Чудовище
Шрифт:
Этим вопросом задаюсь уже какой час. Голос Славы раздался из коридора, голос Оли тоже. Мельком взглянула на них.
Он держит ее за тали. Улыбается, та смотрит такими влюбленными глазами. Ростислав ее поцеловал в шеи.
— Я соскучилась… — Проговорила она так ласково. Они оба зашли в кабинет. А слезы полились очередным потоком. Я сейчас захлебнусь. Медленно встала со стула, вышла в коридор. Рита сама сидит тихая как мышь. На нее даже не взглянула.
— Куда собралась. Работа еще не выполнена. — Донеслось из кабинета.
— Я так больше не могу… — прошептала тихо. Остановилась, развернулась и пошла так же обратно. Взяла сумку, выключила монитор. Пошла обратно. Распустила волос. Шмыгнула носом.
Нажала на кнопку лифта, который открыл свои створки быстро. Зашла и нажала на первый этаж. Несколько минут и я на первом этаже. Знаю, если сейчас сделаю шаг в сторону выхода, меня ждет смертельная участь. Повернула в сторону буфета. Иду так же не спеша. За обед почти все раскупили. Взяла только большой кофе. Отдала деньги.
— Эй… — Гриня подошел ко мне. Смотрит на меня и злится. — Черт! Я ему устрою. — Сказал и поспешил наверх.
Да толку он сделает? Только больше разозлит.
23
Пришла на свое место. Холодно тут. Отодвинул стул и продолжила работать, но желание вообще нету.
Как я могу любить его?
Сдвинула все документы. Рада хотя бы половину на подписи собрала.
Достала чистый листок. Вставила наушники и стала учиться писать новый выученный язык. Смотрю в телефон то на листок. Так то ничего трудного но… Вот это символ, закорючку ставить не знаю. В этом предложении она стоит тут, а в другом в конце. А в интернете написано не понятно. Встала с листком бумаги и прошла к Рите.
— Слушай помоги, я немного не понимаю. — Я показала ей текст. Та нахмурилась.
— Сладкая. Да я вообще в этом не соображаю. Я кроме нашего языка ничего не знаю. — Удивленно подняла брови. Значит, я должна учить. А они нет? — Зайди к боссу. Он хорошо знает. — Сказала продолжая что то печатать.
— А кто нибудь еще знает? — Та пожала плечами. — И хватит меня так называть.
— Ну все. Ты себе прозвище заработала. — Та подмигнула. — Сладкая. Сладкая. Сладкая. — Повторять стала мне в след. Она заставила меня улыбнуться.
Встала напротив двери Ростислава. Нее… Помотала головой. Точно не пойду. Пошла дальше в свой кабинет.
— Зайди. — Сказал довольно спокойно Слава. А я плакать начала от страха и бессилия. Медленно развернулась. Открыла его дверь. Ни Грини, ни Оли. Ростислав сидит за рабочим столом. — Что там у тебя? — Спросил также спокойно. Я боюсь смотреть на него. Медленно прошла к столу. Шаг и я буду стоять в районе люка. — Лер… — Мягко проговорил. Сделала шаг, а в ушах сразу все зашумело.
— Я не очень понимаю. — Сказала на новом языке и протянула ему листок. — Предлоги. — Добавила смотря, как его рука потянулась к листку.
— Когда ты успела выучить? — тоже сказала на новом языке. Удивлен.
— За работой. — Кажется не правильно произнесла. Повторила снова.
— Иди сюда. — Сказал на нашем родном. Я прошла и встала рядом. — Она пишется тут в начале, когда пишутся существительные. — Обводит ручкой текст. — А тут как перечисление.
— Поняла. — тихо проговорила. А в интернете такими заумными словами все написано. Хрен поймешь.
— Попробуй, еще напиши предложение. — Ростислав протянул ручку. Я осторожно взяла ее. Что Оля постаралась хорошо? А что интересно сказал Гриня?
Писать стоя и в согнутом состоянии тяжело.
— Садись. — Сказал показывая на свою коленку. Удивленно подняла бровь. — Лера. — строже проворил, но все равно мягко. Я села. Ростислав продолжил работать с документами, и сверять их по монитору.
«Холодный ветер дул сильными порывами, разгоняя темные тучи и являя голубое небо»
Вспомнила слова из знаменитого произведения. Написала по моим предположениям правильно.
— Нет. — Его рука коснулась моей. Осторожно зачеркнул пару соединительных фигур. — Они ставятся тут и тут. — Он написал моей рукой. Держит так нежно. Ну вот… Слезы снова выступили на глаза. Ростислав убрал свою руку с моей. Затем бережно убрал прядь волос мне за ухо. Сидеть на нем это так приятно. А особенно такая нежность…
Вот она мне и нужна…
Снова написала предложение.
— Пробуй еще. — Я слегка кивнула и стала писать целый текст. Сама же исправляла ошибки. Добавляла союзы. Повернула осторожно листок к нему.
Ростислав положил документ, немного нагнулся ближе. Одна рука его меня приобняла. Другой взял ручку и стал читать. Первые два предложения с ошибками. Но другие даже не правил.
— Не плохо. — Сказал на динанском.
— Я учила слушая его в… — Ответила так же но, как наушники не знаю. Он произнес слово. Я кивнула повторяя.
— Дэнэсим эк Савоа аотру орим до. — Чего? Нахмурилась, повернув голову на него. Тот склонил голову на бок. Подпирает ее рукой. Смотрит так добро.
— Я не понимаю. — тут ухмыльнулся.
— подумай. — Он снова повторил предложение. Перевела взгляд в листок и сообразила.
— Крутитский Анатолий автор книги. — Проговорила довольно. Снова посмотрела на него. Изумрудный довольно кивнул. Смотрит на мою улыбку.
— Ориман станив он дуои — Я прищурилась не много, поворачиваюсь к нему. Его рука так и продолжает лежать на талии.
— Долина неба мой дом? — Спросила с интересом, как он произносит эти слова… хочу его поцеловать. Его губы в легкой улыбке.
— Верно. Теперь ты. — Я не много удобнее села, закинула ноги на его вторую. Его это удивило, но вида не подал. Положила локоть на стол, не много облокачиваясь на него. Глазами, гуляя по потолку.
— Аяа хосеис смитори станив. — Я хочу смотреть на небо.
Дальнейший разговор на новом языке получился интересным. Он засматривался на меня, когда рассказывала не много про детство. Его рука стала поглаживать по спине. Другая, легла мне на ноги. Так приятны его прикосновения, эти бережные прикосновения.
Словно сейчас совсем другой человек…
— У меня есть кое что для тебя… — Сказала тихо на нашем языке. Опустила глаза и смущенно опустила глаза. Ростислав снова удивился, заинтересованно посмотрел на меня.
— Что же? — Я хитро посмотрела на него.
— Я тебе расскажу позже. Но мне нужно завтра уйти пораньше с работы и чуть-чуть опоздать. — Показала пальцами. — Я тебе обещаю, ты придешь в восторг. — Сказала довольно, прислоняя руки. То, что перестала облокачиваться, я выпрямилась и стала еще ближе к нему.