Чтение онлайн

Меченый вроде и хотел ответить, но передумал. А, может, слов нужных не нашёл — кивнул только.

???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????

— Место моё указать, — сказала Лан, зарывшись в воротник носом. — Доказать, будто я такая же, как всё. Чтоб не мнила о себе. У самого на это силы не хватило, так ты Райлу отдал. Надеялся, что он-то уж в подробностях мне разобъяснит.

— Нет, я… — и без того хриплый голос наёмника сейчас и вовсе вороньим граем казался.

— Да не волнуйся ты, всё получилось. И месть удалась, — равнодушно перебила меченного Лан. — Считай, добился своего. И, в общем, неважно это.

— Прости ты меня…

— И думать забудь, — в тоне Кайран эмоций и на ноготь не прибавилось. — Тебе решать, что дальше делать. Или к Натери отправляйся, или поступай, как я велю.

— И… как велишь?

Редгейв, наконец, встал, нависнув над госпожой тёмной скалой. Но её это вроде совсем не волновало. Да и чего нервничать, если всего в десяти шагах маячат кайрановские солдаты, а остальные уже на берег выгружаются, затаскивают тяжёлую шлюпку на мёрзлый песок? Убить бы аэру наёмник ещё успел, но ни на что большее времени не хватит.

— Велю убираться отсюда. И времени у тебя ровно до тех пор, пока я до замка не доехала. А там перед духами объявлю насильником.

Элв охнул придушено, даже назад ступил. Пошатнулся, споткнувшись о подвернувшийся голыш.

По Правде Островов у эра, посягнувшего на аэру, одна дорога: прямо к столбу, у которого ему брюхо вскроют, заставят собственные кишки шагами мерять. И война тут не помеха, на клановые игры никто не посмотрит. Первый же встречный в ближайший род отвезёт, а глава, чтобы он про Кайран не думал, сам всё исполнит.

Тут один выход — бежать, без всякой надежды вернуться. А как бежать? Хоть вплавь отправляйся… И куда? Стар уже наёмничать. Да и нужен он кому. Слухи-то быстро расползаются. Предал же хозяйку, которой клялся, никуда от этого не денешься.

— Не сделаешь ты этого, — хмуро пробормотал Редгейв. — Сама знаешь, что ложь и перед духами врать не станешь — они спросят.

— Не сделаю? — Кайран тоже выпрямилась, но вставать не стала. Только руку протянула с зажатой, замусоленной, всякий цвет потерявшей прядкой. — Сделаю, клянусь. И с духами сама разберусь, — ухмыльнулась нехорошо, мерзко. И добавила шёпотом. — Беги, Редгейв. Ату![31]

Меченный постоял, глядя на прядь волос, с которой ветер игрался. Развернулся, да и пошёл, оскальзываясь на камнях.

* * *

Возвращение домой иной раз тяжелее пережить, чем похороны. И дело не в том, что от побережья пришлось ногами топать. О приезде гонцов, да ещё и с хозяйкой, никто, естественно, предупредить не удосужился. А если б и предупредили, то корабль в порту ждали, а никак не с западного мыса. В общем, торжественную встречу не обеспечили, лошадей не выслали. А единственную деревню, по пути встретившуюся, Лан велела стороной обойти — всё равно кроме коз там искать нечего.

Но дело и вправду не в усталости. Просто смотришь вокруг: всё родное, привычное. Даже вроде каждую ёлку на пригорке узнаёшь. И стены замковые — вот они, полчаса до них ногами двигать осталась. И наезженная дорога к воротам синеет приветливо. И точки воронья, кружащиеся над донжоном, мерещатся своими — куда замку без них?

Всё равно чувство, что куда-то не туда попал, не проходит. Будто не ты снег утаптываешь, всё ближе к дому подходя, а на картинку смотришь. Неприятное ощущение, тяжкое.

А на самом деле это просто страх. В словах Редгейва — не к ночи помянутого — ведь доля истины вполне могла быть. И что там ждёт, за стенами? Если наёмник прав, то всё, конец. Дальше идти некуда. И желания нет. Сил тоже. Добрести бы, а там как кости[32] упадут.

Лан не сразу заметила всадников, на встречу выехавших. Аэра бы на них и внимания не обратила — моряки заволновались. А один из посланников к Райлу — тот, что с белобрысым чубом — и вовсе начал на месте подпрыгивать, размахивая шапкой. Словно на белой снежной целине отряд в тридцать с лишним элвов без этого бы не заметили.

Кайран остановилась, уселась, подвернув полу тяжёлого, волочащегося по снегу плаща.

— Здесь дождёмся, — велела.

Солдаты, конечно, поглядывали на хозяйку недоумённо, мол: чего ждать-то? Вот же он, замок. Но не протестовали — и на том спасибо. Правда, присаживаться больше никто не стал.

— Чем это пахнет? — негромко спросила Лан, ни к кому не обращаясь.

Закрыла глаза, втягивая воздух — нет, не разобрать. Чем-то холодным, свежим, но не морозом и не солью.

— Так снег же тает, госпожа, — ответил кто-то неуверенно. — Водой талой и пахнет.

Снег тает… Не заметила, как и зима прошла, получается?

Гулкие удары копыт, отдающиеся в позвоночнике, храп лошадей, позвякивание сбруи совсем близко. Голоса. А открывать глаза совсем не хочется.

— С возвращением! Чего ж вы пешком-то? Или Райл так на подарок осерчал, что даже голубя пожалел? — голос весёлый, довольный.

И смотреть не надо — без того картинка ясная, будто на обратной стороне век намалёвана. Сидит, облокотившись одной рукой на луку, вторая наверняка в бедро упёрта. Ухмыляется. Может, усы опять отрастил? И плащ белый, куда белее подтаявшего, осевшего снега.

— Осерчал, а как же! — это опять чубатый выступил. Кайран его — бойкого — и не помнила даже. Лицо-то видела, а так… Может, из союзнического рода? Могла бы и спросить, сколько вместе плыли. — Да только у нас новость-то поважнее будет. Смотрите, кого привезли.

Шорох одежды, шаги. Расходятся, наверное, чтобы показать, кого прихватили на обратном пути. Тишина. Надо бы встать. Сидит, как дура.

Конь всхрапывает. Удар по земле — спешился. Как-то тяжело, неловко. Обычно он ласточкой слетает.

Ну, всё, дальше высиживать смысла нет. Надо хоть глаза открыть.

Натери не в белом — обычный тёмный плащ на овчине, воротник волчий. И не усмехается аэр — не поймёшь, что за физиономию-то скроил, смотрит исподлобья. А лицо такое… постаревшее. Под глазами мешки, щеки ввалились, скулы стали острее. Похудел, что ли? И волосы не в причёску уложены. Кажется, даже и не слишком чистые. Да, тяжела ты доля правителя, эк как обтесала.

— Ну, здравствуй, что ли? Что так смотришь? И впрямь надеялся: больше не встретимся? Прости, если разочаровала.