авося.
– Так не бывает, чтобы забор был сразу и тут и далеко, - уверенно сказал Митя.
– Это не забор был далеко, а мы были далеко. Просто ты не рассчитал.
– Чего не рассчитал?
– не понял Митя.
– Это слишком много - укорачивать дорогу на девяносто девять километров. Кудыкина горато оказалась ближе. Вот мы и налетели на забор со всего размаха. Если бы не он, то нас, наверное, еще километра три бы пронесло!
– сказал Авося.
– Ну и ну, - развел руками Митя.
– Я так и знал, что девяносто девять километров - это много. Мое чутье меня никогда не подводит!
– сказал Авося.
– Если у тебя такое хорошее чутье, то что же оно молчало и не подсказало тебе, что тут забор?
– спросил Митя.
– А оно и не молчало, - возразил Авося.
– В тот самый момент, когда я укорачивал дорогу, оно мне отчетливо сказало: "Ох и налетите!" Мы и налетели.
И тут друзья услышали голос:
– Стой, кто сидит!
Митя и Авося мигом вскочили, озираясь по сторонам.
– Чего это твое чутье раскомандовалось?
– с достоинством спросил Мефодий.
– Это не мое чутье, - сказал Авося.
– Это какое-то чужое.
– Ну вот еще, только чужого чутья нам не хватало, - сказал Мефодий.
– А по-моему, это вовсе не чутье, - шепотом сказал Митя, глядя наверх.
ГЛАВА 13. КТО-КТО ЗА ЗАБОРОМ ЖИВЕТ?
Авося и Мефодий задрали головы и увидели над забором рога.
– Ой, там кто-то рогатый, - сказал Авося с опаской.
– Носорог, - уверенно сказал Мефодий, ужасно готовый защитить Митю.
– А он бодается?
– спросил Авося.
– Еще бы! Носороги, они, знаешь, какие свирепые, - сказал Мефодий. А чего ты дрожишь?
– спросил он у Авоси.
– З-з-замерз, - ответил Авося.
– В такую жару?
– удивился Мефодий.
– Вот от этой жары меня и б-б-бросило в холодный пот, - сказал Авося, запинаясь.
– Какой же это носорог?
– сказал Митя, глядя на рога.
– Это не носорог. У носорога один рог, а тут два.
Авося сразу же согрелся и перестал дрожать.
– Точно, - сказал он, - это не носорог. У носорога-то один рог, а тут два.
Мефодий тоже оценивающе поглядел на рога и сказал:
– Да, пожалуй, это не носорог. Это два носорога.