Чтение онлайн

Никаких костей внутри не было!

Долгие поиски хоть каких-то останков ни к чему не привели.

Обе стены забоя обгорели, их неровная поверхность походила на вид старого хлопка, облитого чернилами. Опоры, поддерживавшие потолок забоя, напоминая врата-тории [30] , были сильно обожжены. Тут и там со стен капала ужасно пахнущая жидкость, по-видимому, каменноугольная смола. Но как глубоко они ни забирались в забой, останков Минекити, ни единой косточки, найти не удалось. Инженер и управляющий, словно одержимые, продолжали обыскивать забой. Рельсы на земле кривились в сторону, поднимались и опускались, оканчиваясь дугой. Рядом лежали обгоревшая кирка и перевернутая тележка для вывоза угля. Здесь, в центре начавшегося пожара, воздух был еще странно теплый. Но и здесь, в самом конце забоя, никаких следов. Осознав всю невозможность ситуации, они застыли на месте.

Это был худший сценарий из всех. Как уже упоминалось, забой представляет собой скважину в угольном пласте, поэтому при закрытой железной пожарной двери даже муравей не сможет выбраться. Следовательно, тело Минекити, запечатанное внутри забоя, должно было сгореть. Даже если они не нашли тело, то хотя бы что-то оставшееся от тела. Но именно это и произошло. Управляющий понял, что его подозрения – ужасная истина. Холод пробежал по его телу.

И тут случилось это…

Внезапно, без всякого предупреждения, стены над ними, вдалеке, позади, вокруг задрожали, нарушая тишину.

Бум-м-м...

Бум-м-м...

Послышался зловещий шум.

Оба, затаив дыхание, осторожно прислушались. Но шум, не став громче, внезапно прекратился, и их вновь охватила тишина.

Люди, долгие годы проведшие в шахтах, четко знают, что значит такой шум. Этот ужасный звук слышится всегда, когда в разработанной до конца шахте убирают подпорки. Когда они убраны, неустойчивые стены рушатся одна на другую, под их давлением обваливаются и потолки. Это происходит медленно, и земля поначалу спокойна, но, когда потолок начинает идти трещинами, раздается именно то урчание, которое они услышали, так что мурашки побежали у них по спине. Этот звук – знак неминуемого обвала, и верные своим страхам шахтеры окрестили его «криком горы». Звук, услышанный ими теперь, был именно этим «криком». Подпорки в забое обгорели из-за пожара, а давление в обгоревшем туннеле возросло. Это ослабило его стены, и потолок понемногу готовился обвалиться.

Управляющий побледнел и поднял лампу к потолку. Его ожидала еще более ужасная истина. На медленно опускавшемся на их головы потолке появились большие, темные трещины, по размеру не меньшие, чем крокодилы. Изнутри этих трещин начинались обожженные трещинки поменьше, из которых одна за другой посыпались капли. Это была вода. Заметив ее, управляющий тут же протянул руку, поймал на ладонь каплю и осторожно поднес ко рту. Он в ужасе пошатнулся. Обрушивающиеся потолки, обвалы, пожары и проникновение грунтовых вод, конечно, всего лишь часть шахтерской работы. Как и на всех шахтах, на шахте Такигути к предотвращению подобного всегда были готовы. Но одна опасность на этой шахте была куда страшнее всех вышеперечисленных, и капля на языке управляющего означала, что отныне судьба всей шахты Такигути предрешена. Остановить эту воду было нельзя. Это был не конденсат. И не грунтовая вода.

Это была морская вода!

– Боже! – Голос управляющего задрожал, когда он почувствовал языком, что море проникает в шахту. – Не время думать об убийствах. Море затопит нас!

В отличие от управляющего, инженер Кикучи был абсолютно хладнокровен. Он как будто куда-то унесся мыслями, стоя неподвижно и глядя в одну точку, будто заснув стоя. Он был спокоен, его дерзкий, блестящий ум что-то занимало.

– Способа бороться с морем нет, – сказал наконец инженер совершенно спокойным голосом.– Господин управляющий, придется сдаться. У нас достаточно времени, и нам надо спокойно подготовить эвакуацию. Кстати, вы только что сказали, что не время беспокоиться об убийстве. Возможно, вы правы, но между этой морской водой и убийством есть связь. Посмотрите внимательно на эти обгоревшие трещинки внутри больших трещин. Думаю, я начинаю видеть истинный облик всего этого дела.

Через несколько минут тревожное чувство поползло по всему темному подземному городу от закрытого бокового прохода. Захлопнув тяжелые железные двери забоя на грани обрушения, управляющий бросился в телефонную комнату и сообщил в наземное управление шахты Татияма и в головную контору в Саппоро, что море ставит под угрозу работу шахты. Затем он подготовил план эвакуации, чтобы не дать шахтерам затоптать друг друга в узких выходах из боковых коридоров.

Тем временем инженер Кикути демонстрировал дьявольское спокойствие, выработанное охотой на медведей. Задумчиво выйдя из железной двери бокового прохода, он вновь закрыл ее и подозвал помощника бригадира, отвечавшего за главный коридор. Они обсудили, как установить за выходом тщательное наблюдение. Жестокий убийца все еще скрывался где-то в этой части шахты. Они не могли позволить ни одному рабочему покинуть боковой проход до поимки убийцы. Подготовив группу наблюдателей, Кикути отправился в кабинет управляющего рядом с главным залом.

Перед ним уже столпились шахтеры из ближайших забоев, задаваясь вопросами и возмущаясь внезапным прекращением работы. Управляющий, отдававший распоряжения помощникам бригадира, заметил Кикути и бросился к нему.

– Теперь займемся левым коридором. Пошли.

– Подождите! – потребовал Кикути. – Сперва я хотел бы кое-что выяснить.

– Что? – Управляющий был удивлен и обеспокоен. – Вы вообще понимаете, что вы говорите в такой момент? У нас в той части шахты заперт убийца. Нам надо его обнаружить, а потом вывести шахтеров.

Но Кикути не двигался с места. Наконец, управляющий сказал, что пойдет в боковой проход один, но до его возвращения Кикути не должен позволить никому выходить.

Как только управляющий исчез во тьме главного коридора, инженер Кикути быстро проскользнул в его кабинет, где все еще держали О-Сину. Она спокойно повторила все, что говорила управляющему. Как только девушка замолчала, Кикути спросил:

– Это важно, поэтому отвечайте как можно внимательнее. Вы едва спаслись из горящего забоя в тот момент, когда бригадир, инженер и рабочий уже запирали железную пожарную дверь. Вы уверены, что там в этот момент Минекити не было?

– Да. Абсолютно уверена, – убежденно ответила О-Сина, глядя на инженера через опухшие веки.

Кикути зажмурился, словно раскладывая в мозгу мысли по местам. Затем он отправился в телефонную комнату, проведя в ней минут десять. Должно быть, он звонил куда-то далеко. А потом он с решительным видом повел О-Сину в главный проход.

Бледный управляющий стоял с кинжалом в руках у входа в запертый боковой коридор в сопровождении нескольких помощников бригадира. Завидев Кикути, он подошел и объявил:

– Кикути, у нас проблема.

– Что не так?

– Просто поверить не могу. Убийцы в боковом коридоре не было. Мы обыскали все – туннели, все забои, открытые площадки, маленькие пещерки, но его там нет.

Спокойный ответ Кикути его удивил.

– А кого вы искали в этой части шахты?

– Что? Кого я искал? Убийцу, конечно, – отвечал управляющий.

– Это я и спрашиваю. Вы все повторяете: «Убийца, убийца». Но о ком вы говорите?

– Что? – Управляющий смутился еще сильнее. – О шахтере Минекити, конечно.