ЖАНРЫ

Чувствую твою любовь
Шрифт:

— Тоже нашли место для разборок, — услышал со стороны Роман.

— Могла бы в кустики сходить, — бросил он на ходу, направляясь к выходу.

— Без глупостей, — предупредил его Роман. — Садись в мою машину.

***

— Сейчас не время для посещений. Ее лишний раз не стоить беспокоить, — произнесла медсестра деловым тоном. — Ваша тетя сейчас спит и нуждается в реабилитации…

— Мне входить в каждую палату?! — повысил голос Роман.

Медсестра обратила внимание на разбитые костяшки пальцев его руки и нервно сглотнула. Она обернулась к Маше, ища у нее поддержки.

— Сейчас он успокоится и пообещает вам, что будет вести себя хорошо, — успокоила ее Маша.

— Ладно, — промямлила медсестра. От ее делового тона не осталось и следа.

— Ты что творишь? — спросила шепотом Маша, когда повела его в сторонку.

— Ладно, прости, я немного не рассчитал силы.

— Про твою разбитую руку мы потом поговорим, — зло выговорила она.

Они снова подошли к стойке и Роман сказал:

— Будьте любезны, скажите нам, в какой палате лежит наша тетя Ира. Мы давно ее не видели и очень соскучились. Обещаем вести себя тихо.

Медсестра подняла одну бровь и деловым тоном ответила:

— Так-то лучше. Можете, когда хотите.

Маша толкнула его локтем, призывая к спокойствию и порядку.

Медсестра пролистала журнал и сказала:

— Второй этаж, палата номер двадцать три.

— Спасибо.

Они зашли в лифт и с другими медработниками и очутились на нужном этаже. Двадцать третья палата находилась слева от лифта.

— Пошли, — сказал брат и обернулся, когда заметил, что Маша стоит, как статуя. Он увидел в ней волнение и желание сбежать. — Нам нужно узнать правду, Маша.

Они вошли в просторную палату и оглянулись. Здесь было четыре кровати, три из которых пустовали. Четвертая была занята женщиной с рыжими волосами. Она лежала на боку, лицом к стене и не догадывалась об их присутствии.

Роман подошел первым и откашлялся. Ее спина напряглась, затем она обернулась и встретилась с его взглядом.

— Ну, здравствую, тетя Ира, — поздоровался Роман и впился в нее стальным взглядом.

Он заметил, что от былой ее молодости не осталось и следа. Она постарела и почти превратилась в старуху. Хотя, она могла бы выглядеть лучше. Скорее всего, дело в тяжелой жизни. Глаза были карие, но опухшие от приема лекарств. Губы потрескались. Бледное лицо покрыто морщинами, а рыжие волосы клочьями торчали в разные стороны. На ней был цветной больничный халат. Она с большим трудом, села на постели и перевела взгляд на Машу. Маша, не мигая смотрела ей в лицо.

— Извини, что без апельсинов. Убийцам не положены фрукты.

— Рома, — очнувшись, предостерегающе произнесла Маша.

Она присела на соседнюю кровать. Та неприятно скрипнула под ней.

— Простите меня, — подала она скрипучий голос и приложила руки к губам. Она вот-вот должна была расплакаться.

— Даже не вздумай здесь слезы лить! — со злостью выговорил Роман. — Просто скажи нам, зачем ты это сделала. Обещаем, что в полицию не пойдем.

— Мне уже, все равно, — снова подала она голос. — Можете сдать меня полицейским. Я больше не смогу жить с этим на душе.

Ее голос был пропитан безразличием и тоской.

— Какими красивыми вы выросли, — произнесла она безжизненным голосом, переводя взгляд с брата на сестру.

— Зачем ты подожгла дом и убила родителей? — спросила Маша.

Она собралась с мыслями и, глядя в пол, ответила:

— Из-за глупости.

Роман что — то хотел добавить, но Маша остановила его жестом руки.

— Это все из-за вашего отца, — продолжила тетя Ира. — Я любила его, а он выбрал Валю. Женился на ней, вас родили. Да не сумели нормально следить за вами. Я помню, как вы бегали голодные, в старой одежде. Она не собиралась отдавать вас в школу…

— Ближе к делу, — поторопил ее Роман и снова встретился со строгим взглядом сестры.

Он поднял руки в знак смирения и прислонился к стене.

— За два дня до пожара…

— Ты хотела сказать поджога, — перебил ее Роман и снова почувствовал сверлящий взгляд Маши, но не стал оборачиваться к ней.

— Да, поджога. Я подожгла ваш дом и собиралась убить вас всех.

Ее слова заставили Машу подняться с места. Роман успокаивающе посмотрел на сестру. Та снова опустилась на скрипучую кровать.

— За два дня до поджога я приезжала к Андрею и в последний раз попросила бросить Валю с детьми и поехать со мной в город. Но он, дурак, отказался и сказал, что любит ее. А меня нет.

В этот момент Маша заметила хищный блеск в ее глазах, который затем очень быстро потух. Она опустила глаза и смотрела в пол. Роман скрестил руки на груди.

— Я знала, что в тот день Андрей получил зарплату. Это означало, что они на неделю уйдут в запой. Ночью, я приехала на попутной машине и попросила остановиться возле лесополосы. Оттуда пешком дошла до вашего дома. Двери, как всегда были открыты. Я зашла в вашу комнату и убедилась, что вы спите. Затем в спальню и увидела их спящими на полу. Везде были разбросаны бутылки и окурки от скуренных сигарет. Я подожгла ковер и вышла из дома.

Она замолчала на минуту, затем продолжила:

Я стояла далеко от дома и наблюдала. Вскоре из окна повалили дым, затем пламя. Больше я не стала ни на что смотреть. Просто ушла. Половину дороги до города я прошла пешком, остальную половину — меня подвез дальнобойщик.

— Удивились, когда узнали, что мы выжили? — спросила Маша, очнувшись.

Она кивнула.

— Не было желания добить нас в детдоме? — спросил Роман.

Она отрицательно покачала головой.

— Простите меня, — шепотом произнесла женщина и всхлипнула.

— Таких вещей не прощают, тетя Ира, — возмутилась Маша. — Вы бы тоже не простили.

— Как сложилась ваша жизнь? — задал вопрос Роман.

— Никак, — развела она руками. — Я любила только вашего отца…

— Любимых не убивают, — вставила Маша.

Женщина покорна согласилась.

— Детей я так и не родила, — продолжила она. — Теперь одна.

— Вы хоть на минутку сожалели о том, что убили родную сестру и ее мужа? — спросила Маша.

— Сомневаюсь, — ответил за нее Роман. — Хочешь знать как мы спаслись? Просто выпрыгнули из окна. К родителям, к сожалению, я не смог попасть. Мы с Машей все время гадали, почему же ты к нам не приезжала?

— Просто не захотела. Но я следила за вашей жизнью. Узнала, где живете, что добились успехов. Особенно, ты Маша. Работая официанткой, выучилась и стала работать в агентстве недвижимости. Замуж хоть вышла? Дети есть?

— Нет, замуж не вышла, детей тоже нет, — солгала она и взглянула на брата. Он молчанием поддержал ее ложь.

— Больше вопросов нет, — сказал Роман и направился к выходу. — Маша, пошли. У меня есть еще одно неотложное дело.

Они вышли в коридор и пропустили каталку с больным человеком. Молча добрались до автомобиля и сели. Роман завел двигатель, выехал с парковки и поравнялся с остальными автомобилями.

Поделиться с друзьями: