Чтение онлайн

Она обомлела, даже открыла рот от изумления.

– А похожа?

– Я не эксперт.

– Мы вообще-то выбираем имя для твоей дочери, Стани… Стас. Что вообще у тебя в голове помимо угарного дыма?

А она и правда дерзкая. Доев бутер, он вытер губы тыльной стороной ладони и ответил:

– Так что?

– Да какая вообще разница?! – начала возмущаться.

– Просто интересно.

– Мне двадцать шесть, а не шестнадцать.

– Мало ли, сейчас это модно.

– Знаешь что, давай так – ты говоришь мне имя для своей дочери, я отвечаю на твой вопрос.

Еще и торгуется. Ладно.

– Акакия, – произнес первое, что пришло в голову, лишь бы отстала.

– Стас, я серьезно. Это же твоя дочь! Сколько еще ей быть безымянной?

А вот эта дерзость ему уже не понравилась. Прям цепанула, прям за живое. Эту Аню спасло только то, что по радио запищала мелкая, и она поспешила свалить с его глаз. Вот и правильно. Теперь можно было сделать музыку громче и раскурить второй косяк.

***

– Он невыносим, – жаловалась я Лизе, когда они с Барсом наконец-то приехали.

Девушка качала Кроху на руках и с сочувствием меня слушала.

– Нет, я, конечно, все понимаю, что ему сейчас тяжело и все такое. Но поведение… Он только на вторые сутки решил узнать, как меня зовут. И знаешь, что еще спросил?

– Что?

– Про мою девственность. Это вообще нормально?

Лиза молча уставилась на меня. Похоже, даже у нее пропал дар речи.

– И эту фигню свою он курит, похоже, постоянно, и днем и ночью. А потом начинаются видения, просыпается нездоровый аппетит и вообще… он до сих пор не может выбрать имя своему ребенку. Вот что здесь сложного, если они уже почти определились?

– Дай ему еще время.

– Нет, знаешь, что самое печальное… такой папаша не лучшая компания для маленького ребенка. За это лишают родительских прав. Это ему нужно?

– Глеб говорит, что последние четыре года он не курил. Да и вообще до этого тоже сильно не увлекался, только по молодости.

– Так а сейчас что с этим делать? Я не смогу остаться здесь жить. А любая другая няня – да она сразу вызовет полицию. Он хоть понимает, насколько все серьезно? Глеб может с ним поговорить и все разъяснить?

– Я попробую с ним поговорить. С Глебом, то есть.

– Спасибо, Лиз, потому что я вообще в ужасе. Я хочу помочь, но мне начинается казаться, что лучшая помощь для них двоих – это забрать у него девочку и найти для нее хорошую семью…

Я едва закончила говорить, как уже по взгляду девушки поняла, что мы не одни. Достаточно было повернуть голову, чтобы увидеть в дверном проеме Стаса. И по его недоброму взгляду было заметно, что он все слышал. Только странно, почему ему не понравились мои слова, когда сам не рад своей теперь нежеланной дочери.

– Надеюсь, я поторопилась с выводами, – сказала ему, глядя прямо в глаза.

Не отрывая от меня взгляда, он шагнул на кухню и пошел ко мне, заставляя ежиться от угрозы, которая исходила от всего его существа. Да за что? Что такого я сказала? Но уже придавливая к столу, он навис надо мной и грозно произнес:

– Оторву голову. Поняла?

Сказав это, он остался на месте и ждал ответ. Признаться, я слегка опешила.

– Вполне, – пришлось мне сказать.

Только тогда мужчина медленно отошел. Он залез в холодильник, достал пару банок пиво и наконец-то вышел из дома. Но я зря подумала, что эта история закончилась. Когда мы уже обсудили ее с Лизой, покормили малышку и поменяли ей памперсы, а парочка собралась домой, ко мне подошел Глеб.

– Давай кое-что проясним, Аня, – начал он. – У Стаса сейчас очень сложный период и да, он может вести себя не лучшим образом. Именно поэтому ему нужна помощь – твоя помощь. Не усложняй ничего. Хорошо? Все старания и неудобства будут оплачены, я сказал об этом сразу.

– Дело не в деньгах. Я тоже сказала об этом сразу.

– Именно поэтому я понадеялся, что ты не станешь делать глупости, и что от тебя действительно будет толк. Ты же умная девочка, правильно? Так можем ли мы с Лизой на тебя рассчитывать?

Надо же, как заговорил. Да они со Стасом точно одного поля ягоды, даже чем-то похожи внешне. И такие, что непременно хотелось отвесить пощечину, даже если просто так, для профилактики. Или чтоб не пугали до такой степени, что вот-вот начну заикаться.

– Я и так стараюсь. И было бы неплохо, если бы Стас мне в этом помогал.

– Я поговорю с ним. Но ничего не обещаю.

– Как и я ничего не могу обещать.

Мужские черты в раз погрубели.

– Надеюсь, ты поняла меня правильно.

– Достаточно.

На этом он ушел, а меня трясло еще несколько минут, после обоих. Да еще когда Лиза напоследок сочувственно посоветовала быть аккуратнее. К сожалению или к счастью, а мне хорошо был знаком подобный типаж, кто любит подавлять и диктовать свои правила. Но хотя бы я была готова к подобному общению.

И все равно Кроху не оставлю! Она без меня здесь точно пропадет.

На удивление эта ночь прошла мирно. У меня было время успокоиться и обдумать все еще раз. Возможно, Стас не так уж и безнадежен. Только все равно вызывал во мне неконтролируемое беспокойство. Он словно подбитый зверь, которого зря оставили в живых. Чего стоил только один его взгляд – дикий, животный. И вообще все выражение лица – будто какого-то головореза во всемирном розыске. Я даже была готова поверить в то, что он загрызет за своего ребенка, на которого ни разу не взглянул. Зато это хотя бы говорило, что ему далеко не наплевать на Кроху. Значит, у этой маленькой семьи еще есть шанс. И значит – я здесь не зря.

***

Очередное паршивое утро. И даже не важно, как он провел эту ночь – в пьяном угаре или в полутрезвой тупости. Но ему было чем заняться. После неосторожных слов медсестрички он решил за ней присмотреть, издалека. Да не заметил, как увлекся этим процессом. Ночью, сидя наверху у лестницы, в темноте дома, больше прислушивался: куда пошла, что делает. Слушал, как возится с мелкой, как принимает душ. Когда же стало тихо, он спустился вниз и нашел девчонку в детской, где помимо кроватки для ребенка находилась еще одна, побольше. Обе стояли впритык друг к другу, и у каждой по «спящей царевне». Мелкую было почти не видно. Вдруг захотелось подойти, но внутри все и так крутило. Поэтому он не стал переступать порог этой комнаты. Для него это запретная зона, радиоактивная. Здесь даже ощущался другой запах, сладковатый, противный. А взять любую из вещей – слишком отчетливо помнил, когда и при каких обстоятельствах та была куплена…

– Ой, Стас, смотри какая детская кроватка! – говорила Оля.

А он тогда осмотрел весь ассортимент и пожал плечами.

– Да они все одинаковые.

А она прильнула к нему, обняла за шею и с улыбкой сказала:

– Ничего-то ты не знаешь, Джон Сноу.

Дьявол! Как же он скучал по ней. По ее запаху, по ее теплу… только утро, а уже хотелось выть. Ночью почти не спал. Сегодня бы съездить в лавку, да сил хватило только на то, чтобы сделать себе кофе и расположиться на улице. На солнце, даже в тени, разморило быстро. Уже начал дремать, когда туда же выперлась эта няня-медсестра с мелкой. На ней были джинсовые шортики и белая футболка. Волосы собраны в неряшливый хвост на макушке. Волосы густые, русые. Ноги длинные, стройные. Она так и не открыла ему секрет про свою девственность. Да вряд ли все еще. Чтоб никто не позарился на такую милашку? Вот он бы от нее не отказался. Хотя – сейчас не отказался бы от любой. Долгое воздержание сказывалось. Только, если раньше была причина, то сейчас – никаких. Хоть хватай девку за волосы и тащи в кровать. Похоже, ему точно нужна баба, если возникают такие идиотские мысли. И для этого всего лишь стоило найти старые контакты. Только вот – не хотелось тянуть в дом всякую грязь, в дом его и Ольги. Вызвать такси? Лень матушка быстро все решила за него, а может это была апатия – вообще наплевать. Так что, он остался на месте и просто закрыл глаза.