Чтение онлайн

— Теперь всё ясно, — смущённо улыбнулась я. — Знаешь, прости меня, пожалуйста, за истерику: я действительно истрактовала твои слова превратно и потому вспылила… мягко говоря. Мне очень стыдно, честное слово.

— Не извиняйся, только я один во всём виноват: откуда тебе было знать про браслет? Это ты меня прости, я — тупоголовый осёл… и не спорь.

— И не собираюсь, — хитро прищурившись, сказала я, и мы рассмеялись.

— Скажи, а ваши браслеты никогда не дают сбой… ну–у–у… не ошибаются по поводу любви? — как бы невзначай спросила я, медленно наполняя клубничным шейком наши стаканы.

— Это исключено, — Телар замотал головой. — Всё чётко.

Он принял из моих рук стакан и отхлебнул из него большой глоток.

— Тогда почему твой браслет показал, будто я тебя люблю, когда на самом деле это не так? Вдруг на обычных людей и на меня он реагирует неадекватно? — продолжала копать я, как ни в чём не бывало.

Телар поперхнулся и растерянно на меня уставился. Мне даже жалко его стало… ровно на три секунды.

— То есть, как это не любишь?

— А вот так, не люблю, и всё тут.

— Даже чуточку?

Я удивлённо на него посмотрела:

— Как можно любить чуточку? Либо любишь, либо нет, третьего не дано.

Телар заметно приуныл.

— Я никогда не имел дела с обыкновенными женщинами или новоиспечёнными волшебницами… И даже представить себе не мог, что браслет в отношении них не работает… И я тебе даже не нравлюсь? — на сей раз в его голосе прозвучало отчаяние.

— Ну почему же, нравишься, очень нравишься… И Матвей с Иваном тоже нравятся, — спокойно ответила я, двумя пальчиками беря с фруктового блюда клубничку и краем глаза наблюдая за его реакцией.

Телар заметно занервничал, начал мять в руке стакан, ещё немного — и он его точно раздавит, словно бумажный.

«Не перегни палку», — предупредил меня внутренний голос.

«Не боись, всё продумано», — мысленно ответила я.

— Тогда всё понятно, — удручённо сказал Телар и поставил свой стакан на стол.

— Что понятно? — я отхлебнула из своего стакана.

— А я всё сообразить не мог, почему ты на меня вроде бы клюёшь, но в самый последний момент отвергаешь…

Настала моя очередь поперхнуться шейком и не просто поперхнуться, а от души подавиться, да так сильно, что Телару пришлось долго колотить меня по спине, чтобы помочь откашляться. Ещё парочка подобных высказываний и я подавлюсь окончательно и бесповоротно.

— О чём это ты? — наконец откашлявшись, спросила я, прекрасно понимая, что он имел в виду.

— Ты не хочешь со мной спать, — просто ответил Телар.

Он произнёс эту фразу таким обыденным и само собой разумеющимся тоном, как будто пояснял, что я постоянно отвечаю отказом на его регулярные невинные предложения поиграть в салочки.

— А какая взаимосвязь между тем, что я не хочу с тобой спать, и тем, будто теперь тебе всё понятно? — стараясь держаться спокойно, спросила я.

— Если мужчина и женщина серьёзно увлечены друг другом, между ними обычно возникает секс, это же нормально, правда?

— Прости, не совсем понимаю… как конкретно это происходит? Ты видишь по браслету — некая дама проявляет к тебе интерес, дама также замечает по своему пеленгатору, что она тебе небезразлична. Как дальше? Вы подмигиваете друг другу и бежите в ближайшие кусты?

Телар звонко расхохотался, шлёпая себя ладонями по коленкам, потом внезапно смолк и задумался, а после продолжительной паузы ответил:

— Хм… Не так, конечно, но смысл ты передала верно.

Фу–у–у… какая пошлость… даже кролики на их фоне выглядят более моральными.

— О’кей. Скажи, а что ты испытываешь от такого секса? Я не имею в виду физическое удовлетворение, которое, разумеется, наступает. Что ты получаешь для души, для сердца?

— Э–э–э… я не думал об этом, — честно признался Телар.

— Скорее всего, просто больше ничего не испытывал, — со вздохом выразила я свою точку зрения. — Знаешь, женщины — я не имею в виду волшебниц, про которых ничего не знаю, — прелюбопытные существа. Взять, к примеру, меня. У меня были мужчины, не много, но были. И неофициально замужем я целый год была, поэтому физиологическая сексуальная потребность образовалась. И что делать? Разумеется, удовлетворять. Это нормально. Поэтому я заводила романы, романы с мужчинами, которые были мне симпатичны, но с которыми — и я была в этом абсолютно убеждена — у меня никаких серьёзных отношений сложиться не могло. Это может прозвучать цинично, но я их тупо использовала для удовлетворения личных сексуальных потребностей. А что делать, если «принц на белом коне» где–то заблудился? Знаешь, с такими мужчинами я шла в постель практически сразу, поскольку кроме секса мне от них ничего не требовалось.

По–другому обстоит дело в том случае, когда встречаешь мужчину, который нравится тебе иначе, и ты понимаешь: ваши отношения вполне могут перерасти в нечто более серьёзное — в любовь. Вот тут начинают твориться странные вещи: ты вдруг понимаешь, что не можешь запросто лечь с ним в постель, почему–то отбрасываешь неудовлетворённые сексуальные потребности на задний план и начинаешь думать о духовной близости. Тебе нравится проводить с ним время, будь то в походе или в баре, дома за чашкой чая или в музее. Где–то я услышала интересную мысль о том, что самый лучший секс бывает с человеком, с которым хорошо и без секса… Если духовная близость возникает, тебя ещё больше страшит физическая близость с этим мужчиной, поскольку прекрасно понимаешь, что за ней последует любовь, по крайней мере с твоей стороны. Тебя терзают сомнения по поводу того, действительно ли он тебя любит или нет. Мужчины ведь устроены иначе, и механизм возникновения любви у них другой. А что если ты полюбишь, а он нет?

В конце концов, осознавая, что он именно тот, кто тебе нужен, ты либо устраиваешь своему мужчине бесчисленные проверки, либо убеждаешь себя в его любви, либо плюёшь на всё и ложишься с ним в постель, открывая сердце любви. Вот тогда ты получаешь физическое удовольствие, помноженное на духовную близость и кучу всяких разных дополнительных составляющих, делающих человека действительно безумно и надолго счастливым, а не просто сексуально удовлетворённым. То есть прибавив два к двум, получаешь пять или, выражаясь умными фразами, синергетический эффект собственной персоной.

— Думаю, я тебя понял, — задумчиво сказал Телар после продолжительной паузы и… вдруг хитро прищурился: — А можно я тебя поцелую? Меня с ума сводит вкус твоих губ.

— Не-а, — ещё хитрее прищурившись, твёрдо сказала я, с трудом подавляя требовательные свербящие ощущения в низу живота. — Знаешь, что я ценю больше всего в мужчинах, помимо ума, разумеется? Мужественность и решительность.

— Думаю, я снова тебя понял, — сказал Телар, поедая меня взглядом. — А может, ты меня всё–таки хоть чуточку любишь? — невинным голоском поинтересовался он, покосившись на браслет.

— Если ещё хоть раз на него взглянешь, — шутливо–угрожающим тоном произнесла я, перехватив взгляд Телара, и кивая на браслет, — клянусь, найду айтишни… тьфу ты, волшебника, который навеки заблокирует тебе эту опцию. Учись читать свои ощущения.

— Пошли купаться? — довольно рассмеялся Телар.

Заранее уверенный в положительном ответе, он подхватил меня на руки и заспешил к воде…