Чтение онлайн

— Свят, свят, что творится. Откуда же у него стая петухов?

Русалка вперила в кота изумлённые глаза.

— Мне откуда знать. Видите ли, ему мои сказки не нравятся. А я ведь старался, сведения о нём собирал, анализировал, делал выводы, удивить хотел, на чистую воду вывести. А потом извести чувством вины и в лес наш заманить. Ну и… сама понимаешь. Всегда же так было. Виноват в гибели навьего народа — отвечай! Справедливо же, скажи?

— Справедливо, — согласилась Русая. — Вот ведь напасть на стражей природы свалилась. И откуда только Иса Овна такого помощника себе нашла?

— Пока он своё место занимать будет, не ужиться нам с ним. Я тут узнал, жнецы приходили и ведьму, что в теле Василисы обитала, с собой забрали. Кто, как не помощник, их на неё натравил? То–то же…

Кот уселся на ветке и принялся вылизывать лапу, временами поигрывая металлическими когтями, поблёскивающими серебром в свете полной луны, пробивающееся сквозь ветви дуба. Русалка пристроилась рядом с ним и ласково погладила кота по голове.

— В какие времена живём, — горько вздыхая произнёс кот и вдруг как заорёт на луну: «Мяя–яуу!!!».

Словно и не кот завыл, а волк.

— Эй, Баюнчик, ну ты не раскисай, — русалка дружески толкнула его в бок. — Подумаешь, кто–то твои сказки слушать не хочет. Я же всегда слушаю. Я твоя постоянная слушательница!

— Ну ты, Русая, скажешь тоже. Где ты, а где человек! Мне по природе своей положено для него сказки рассказывать и песнями убаюкивать. Я же добрый когда–то был. Детей в колыбелях убаюкивал, чтобы спали крепко и росли здоровыми. Люди меня сметанкой и сливками угощали. Даже цепь золотую повесили, чтобы мне легче было в гнездо своё возвращаться.

— О… это же когда было, — воскликнула Русая. Не удержавшись, она потеряла равновесие и кувыркнулась вниз, но на половине падения ухватилась рукой за ветку, ловко подтянулась и вскоре вновь сидела рядом с котом. — Меня в те времена на свете не было. Что с цепью–то случилось? Точно золотая была?

Кот сел на мягкое место и спустил ноги, уперевшись о ветку передними лапами, чтобы вниз не свалиться. Выть ему расхотелось. Болтая ногами, он произнёс:

— Пуда три весила. На солнце так весело блестела, красиво было. Однажды люди пришли и забрали цепь. Как они говорили… экс…про…при…ировали.

— Слово–то какое загадочное.

— Отобрали значит.

— И ты им не помешал?

— Их много было, сам еле жив остался. Они стреляли на каждый шорох. Всех мышей в округе извели. Я в тот год чуть с голоду не помер.

Что–то я заслушался кота, даже жалко его стало, а тут кто–то настойчиво в вполголоса шепчет:

— Молодой человек, проснитесь. Здесь нельзя спать.

Показалось, что это русалка ко мне обращается. Испугался я, что меня рассекретили, и резко глаза распахнул.

— Проснулись, ну слава богу! Я, когда вас здесь увидела, решила, что вы того… — я проморгался и сквозь сонную пелену разглядел за защитным кругом девушку лет двадцати в синем халате уборщицы, с длинными чёрными волосами, связанными в хвост. Её голос выдавал волнение. — Ну… что вы умерли. Здесь бывает такое. Всякое… — девушка развела руками, одетыми в резиновые перчатки. В одной руке она держала лентяйку, а у ног её стояло ведро с водой.

— Вы… кто?

Я сел прямо, чувствуя, как затекла спина.

— Меня зовут Мария. Уборщицей тут работаю. Я долго болела, но уже всё хорошо.

Девушка улыбнулась смущённо.

— А меня о вас не предупредили.

— Я только сегодня на работу вышла. И вдруг вас увидела. Восемь утра уже, а вы тут. Тяжёлая ночка выдалась?

— Сколько вы сказали времени? — мне показалось, что я ослышался.

— Восемь утра. Вы идите, я тут помою.

Я поднялся, бросив взгляд на пол, а потом сказал:

— Вы простите, Мария, я должен убрать круг.

— Не беспокойтесь, я уберу.

— Но правило…

— Это правило действует только ночью, — уверяла девушка. — Я всё уберу, идите. Вы выглядите уставшим.

Я нехотя отошёл от рабочего места.

— Мария, а вы давно тут работаете?

— Полгода.

— Мне говорили, что какая–то Мария в коме. Это вас имели ввиду?

— Да, я была в коме. Вампир мою жизнь выкачивал, а, когда его не стало, всё, что он забрал мне обратно вернулось.

— Значит, теперь вы каждое утро приходить будете?

— Буду, — девушка кивнула. — Мне здесь нравится. Утром тут бывает тихо и спокойно. И платят хорошо.

— А вам не страшно здесь одной находиться? Тут ведь такое происходит.

Мария задумчиво склонила голову.

— Если это место существует, значит оно нужно. Я не вижу клиентов. Днём они сюда не приходят. Чего бояться?

— А вампир? — я облокотился на стойку, внимательно рассматривая девушку. Она казалась такой хрупкой и беспокойной. Часто встречаясь со мной взглядом, смущённо опускала глаза, а щёки её покрывались румянцем.

— Он пришёл, когда погода была дождливая. Галантный такой, тактичный. «Мария то… Мария это…» Заболтал меня, очаровал. Рей вам наверно рассказывал?

— Рассказывал, но теперь вампира нет, и он не сможет больше вами манипулировать.

— Я рада этому. Словно из плена освободилась.

— Извините, Мария, я наверно вас от работы отвлекаю?

Я вдруг понял, что мне совсем не хочется уходить. То ли голос этой девушки, то ли её скромная красота, а может внимательный, тёплый взгляд серых глаз, рождал во мне желание продолжить общение.

— Не беспокойтесь, эта работа мне в радость. Она никуда от меня не убежит.

— А давайте перейдём на «ты»?

Она улыбнулась, и по моему телу растеклась приятная теплота.

— Давай.

— Меня Максим зовут, — с улыбкой представился я, — но все называют меня Сим.

— Максим мне нравится больше.

— Скажите, Мария, а мы могли бы встретиться где–нибудь?

— Меня давно не приглашали на свидание.

— На свидание? — я на миг растерялся. — Ну… пусть будет свидание. Съедим пирожное, попьём кофе и поговорим.