Чтение онлайн

– Хорошо, - кивнул Митя.
– Пошли?

– Подожди, а как же речь?

Времени на заготавливание новой речи не было, поэтому Митя сказал:

– Там что-нибудь придумаем. Я тебе подскажу.

С Мефодием в одной руке и с дневником в другой Митя направился на кухню.

– Мам, я пришел по делу, - в подтверждение своих слов Митя показал дневник.
– Только ты успокойся, волноваться вредно, - начал он подготавливать маму к предстоящему удивлению.

Неизвестно почему, мама, вместо того чтобы успокоиться, напротив, заволновалась.

– Так и знала!
– всплеснула она руками.
– То-то ты не гуляешь, а вертишься на кухне. Неужели двойка?

– Нет, - сказал Митя.

– Значит, замечание, - вздохнула мама.
– Опять думал на уроке неизвестно о чем?

– Нет, я вовсе не думал.

– Прекрасно! Теперь на уроке ты вовсе не думаешь!

– Я думаю...
– оправдывался Митя, и Мефодий понял, что надо срочно прийти ему на помощь. В тот самый момент, когда мама отвернулась, чтобы погасить огонь под вскипевшим чайником, Мефодий произнес:

– На уроке думать вовсе не обязательно.

Как и следовало ожидать, мама удивилась.

– Вот как? А что же, по-твоему, обязательно делать на уроке?
– спросила она у Мити, не обращая на Мефодия ни малейшего внимания.

Митя понял, что мама опять их перепутала. И зачем только Мефодий встрял без предупреждения?

Митя повернулся к Мефодию и тихонько, чтобы мама не услышала, прошептал:

– Заткнись, тебя никто не спрашивает!
– а потом, обратившись к маме, громко продолжил: - На уроке нужно слушать учительницу и отвечать ей.

Мама удовлетворенно кивнула и полезла в холодильник за маслом. Так как Митя замолчал, Мефодий понял, что настал его черед говорить, и он сказал все точно по подсказке:

– Заткнись, тебя никто не спрашивает!

Мама так удивилась, что даже забыла закрыть холодильник.

– Не неси чепуху, а то я тебя тресну, - едва слышно пригрозил Митя Мефодию.

– Говорить учительнице "заткнись"?
– спросила мама, глядя на Митю в упор.
– И что же, интересно, говорит на это учительница?

В это время дверца холодильника захлопнулась, толкнув маму под локоть. Ложка, которой мама размешивала крем, выскользнула у нее из рук и шлепнулась на пол, оставив на нем разбрызганную кремовую кляксу. Мама охнула и нагнулась за ложкой, а Мефодий без запинки сказал:

– Не неси чепуху, а то я тебя тресну!

– Что-что?!
– кажется, такой удивленной мама еще в жизни не была.

Митя молча показал Мефодию кулак.

"Что бы это значило?" - подумал Мефодий, а так как он был очень догадливым львенком, то быстро сообразил и добавил:

– Кулаком!

Очевидно, мама не заметила, что это произнес не кто иной, как Мефодий, зато она отчетливо видела, как Митя в это время потрясал в воздухе кулаком.

Надо было срочно все маме объяснить, и Митя сказал:

– Мама, это говорю не я. Я молчу. Вот посмотри, и ты сама убедишься, что я молчу.

Митя изо всех сил сжал губы, чтобы мама получше убедилась в том, что он молчит. Мефодий подумал, что не нужно мешать Мите показывать маме, как он молчит и, чтобы мама получше услышала, как сильно Митя молчит, он тоже не раскрывал рта.

Мама с опаской и в то же время жалостливо посмотрела на Митю.

– Митюша, а может быть, лучше позвонить, чтобы гости сегодня не приходили? Как ты считаешь? - сказала она и, взяв с полки записную книжку, начала искать в ней нужные номера телефонов.

– Я считаю, что это ерунда, - начал было Митя, но Мефодий, который совсем разошелся, перебил его:

– Я считаю ерунду, - сказал он, а так как к тому же умел считать до десяти, то решил, что незачем скрывать свои познания и продолжил: - Одна ерунда, две ерунды, три ерунды, четыре ерунды, пять ерундов, нет ерундей, нет, ерунд...

– Достаточно, - перебил его Митя.

– И я тоже думаю, что достаточно, - согласилась мама.

И Мефодий замолчал. Он был слишком горд, чтобы продолжать считать, когда этого никто не хочет.

– Может, у тебя жар? У тебя голова не болит?
– Мама озабоченно потрогала Митину голову.

Митя хотел сказать, что ничего у него не болит, но вовремя заметил, что Мефодий раскрыл рот и тоже собирается что-то сказать. Тогда Митя зажал ему мордочку ладошкой. Мефодию не понравилось такое непочтительное обращение (да и кому бы понравилось?), поэтому львенок укусил Митю за руку.

Мите было совсем не больно, но от неожиданности он вскрикнул:

– Ай!

Мама отдернула руку от Митиного лба и сказала:

– Больно? Я больше не буду. Пойдем, я тебя уложу в постель. Сейчас врача вызовем. А хочешь, я тебе вместо обеда полную чашку крема дам?

Митя был в отчаянии. Он понял, что ничего ему маме не доказать. И тогда он сказал:

– Мамочка, я не болен. Просто я пошутил.

– Как пошутил?!

– Очень просто. Ты готовила, а мне стало скучно, вот я и пошутил.

– Значит, пошутил?
– спросила мама таким тоном, что Митя понял - сейчас он наконец узнает, что такое иначе.

Мама медленно повернулась, медленно положила на полку записную книжку, и в это время Мефодий совершенно неожиданно сказал:

– Нет, это совершенно неправильная мама! Правильная мама обязательно бы обрадовалась, что с ней хотят поговорить.

И мама вдруг села на табуретку. И у нее опустились плечи. А потом она посмотрела на Митю добрыми-предобрыми и почему-то грустными-прегрустными глазами. Она смотрела долго-долго и молчала. И Митя молчал, потому что не знал, что сказать. И Мефодий молчал, потому что он уже все сказал. А потом мама притянула Митю к себе, обняла его и сказала:

– Да, наверное, я неправильная мама. Я должна радоваться, что ты хочешь побыть рядом и поговорить, а у меня за делами на самое главное времени не остается.

Митя поцеловал маму и почувствовал, что щеки у нее соленые. И ему вдруг стало жалко-жалко маму, которая настолько не верит в чудеса, что даже не замечает их вокруг себя, и он сказал:

– Мамочка, не плачь. Ты самая правильная мама на свете.

– Я и не плачу.
– Мама утерла передником слезы.

– А чудеса на свете есть! Правда-правда!
– с жаром воскликнул Митя.