Чужак в чужой стране (Stranger in a Strange Land)
Шрифт:
– Как ты это сделала?
– Я позвала ее по-марсиански. Сначала ты вникаешь в предмет, потом вникаешь в то, что ты от него хочешь. Майк! – Она помахала рукой. – Мы здесь.
– Иду! – Человек с Марса подошел к Бену и поднял его на ноги. – Дай посмотреть на тебя! Как я рад тебя видеть!
– Я тоже рад тебя повидать.
– Говорят, ты уезжаешь на три дня?
– У меня работа, Майк.
– Ладно, там видно будет…
– Майк, – сказала Джилл, – ты можешь отдохнуть. Пэтти пошла на урок, а Сэм, Рут и Дон займутся подготовкой праздника.
– Отлично. – Майк сел, одной рукой обнял Джилл, другой Бена и вздохнул. – Бен, не вздумай стать проповедником. Я целые сутки прыгал из одной аудитории в другую, втолковывая людям, почему нельзя торопиться. А тебе я стольким обязан… и не мог найти времени пожать руку. Как дела? Выглядишь неплохо. Дон говорит, у тебя все в порядке.
– Да, вроде, – покраснел Бен.
– Вот и хорошо. Тебе предстоит оргия плоти, но не бойся, я поддержу.
В конце ты станешь сильнее, чем был вначале. Правда, маленький братец?
– Правда, – подтвердила Джилл, – Майк может передать тебе часть своей физической силы, а не только оказать моральную поддержку. Я тоже учусь это делать.
– Да, у тебя уже неплохо выходит, – Майк погладил Джилл по голове. – Маленький братец у нас – кладезь силы. Сегодня ночью всех держала. Он улыбнулся и пропел:
Такую девушку, как Джилл, не найдешь.
Приходите поскорей, если невтерпеж.
Всех желанных девушек
Джиллиан желаннее.
– Правда, маленький братец?
– Вот еще! – сказала Джилл, довольная. – Дон тоже желанна не меньше моего.
– Дон занята: собирает пожертвования. Поэтому она желанна в меньшей степени. Правда, Бен?
– Наверное, – Бену было неловко: уж слишком фривольно они себя ведут.
Под каким бы предлогом бы уйти?
Майк одной рукой держал Бена за талию, а другой ласкал Джилл; та не противилась. Майк с серьезным видом обратился к Кэкстону:
– После такой ночи, как сегодня (я помогал людям совершить скачок в Восьмой Круг), обычно долго не могу успокоиться. Можно, я прочту тебе маленькую проповедь, которую читаю в Шестом Круге? У нас, людей, есть кое-что, о чем мой прежний народ и не мечтает. Это – величайшая ценность (я это хорошо понимаю, потому что раньше этого у меня не было), это – благодать быть мужчиной или женщиной – самое необычайное чудо, созданное Тем-Кто-Есть-Бог, правда, Джилл?
– Ты совершенно прав, Майк. Бен, тут нечего возразить. Но, милый, давай споем песенку и о Дон.
– О'кей!
Ну и страсть у нашей Дон!
Бен понял это сразу.
На ней сто платьев видел он,
А трусиков – ни разу.
– Слушай, в кухне кто-нибудь есть? Я сейчас вспомнил, что не ел уже несколько дней. Или даже лет.
– Кажется, там Рут, – сказал Бен и попытался встать.
Майк не пустил его.
– Эй, Дюк! Найди кого-нибудь, кто нажарит мне гору оладий и нальет галлон кленового сиропа.
– Зачем искать? Я сам все сделаю, – отозвался Дюк.
– Постараюсь не умереть с голоду, пока ты сходишь за Тони или Рут.
Майк привлек к себе Бена и спросил:
– Ты, кажется, не вполне счастлив?
– Нет, что ты, все в порядке.
– Хорошо бы, если бы ты знал марсианский. – Майк заглянул Бену в глаза. – Я чувствую, что тебе плохо, но не могу прочесть твоих мыслей. – Майк, – позвала Джилл.
Человек с Марса взглянул на нее, потом опять на Бена и протянул:
– Джилл объяснила мне, в чем дело. То чувство, которое ты сейчас испытываешь, всегда было мне недоступно, – он замялся, как в те времена, когда только начинал говорить по-английски, – но мне понятно, что сегодня мы не можем принять тебя в Гнездо. Еще длится ожидание. Прости. Когда-нибудь оно кончится.
Джилл вскочила.
– Майк! Так нельзя! Нельзя отвергать Бена!
– Я не вникаю, маленький братец. – Настала нехорошая тишина. – Ты уверена, что говоришь правильно?
– Сейчас увидишь! – Джилл подсела к Бену, обняла его. – Поцелуй меня, Бен, и успокойся.
Она первая поцеловала его, и Бен успокоился. Сладостное тепло вытеснило из его тела все другие ощущения. Майк крепче обнял Бена и сказал:
– Мы сближаемся. Может, сейчас?
– Да! Сейчас, здесь. У нас общая вода, дорогие мои.
Бен глянул на Майка, и эйфория прошла: Человек с Марса был совершенно голый.
Глава 33
– Ну, – нетерпеливо сказал Джабл, – ты принял приглашение?
– Как бы не так! Я унес ноги от греха подальше. Схватил в охапку шмотки, выскочил в коридор и одевался уже внизу.
– На месте Джилл я бы обиделся.
Кэкстон покраснел.
– А что мне было делать?
– Ну ладно. Что дальше?
– Я оделся, увидел, что забыл наверху сумку, но возвращаться не стал. Кстати, я чуть не убился. Ты же знаешь, как работает новая модель?
– Не знаю.
– Если ты даешь команду на подъем, начинается постепенный спуск. А я вскочил туда с разбегу и начал падать – с шестого этажа. Еще чуть-чуть, и от меня осталась бы лепешка, но падение вдруг прекратилось. Как будто удержало какое-то поле.
– Не увлекайся модной техникой. Ходи по лестнице, в крайнем случае пользуйся лифтом старой конструкции.
– У них хорошая техника, только за ней никто не следит. Никто не занимается делом, все ходят под гипнозом Майка и смотрят ему в рот. Мне страшно за них, Джабл. Нужно что-то делать.
Джабл поджал губы.
– Что именно тебя пугает?
– Абсолютно все.
– Правда? Мне показалось, что тебе понравилось.
– Ну да. Майк и меня загипнотизировал. – У Кэкстона был недоуменный вид. – Я бы и не вышел из гипноза, если бы он вдруг не оказался голым. Понимаешь, он сидел в костюме и обнимал меня за пояс – как он мог раздеться?
Джабл пожал плечами.
– Ты был занят и мог не заметить землетрясения.
– Брось! Я не школьница, и целуюсь с открытыми глазами. Скажи, как он мог раздеться?
– Какое это имеет значение? Может, тебя смутила именно нагота?
– Конечно.
– Ты и сам был без штанов! Стыдитесь, сэр!
– Перестань меня грызть. У меня нет привычки к групповой любви. Меня чуть не стошнило. – Бен скривился. – Каково было бы тебе, если бы посреди твоей гостиной люди стали спариваться, как обезьяны?
– Вот оно, Бен: гостиная была не твоя. Ты пришел к человеку в дом, будь любезен принять правила, действующие там. Цивилизованный человек должен поступать именно так.