Чтение онлайн

Завершая деловой звонок, пастор Рэндл Стоукс посматривал на привлекательную женщину — репортера из «Вегас трибюн», — сидевшую по другую сторону его гигантского рабочего стола из красного дерева. Мисс Эшли Питерс, в свою очередь, была слишком поглощена изучением интерьера Собора Нашего Спасителя Христа, чтобы замечать это.

— Послушайте, собор без колокольни — как ангел без крыльев… — сказал он звонившему.

Он заметил, что мисс Питерс делала подробные записи, поглядывая на книжный шкаф, уставленный трактатами по евангелизму и биографиями военных. Затем ее внимание переместилось на противоположную стену, где были развешаны знаки отличия и боевые награды Стоукса наряду с большим количеством фотографий. Она подошла, чтобы рассмотреть их поближе. На этой стене много биографического материала, способного удовлетворить любого репортера, подумал Стоукс: Рэндл Стоукс среди международных знаменитостей.

Она прошла вдоль стены к портрету совсем юного кадета в синей форме. Затем следовали фотографии, где Стоукс в возрасте двадцати с чем-то лет позировал со своими вооруженными до зубов однополчанами в разоренных районах боевых действий — включая Кувейт, Боснию и Багдад. Завершалась галерея фотографиями, запечатлевшими Стоукса в его самой известной роли: проповедующим перед своей постоянно растущей паствой. В двух отдельных рамках эти же фотографии, помещенные на обложку журнала «Тайм».

Положив трубку, Стоукс испустил недовольный вздох.

— Приношу свои извинения, — сказал он журналистке. — Так на чем мы остановились?

— Мегацерковь, — напомнила она ему, указывая ручкой за окно, где солидная конструкция, построенная почти целиком из стекла, стали и камня, высилась на фоне столицы игорного бизнеса.

— Многие называют вас современным Джозефом Смитом, — сказала она.

Стоукс отрицающе махнул рукой.

— Мисс Питерс, я не переписывал Слово Божие с золотых скрижалей. Пусть мормоны утешаются такими заявлениями.

Интервью продолжилось чередой невинных вопросов об огромном росте популярности его церкви и амбициозной цели Стоукса преобразовать веру — не только в Америке, но и в других странах мира. Журналистка тактично расспрашивала его о планах в отношении серии лекций, на основе которых он хотел создать глобальную церковь, и почему его откровение оказалось настолько своевременным для христиан, которые видели в американском вторжении в Ирак исполнение пророчества о конце света, предвозвещавшего второе пришествие Христа.

Как и предвидел Стоукс, мисс Питерс повернула свои вопросы на пожертвования, которыми финансировались и его глобальная миссия, и этот невероятный строительный проект. Вступив на минное поле, журналистка ловко включила свое обаяние. Она начала с невинного покусывания кончика ручки — этого слегка обольстительного акта, который, как должен был признать Стоукс, оказался весьма сильным отвлекающим маневром.

— Как вы знаете, многие задаются вопросом о том, как ваша церковь изыскивает себе средства.

— Наши благотворители хотят оставаться анонимными, — ответил Стоукс. — Так пожелал бы и сам Христос.

— Понимаю.

Она сделала новые записи.

— Не для печати… Вы не скучаете по всему этому? — Она указала ручкой на военные фотографии. — Боевые действия, слава?

Такое можно услышать только от гражданского лица.

— Память о войне не похожа на нежные воспоминания о первой любви.

— Конечно. Бывшая подружка может прихватить вашу любимую футболку и компакт-диски… но не ногу.

Было общеизвестно, что военная карьера Стоукса оборвалась в 2003 году, когда на дороге под Мосулом ему бомбой оторвало правую ногу чуть ниже колена. Однако, судя по покрасневшим щекам журналистки, Стоукс мог сказать, что она хорошо понимала, что была бестактна. Напряженно улыбнувшись, он ответил:

— Вероятно, вы правы. Каждый солдат оставляет часть себя на поле боя. Некоторые из нас в буквальном смысле.

Она попыталась отыграть назад:

— Ведь так удивительно, что после всего этого вы нашли Бога. Я читала, что это произошло после вашего… — пауза в поисках правильного слова, — несчастного случая… ну, что Он начал говорить с вами. Это правда?

— Правда. И я не сомневаюсь, что вы также читали, что мои критики приписывают мое откровение психическому расстройству из-за посттравматического стресса. — Критики Стоукса ссылались на моральную и физическую травму, которую он перенес из-за своего сильного увечья. — Полная чушь.

— Значит, вы были избраны Богом? Вы — пророк?

— Что-то в этом роде, я думаю.

То, что она положила свою ручку, позволяло предположить, что следующий вопрос будет не для печати.

— Но вы слышите Его? Я имею в виду, когда Он говорит с вами.

— Громко и ясно, — серьезно подтвердил Стоукс.

Какое-то время она смотрела на него с недоверием.

— Ничего себе.

Теперь он мог видеть, что ее мысли потекли совсем в другом направлении. Для честолюбивых женщин типа мисс Питерс харизма была как валерьянка для кошек. Несмотря на свои сорок шесть лет и умеренное увечье, он неустанно поддерживал физическую форму и состоял из сплошных мускулов, покрывавших широкоплечую шестифутовую фигуру. Мужественная нижняя челюсть, густая копна волос и бронзовый загар, заставлявший сверкать его зеленые глаза.

Мисс Питерс снова схватилась за ручку.

— Скоро ли наступит ли конец света?

— Лучше всего исходить из предположения, что Судный день может настать в любой день, любой час.

— Считаете ли вы, что гнев Божий падет на таких террористов, как Фахим аль-Захрани за их прошлые злодеяния и недавние теракты, организованные против религиозных памятников в разных странах мира?

Два месяца назад Фахим аль-Захрани — один из командиров Аль-Каиды и человек, который, по слухам, является прямым наследником Усамы бен Ладена, — взял на себя ответственность за самые ужасные террористические акты после 11 сентября.

Понизив голос на октаву, Стоукс ответил:

— Любой человек, который посылает террористов-смертников в такие святые места, как Собор Святого Петра или Вестминстерское аббатство, должен ожидать вечной кары, превосходящей человеческое понимание. Никакая травля, никакой верховный суд никогда не сравнятся с Божьим гневом.

Журналистке пришлось перевести дух, прежде чем продолжить. Она просмотрела свой список вопросов.

— После недавнего изменения политического курса, касающегося вывода войск с Ближнего Востока, некоторые обозреватели говорят, что скоро мы можем начать современную священную войну. Новый Крестовый поход Запада против Востока. Как вы считаете, сможет ли военное вмешательство изменить динамику событий на Ближнем Востоке?