Чтение онлайн

– Меня оцарапала другая, черно-белая, – объяснила Целиза Ваан, – но эта тоже такая же злобная. Посмотрите на мое лицо! Видите, что она наделала! Я едва дышу, и у меня все время сыпь; и каждый раз, когда я пытаюсь хоть немного поспать, я просыпаюсь от того, что одна из этих бестий прыгает мне на грудь. Вчера у меня оставался маленький кусочек от обеда, и я лишь на мгновение положила его; когда я вернулась, черно-белая сбросила мою тарелку и катала мой кусок в грязи, как будто это игрушка! От этих бестий ничего невозможно спрятать. Я потеряла два моих карандаша для светописи и мое самое красивое розовое кольцо. А теперь еще и ЭТО; это НАПАДЕНИЕ! Невыносимо. Я вынуждена требовать, чтобы их срочно заперли в грузовом отсеке. СРОЧНО, слышите?

– После вашей речи я совсем оглох, – сказал Хэвиланд Таф. – Если ваша собственность, отсутствие которой вы обнаружили, не найдется до конца путешествия, мне доставит большое удовольствие возместить вам ущерб. Ваше требование в отношении Машрума и Хэвока я вынужден с выражением глубокого сожаления отклонить.

– Но я пассажир этого издевательства над именем космического корабля!

– вскричала Целиза Ваан.

– Вы хотите оскорбить мою интеллигентность, как только что сделали с моим слухом? – осведомился Таф. – Ваш статус пассажира здесь очевиден, госпожа, и нет никакой необходимости указывать мне на это. И все же позвольте обратить ваше внимание на то, что этот маленький корабль, который вы так вольно обложили такими отвратительными словами – мой дом и пропитание, в то время как вы, бесспорно, пассажир на нем и должны радоваться известным привилегиям и условиям, которые, само собой, не могут быть такими обширными, как у Машрума и Хэвока, так как это место, так сказать, их постоянное место жительства. Я не имею обыкновения брать пассажиров на борт «Рога изобилия отборных товаров по низким ценам». Как вы должны были заметить, имеющиеся помещения едва ли можно назвать достаточными даже для моих собственных нужд. К сожалению, в последнее время у меня был целый ряд недоразумений, и факты не позволяют отрицать, что моя обеспеченность жизненно необходимым приближалась к опасному уровню, когда Кай Невис обратился ко мне с этим предложением. Я сделал все возможное, чтобы сделать сносным ваше пребывание на борту этого корабля, и даже освободил жилой отсек для ваших нужд и разбил свой скудный лагерь в рубке.

Несмотря на нужду, я все же дошел теперь до того, что сожалею о безрассудном импульсе альтруизма, который заставил меня принять эти условия; особенно если учесть тот факт, что полученной от вас платы едва хватило для приобретения достаточного количества горючего и провианта для этого путешествия и уплаты налога за посадку на ШанДи. Вы извлекли плохую выгоду из моей критической ситуации, как я опасаюсь. И все же я человек, который держит слово. Я сделаю все возможное, чтобы доставить вас в ваше мистическое место назначения. Однако, на время путешествия я вынужден просить вас потерпеть Машрума и Хэвока; точно так же, как я терплю вас.

– Ну, что касается меня, то я терпеть не буду, – объявила Целиза Ваан.

– В этом я не сомневаюсь ни в малейшей степени, – ответил Хэвиланд Таф.

– Я не стану больше мириться с подобным положением, – сказала антрополог. – Нет никаких причин нам ютиться всем вместе, как солдатам в казарме. Снаружи корабль выглядит чуть ли не в два раза больше. – Она неуклюжей рукой указала на дверь. – Что за этой дверью? – осведомилась она.

– Грузовые и складские помещения, – хладнокровно ответил Таф. – Их всего шестнадцать и, разумеется, даже наименьшее из них чуть ли не вдвое больше моей бедной квартиры.

– Ага! – сказала Целиза. – А есть ли у нас на борту груз?

– Шестнадцатое отделение заполнено пластиковыми репродукциями куглийских масок, которые мне, к несчастью, не удалось продать на ШанДеллоре. Из-за того, что я сел прямо у грузового входа Ноя Уокерфуса, который сбил мои цены и украл надежду даже на малейшую прибыль. В двенадцатом отделении я разместил предметы моего личного обихода, различное оборудование, накопленное и наворованное. Остальные отделения совершенно пусты, мадам.

– Отлично! – сказала Целиза Ваан. – В таком случае мы превратим маленькие отсеки в личные комнаты для каждого из нас. Думаю, переставить кровати будет не очень трудно.

– Это самое простое дело на свете, – ответил Хэвиланд Таф.

– Ну так и сделайте это! – скомандовала Целиза Ваан.

– Как пожелаете, – сказал Таф. – Хотите взять скафандр?

– Что?

Рика Даунстар ухмыльнулась.

– Грузовые помещения не относятся к системе жизнеобеспечения корабля,

– сказала она. Там нет воздуха. Нет обогрева. И даже гравитации.

– Вам как раз подойдет, – бросил Кай Невис.

– Верно, – согласился Хэвиланд Таф.

День и ночь на борту звездного корабля ничего не значат – но древние ритмы человеческого тела постоянно заявляют о своих правах, и техника вынуждена учитывать это. Поэтому «Рог изобилия», как и все корабли, кроме гигантских военных и линейных кораблей транскорпораций, на которых работают в три смены, имеют свое время сна – время темноты и тишины. Рика Даунстар поднялась со своей походной кровати и по своей многолетней привычке проверила игольник. Целиза Ваан громко храпела через нос; Джефри Лион крутился и ворочался, выигрывая во сне битвы; Кай Невис был в своих снах облечен властью и богатством. Кибертех тоже спал, хотя в его случае это был более глубокий сон. Чтобы избежать скуки путешествия, Анитта улегся на походную кровать, подключил себя к корабельному компьютеру и отключился. Его киберполовина по монитору наблюдала за человеческой половиной. Дыхание его было медленным, как сползание ледника, и очень равномерным, температура тела сильно понизилась, а потребление энергии упало почти до нуля; но серебристые сенсоры без век, служившие ему глазами, казалось, время от времени слегка двигались, следя за невидимыми видениями.

Рика Даунстар тихо вышла из каюты.

Наверху, в рубке одиноко сидел Хэвиланд Таф. На его коленях лежал огромный серый кот, а большие бледные руки порхали над клавиатурой компьютера. Хэвок – черно-белая кошка поменьше – играла у его ног, хватая лапами карандаш для светописи и швыряя его по полу туда-сюда. Таф не мог слышать, как вошла Рика; никто не мог слышать, как она двигается, если она сама этого не хотела.

– Вы все еще на ногах, – сказала она от двери и прислонилась к косяку.

Кресло Тафа повернулось, и он раздраженно посмотрел на нее.

– Необыкновенно замечательная дедукция, – сказал он. – Вот я сижу перед вами, деятельный, прилежный и занятый нуждами моего корабля. И на основе скудных показаний ваших глаз и ушей вы делаете скачок к логическому выводу, что я еще не сплю. Сила вашего ума вызывает уважение.

Рика Даунстар пересекла комнату и растянулась на походной кровати Тафа, которая, очевидно, не использовалась со времени последнего периода сна. – Я тоже не сплю, – сказала она с улыбкой.

– Я не могу поверить, – ответил Таф.

– Спокойно верьте, – сказала Рика. – Я мало сплю, Таф. Два-три часа за ночь. В моей профессии это очень удобно.

– Несомненно, – согласился Таф.

– Но на борту корабля есть отрицательный аспект. Мне скучно, Таф.

– Может быть, вы хотите сыграть?

Она улыбнулась.

– Может быть, но в другую игру.

– Я всегда был падок на новые игры.

– Хорошо. Давайте, сыграем в заговор.

– Но я не знаю ее правил.

– О, они совсем просты.

– Ну, если вы так говорите. Может быть, вы будете так любезны, что объясните мне их, – длинное лицо Тафа оставалось неподвижным и нейтральным.

– Вы бы никогда не выиграли последнюю игру, если бы Ваан сдалась вместе со мной, как я ей предлагала, – тоном собеседника сказала Рика. – Союзы, Таф, могут быть полезны для всех участников. Вы и я – мы оба в данном случае посторонние. Мы – наемники. Если Лион прав в том, что он говорил о чумной звезде, остальные поделят богатство, превосходящее всякие разумные пределы, а вы и я получим наше жалование. Мне это кажется не совсем справедливым.