Чтение онлайн

Натянув шапку, я побрела домой, чувствуя, что каждая нога весит по сто килограмм.

На кухне, как и ожидалось, толклись Филя, Лерка и Томочка. Они притащили сюда щенков и теперь кормили их из бутылочки теплым молоком.

– Ну и жадина, – восхищалась Лерка, держа на ладони самого крупного песика, – уже пузо раздулось, а он все равно жрет и жрет!

– В нашем доме поесть дают только щенкам? – поинтересовалась я, заглядывая в кастрюли.

– Сейчас, сейчас, – подхватилась Тома, – вон там, под зеленой крышечкой, каша, а сосиски в холодильнике.

– Ой, икает, – засмеялась Лерка, – как ребенок прямо.

– Наверное, дырка в соске большая, – предположил Филя, – вот воздуха и нахватался, подержи его стоймя.

– Кристина не звонит, – неожиданно сказала Тома, – уехала и как пропала!

– Она утром со мной разговаривала, – быстро нашлась я.

– Что же ты меня не позвала?

– Так дом Вики Мамонтовой в семидесяти километрах от Москвы, – я принялась вдохновенно врать, – мобильный у родителей маломощный, стационарного телефона нет, треск, писк, слышно плохо. Сообщила лишь, что хорошо отдыхает, и все, прервалось.

– Сколько раз убеждалась, – вздохнула Тамара, – надо ей купить мобильный, с карточкой, «Би плюс», сейчас бы позвонили сами, а то неудобно чужие денежки тратить.

– Хорошо, – согласилась я, – давай на Новый год подарим, не так уж это и дорого, меньше ста долларов с НДС и подключением.

В этот момент дверь стала сотрясаться под ударами.

– Что за безобразие, – воскликнула Лерка, – кто к нам ломится?

Услыхав слова «к нам», я тяжело вздохнула. Господи, Парфенова уже искренне считает, что поселилась тут навсегда.

– Пойду открою, – вскочил ветеринар.

Да и Филя тоже ведет себя как дома…

– Эх-ма, тра-ля-ля, жили две канашки, – донеслось из прихожей нестройное пение.

Недоумевая, мы вылетели в коридор и увидали потрясающе живописную группу. Справа, у вешалки, весело улыбался Ленинид, сжимавший в руке сумку, набитую пивом. Красное лицо папашки, его блестящие глазки без слов говорили: он приложился к водочке, но не слишком. В Лениниде булькало грамм сто пятьдесят, как раз для хорошего настроения и бодрого самочувствия.

Возле двери покачивался… Аким. Свекор в отличие от папахена выглядел бледно, губы его по цвету сравнялись со щеками. Скорей всего мужик гипотоник, и сейчас давление в его сосудах упало ниже некуда. Но слабость не помешала Акиму Николаевичу пребывать в великолепном расположении духа. Именно свекор и завел новую песню:

– Папа, – потрясенно сказал Филя, – ты? Ты пьян?

– Нет, – прервал Акима Ленинид, – эта скучная, давай лучше мою.

– Кто сказал, что я пьян? – ухмыльнулся Аким.

– Да, – подвякнул Ленинид, – кто? Всего-то по полбутылочке и вышло, тьфу, а не выпивка!

Аким поднял вверх указательный палец:

– В малых дозах алкоголь необходим!

– Но ты раньше отказывался даже лекарства на спирту пить, – бормотал Филя. – Как же, меня из-за пива ругал, только в этом году разрешил по бутылочке в неделю…

– Вот, уважаемый Ленинид, – пропел Аким, – мой дорогой сват, и указал на ошибку! Алкоголь необходим… Эй, давайте лучше споем

– Нет, мрачно, – влез Ленинид.

– Хорошая песня, – одобрил свекор, – мне нравится, когда о родителях с почтением говорят, только я ее не знаю.

Ленинид начал стягивать куртку.

– Что же мы с тобой никак не споем?

Я хихикнула. У мужиков явные трудности с репертуаром. То, что знает Ленинид, неведомо Акиму, и наоборот.

– «Катюшу» давай! – выкрикнул свекор.

– Точно, – восхитился Ленинид.

– Скоро и я у вас сумасшедшей стану, – возвестила Лерка, слушая, как мужчины, стаскивая ботинки, фальшиво выводят:

– По-моему, они слов не знают, – шепнула мне Томуська.

– Папа, зачем вам еще пиво? – укоризненно спросил Филя, отнимая у Ленинида сумку с бутылками.

– Не смей делать старшим замечания, – ответил Аким, – еще не дорос. Поди посмотри телевизор, пока мы с дядей Ленинидом побеседуем. Иди, иди, детям не место среди взрослых!

Лерка захохотала и подхватила Филю:

– Пошли, детеночек, посмотрим «Спокушки».

– Ступай, – кивнул Аким, – но помни, не больше пятнадцати минут!

Обхватив Ленинида за плечи, свекор заявил:

– Давай на кухню, сейчас нам бабы селедочку разделают, с лучком.

– Фиг вам, – сказала я.

– Сердитая ты, доча, – улыбнулся Ленинид, – видишь, хорошо людям, так нет, обязательно надо настроение испортить.

– Молчать! – рявкнул Аким и ткнул в меня пальцем. – Как смеешь отцу перечить? Ты, Ленинид, мало ее порол! Плохо воспитывал!

– Он мной вообще не занимался, – пояснила я, – некогда было, по зонам мотался.

– Подумаешь, – фыркнул Аким, – человек искал себя, метался. История литературы полна таких примеров. Солженицын сидел, Достоевский сидел, Радищев тоже…

– Но они же не кошельки перли, – возмутилась я.

– Не смей отцам перечить, – велел Аким.

– Их у меня что, много? – обозлилась я.

– Двое, – на полном серьезе ответил свекор. – Я и уважаемый Ленинид. Скажи спасибо, что учим тебя уму-разуму, опыт передаем…

– Пиво степлится, – вздохнул папашка.

Внезапно Аким, нудные сентенции которого еще вчера было невозможно прервать, осекся и сказал:

– Верно, пошли на кухню.

Чувствуя легкое головокружение, я отправилась в спальню. Каким образом эти два полярно непохожих человека ухитрились скорешиться? Уму непостижимо, как Лениниду удалось подпоить Акима!