Чтение онлайн

— Светлого дня, госпожа Ильеста.

— И вам светлого дня, господин Корвис, — пробормотала девушка, слегка покраснев. От нее не укрылся внимательный взгляд, который Корвис мельком бросил на ее ноги.

Ильеста слегка поклонилась и поспешила в дом, обойдя парочку.

Она была уверена, что кавалер сестры продолжает глядеть ей в спину, наблюдая за ее неровной походкой. Она почти привыкла к людскому любопытству, но Корвис не особо его и скрывал, и это сильно раздражало.

Девушка еще успела услышать, как сзади донесся тихий голос кавалера Таиссы:

— Этой бедняжке одна дорога, в монастырь. Или, может, после свадьбы с вами, моя дорогая, мы сможем забрать ее к себе, будет нянчить наших будущих детей.

Ильеста не слышала тогда, что ответила сестра, но ее захлестнула жгучая обида.

Ей прочили уход в монастырь или участь приживалки, няни, которая жила бы с семьей сестры и заботилась о племянниках. Хотели решить, как поступить с ненужной обузой, куда пристроить лишнюю вещь.

Раньше Иль втайне мечтала, что у нее будет семья, любимый муж, дети, цветущий сад и небольшая конюшня. Но эти мечты разбились вдребезги три года назад.

— Если бы не упрямство батюшки, мы бы уже были помолвлены, — причитала Таисса, утирая слезы.

— Ну, может, не такой уж Мэлл и прекрасный, а духи у него слишком сладкие, как у девушки.

— Иль, он не такой, Корвис благородный, он говорил, что любит меня, — всхлипывала старшая сестра.

— Значит, не так уж и любит. Лиция хвасталась, что отец даст за ней огромное приданое.

— Тебе меня не понять, к тебе же не сватались, да и не посватаются, — Таисса, упиваясь своим горем, не думала, что говорила, но все равно Ильесте было больно. Казалось бы, пора уже привыкнуть, что она отличается от других девушек. Ей не приходится бывать на балах, танцевать с кавалерами и складывать любовные записки в шкатулку.

Ильесте казалось, что она сумела построить для себя броню равнодушия и спокойствия, но сейчас из-за слов Таиссы ее защита опять дала трещину. Никто ее такую никогда не полюбит, никто не посватается к хромой девице, у отца которой гордости больше, чем золотых лутов.

В комнату, постучав, вошла запыхавшаяся служанка.

— Ах, госпожа Ильеста, госпожа Таисса, господин барон срочно зовет вас к себе, они сейчас в главном зале с госпожой Леонтой.

— Может быть, Корвис все же передумал? — с надеждой спросила Таисса, но Иль не ответила, слишком была обижена на сестру.

Пришлось подождать, пока Таисса умоет заплаканное лицо, и девушки спустились вниз.

В парадном зале в высоком кресле сидел барон Этран Аэрдис. Там уже были Дарьола и мачеха с Эспером. В зале на видном месте были вывешены портреты самых знаменитых предков барона Аэрдиса. Леонта недавно приказала перевесить портрет покойной баронессы Орсии в дальний угол и разместить собственный рядом с бароном на самом видном месте.

Отец держал в руках какой-то свиток с сургучной печатью.

Барон посмотрел на дочерей, подождал, когда они усядутся, и сказал:

— Только что посыльный привез письмо от бургомистра Бринвалда.

Он важно развернул свиток, прокашлялся и начал читать:

— Пресветлый Аэрдис! Сегодня в долину прибыли посланцы его светлейшества герцога Ирвика Девятого. С ними приехали ловцы тьмы. Они ищут невесту для его светлости герцога Равьера. Жрецы проведут ритуал искания в храме Кайниэль в Бринвалде. Вашим старшим дочерям следует прибыть в храм послезавтра вечером.

Городок Бринвалд находился в самом центре долины Арды, там несколько раз в году проводились ярмарки.

Леонта громко ахнула, не сумев сдержать изумления.

— Таисса и Дарьола, вам надлежит приехать в храм для участия в ритуале. И тебя, Ильеста, это тоже касается, — барон покосился на дочь.

Ильесте исполнилось восемнадцать лет, это означало достижение брачного возраста по обычаям Алтуэзии. Дарьоле было девятнадцать, Таиссе месяц назад исполнилось двадцать лет. Их покойная мать каждый год рожала по девочке, стараясь подарить барону наследника. После Ильесты у нее было несколько выкидышей, а после рождения младшей Аньелы баронесса умерла, ослабленная трудной беременностью.

Девушки потрясенно молчали.

— А ведь раньше, когда его светлость Равьер женился, к нам не приезжали ловцы, — сказала мачеха.

— Говорят, что им указывает направление верховный жрец, он с помощью магии видит, где лучше всего искать невесту для наследного герцога, — пояснил барон.

— И еще, — сказал отец, отложив свиток в сторону. — Поскольку я один из двух баронов долины, завтра к нам на обед прибудут посланники герцога. Сегодня они направились в имение барона Румьера Эштаза.

— И, дорогая Леонта, ты будешь сопровождать девочек в храм.

Этими словами барон Аэрдис напомнил, что накануне обряда девушкам всю ночь надо будет находиться в храме богини Кайниэль, чтобы их души очистились от мирской суеты перед предстоящим ритуалом искания. Вместе с девушками в храме до утра могли оставаться только их близкие родственницы, а уже наблюдать за самим обрядом в храме могли все желающие.

В зале на несколько мгновений воцарилась тишина, которую нарушил звонкий голос Эспера:

— Матушка, я тоже хочу в Бринвалд поехать, вы обещали купить мне…

— Помолчи пока, — властно оборвал сына барон Аэрдис, и Леонта дернула мальчика за рукав.

— Леонта, прикажи все подготовить к завтрашнему обеду, — отец обернулся к потрясенной мачехе. Еще бы, посланники самого Ирвика Девятого завтра прибудут в их дом.

Все четыре дочери барона собрались в большой комнате на втором этаже, которую делили Таисса и Дарьола.

Старшие сестры были темноволосые и кареглазые, в отца, слегка полноватые, но женщины в теле считались весьма привлекательными в Алтуэзии. У Ильесты с Аньелой цвет волос был светло-русым, как у покойной матери, и обе они были тонкими как тростинки.

— Пресветлая богиня, неужели мы будем участвовать в ритуале искания? — воскликнула Дарьола, садясь на свою кровать под серебристым балдахином.

— Говорят, ловцы тьмы живут в черном храме на вершине горы, и туда нельзя дойти по обычной дороге, — сказала Таисса.