Чтение онлайн

— Благими намерениями вымощена дорога в ад, истина стара как мир, — недовольно проворчала Наталья. — Вот теперь и пожинай гнилые плоды.

— Не ночь, а театр абсурда, — поддакнула Маргарита. — Ты правда, что ли, домой собралась?

— А что здесь делать? Ждать, пока приедут бравые ребятки в камуфляже и закуют нас всех в наручники? Или, того хуже, причапают бандиты и пристрелят к чертям собачьим? Ты видела, сколько в этом рюкзаке наркотиков? Думаешь, их вот так запросто подарят нашему пансионату, как гуманитарную помощь на развитие?. Держи карман шире! У этого рюкзака есть хозяин, и он обязательно за ним придет. Нет, ты как хочешь, подруга, а я в такие игры не играю, мне пока что моя жизнь дорога.

— Ты можешь смеяться, но мне моя тоже не безразлична, — улыбнулась Маргарита.

— Тогда поехали вместе.

— Наташ, ты же знаешь, что это невозможно, — вздохнула Маргарита. — У нас еще дел невпроворот. В шесть утра закончится праздник, гости расползутся по номерам, а нам придется приводить зал ресторана в порядок, чтобы к завтраку все было в идеале.

— Там народу и без нас достаточно, есть кому обо всем позаботиться. Вон пусть Лорка покрутится, а то привыкла на чужом горбу в рай въезжать. Ей будет полезно побегать сверхурочно, лишний жирок порастрясти. Она свою задницу так отрастила, что все углы в ресторане посшибала.

— Про Лорку я с тобой согласна, но ведь ответственность за праздник лежит на мне, — возразила Маргарита. — И с меня этих полномочий никто не снимал, а значит, и спрос будет с меня, а не с Лорки. Что я Бобрику скажу?

— Я тебя умоляю, Марго, — сморщила носик Наталья. — Бобрик в курсе, чем ты занималась полночи, по его милости между прочим, так что у тебя есть прекрасная отмазка. И нечего заворачиваться по пустякам, тебя в зале уже больше двух часов нет, и никто пока не умер, ну, если не считать мужика из шестого номера, — нервно хихикнула она. — Господи, прости мою душу грешную! — набожно перекрестилась она. — Царство небесное новопреставленному, безвинно убиенному, а может, и виноватому, но все равно рабу Божьему... Ты, кстати, не знаешь, как его зовут?

— Откуда я могу знать?

— Ну мало ли, может, Валерка говорил, он же его регистрировал.

— Нет, не говорил.

— Короче, пусть земля ему будет пухом, и нас пусть не поминает лихом, — вздохнула Наталья, — Ты со мной едешь?

— Наташ, давай сейчас все же сходим в ресторан, посмотрим, что там к чему, а потом решим, едем или не едем, — предложила Маргарита. — Нехорошо будет, если вот так возьмем и уедем, никому ничего не сказав.

— А кому говорить-то? Бобрик с Валеркой,сама знаешь, чем сейчас заняты, метрдотель Николай небось шампанским накачался по самые уши, а Витька — второй администратор, наверняка уже с кем-нибудь в номере закрылся. Лорке вообще не стоит говорить, что мы уезжаем, иначе она развопится так, что перепонки лопнут. Пусть останется перед свершившимся фактом. Остальным вообще знать не положено, кто, где и с кем.

— Все равно пошли разведаем обстановку, — не сдалась Маргарита. — Я так не могу! Тебе что, трудно два шага сделать?

— Ладно, пошли, — нехотя согласилась Наталья. — О, еще одна «проблема» нарисовалась, не сотрешь, — проворчала она, увидев Софью Адамовну. Та внимательно смотрела себе под ноги и медленно поднималась по лестнице как раз им навстречу. Бобрикова держалась за перила, чтобы не упасть, прошла мимо них и даже не заметила.

— Я думала, она уже давно домой умчалась, а оказывается, все еще здесь прохлаждается, — зашептала Наталья, глядя в спину мадам Бобриковой. — Марго, мне мерещится, или она поддатая?

— Не то слово, — захихикала та, наблюдая за пошатывающейся дамой. — Посмотри, как ее заносит. Видно, хорошо на свою объемную грудь приняла.

— Муж и жена — одна сатана, — усмехнулась Наталья. — Похоже, в семье Бобриковых сегодня ночь взаимных сюрпризов.

— Слушай, а ведь она снова в шестой номер направляется, — ахнула Маргарита. — Ты представляешь, какую картину она сейчас там увидит?

— Картину маслом — «Не ждали».

— Шутки шутками, а могут быть и дети, — нахмурилась Маргарита. — Нужно немедленно ее остановить.

— Каким образом, интересно знать? — фыркнула Наталья. — Лично я своим здоровьем рисковать не намерена. Ты только посмотри на эту мадам. Это же не женщина, а бронетранспортер на тяжелой тяге. Она Эйфелеву башню протаранит и даже не заметит, про нас с тобой я вообще молчу.

— А я и не предлагаю ее удерживать физически, ее нужно убедить словами не ходить в шестой номер.

— И сразу же после этого получим обратный результат, — не согласилась Наталья. — Она же, кроме себя, любимой, никого не слышит. И вообще, Марго, оно нам надо?

— Но как же так, Наташа? Она сейчас войдет в номер и все увидит.

— Очень хорошо! Пусть мадам Бобрикова посмотрит, как ее разлюбезный супруг из окна трупами бросается, — сердито прошипела та. — Будет знать, как напрасно людей оскорблять. Я этой корове никогда в жизни не прощу то, что она нас с тобой окрестила шалавами, и проститутками, и профурсетками, и бог знает еще какими эпитетами наградила. А главное, за что? Чтобы заподозрить, что такие красотки, как мы, позарились на ее лысого, облезлого Бобрика, надо полной идиоткой быть.

— Да ладно тебе, Наташ, ты бы с твоим темпераментом на ее месте и не такое устроила, — засмеялась Маргарита. — Ревность контролю не поддается, как и любовь. Я, например, на Софью Адамовну не обижаюсь, ей пришлось пережить не очень-то приятные минуты.

— Особенно, когда она в номер первый раз ворвалась, а там мы с тобой совсем без ничего, — захохотала Наталья. — А ты вообще в постели и практически в обнимку с ее благоверным.

— Тшш, не так громко, — шикнула на нее Маргарита. — Посмотри, она остановилась. Еще несколько шагов, и она завернет за угол и практически будет в номере. Мы должны что-то сделать!

— О господи, ну почему я всегда кому-то, что-то должна? — простонала Наташа. — Я уже говорила, скажу еще раз — муж и жена одна сатана, вот пусть сами и разбираются.

— Ты же видела, как мадам Бобрикова разбирается — сначала по зубам, а потом все остальное.

— Это не наши проблемы.

Пока они спорили, Софья Адамовна очень шустро для своей комплекции прибавила обороты, завернула за угол и уже через мгновение решительно распахнула дверь в номер, и буквально через секунду оттуда раздался мужской вопль. Еще через пару минут из-за угла выскочил писатель Николай Заречный, весь в мыльной пене, с полотенцем вокруг талии и с диким ужасом в глазах.

— Кажется, наша мадам перепутала номера, — давясь от смеха, сказала Наташа. — Ночь сегодня — просто феерическая. Молодой человек, что случилось? Куда вы в таком виде? — крикнула она улепетывающему на всех парусах писателю. Тот резко затормозил и проехал на своих мокрых, скользких пятках, как на коньках, по натертому до блеска паркету.

— А? Что? — растерянно спросил он, с опаской оглядываясь на лестницу. — Я на ресепшен,сообщить администратору или кому-нибудь еще, что в моем номере посторонние.