Чтение онлайн

— Очень необычный эффект, сен Торрес. Казалось бы, взрыв вашей L–бомбы в Океании мог вызвать вскрытие магматического очага и землетрясение в Мпулу около горы Нгве при добегании сейсмической волны. Такое в геологии возможно. Но здесь видно: очаг активировался при добегании электромагнитной волны. Сейсмическая волна еще была далеко. Как геологи объясняют этот необычный эффект?

— Я пока не видел подробного заключения, — ответил координатор, — говорят о каких–то магнитных волнах в оливиновом поясе магмы, или что–то в этом роде.

— Это крайне интересно! – китаец несколько раз энергично кивнул головой, чтобы всем стала видна высокая степень его интереса, — А можно ли увидеть все это на месте? Мне очень жаль огорчать присутствующих, но правительство Мпулу неделю назад закрыло въезд в страну для всех представителей прессы. Это очень, очень удручает.

Торрес бросил взгляд на Лаки.

— Мисс Латтэ, как пресс–секретарь президента Нгакве, я думаю, может внести ясность.

— Нет проблем, — ответила та, — Я сейчас позвоню президенту и постараюсь все уладить.

Она вышла на пирс с мобайлом в руке и минут 10 говорила, оживленно жестикулируя, а затем вернулась и радостно сообщила:

— Мистер Нгакве приносит свои извинения. Прошедшая неделя действительно была не самым лучшим временем, чтобы ехать в нашу открытую, гостеприимную страну. Мы не знали, какой силы может быть землетрясение, и не хотели, чтобы наши гости попали в опасное положение. Сейчас ученые говорят: землетрясение не повторится, и мы всех приглашаем в нашу страну.

— А через пару дней окажется, что теперь появилась опасность наводнения, или шторма, или массовой атаки мухи цеце, — меланхолично сообщил британский репортер, — я уже сталкивался с таким загадочным эффектом в Лаосе и в Никарагуа.

Координатор Торрес громко хлопнул ладонью по стойке бара.

— Так, — сказал он, — Чтобы вопрос об этих горно–сейсмических делах не повис воздухе, предлагаю следующее. В 19:00 я улетаю на Лийс–Глориоз, это рядом с Мадагаскаром. Прибытие в 10:00 по Антананариву. Оттуда до Мпулу 1000 миль или около того. Там полетим на обычном флаере. Со мной на Лийс летят мисс Латтэ и док Мак Лоу. Есть место еще для 5 человек. Жанна, вы летите?

— Да, — автоматически сказала она, не успев даже подумать.

— Отлично, — Торрес повернулся к репортеру из «London Courier», — Вы, мистер Хартли?

— Почему бы и нет, — так же меланхолично ответил тот - …Только я что–то не понял на счет времени.

— Мы летим на суборбитальном «Fronda–Mid», время в пути – 1 час.

— Что ж, надеюсь, мы вернемся на землю сравнительно целыми.

— Вы, товарищ Ван Чжо?

— Я не могу отказаться, поскольку сам высказал просьбу.

— Мистер Йорк и мсье Фонтейн?

— Могли бы и не спрашивать…

…

Жанна сидела у иллюминатора, время от времени, глядя вниз, на проплывающие мимо красоты африканских ландшафтов, и стучала по клавишам ноутбука, фиксируя свежие впечатления от своего космического путешествия и от осмотра острова Лийс. Вопреки опасениям, она чувствовала себя замечательно, хотя всего несколько часов назад была уверена, что единственным ее желанием после полета на аппарате «Fronda–Mid» будет выпить пол–стакана виски и отключиться. Хартли, Йорк, Фонтейн и Ван Чжо, видимо, поступили именно так. После приводнения на гидроаэродроме Лийс, они засели в кафе рядом с транспортным причалом, и вышли оттуда только когда их пригласили на борт аэро–шаттла до Мпулу. Сейчас все четверо дремали, заняв места поближе к корме.

Док Мак Лоу, напротив, перенес полет на суборбитальном планере совершенно без проблем. Кажется, он с самого начала не испытывал ни малейшего страха, а только огромное любопытство. Когда на Никаупаро «Fronda–Mid» подъехал к пирсу, Мак немедленно пристал к пилоту Барко с расспросами. Его интересовало буквально все. Почему фюзеляж аппарата выполнен в форме мяча для регби? Почему для несущих плоскостей выбрана схема «canard»? Почему турбовинтовые двигатели вынесены на боковые консоли? Каким образом тут регулируется центровка ракетного бустера?

Внутри «мячика для регби», Мак Лоу оказался рядом с Жанной и немедленно завел популярный рассказ об истории суборбитальных полетов, начиная с баллистической ракеты «VAU–2», использовавшейся в бомбардировках Лондона в 1944. Перерыв он сделал только на несколько минут, когда в стратосфере включился ракетный бустер и создал перегрузку 2,5g, разговаривать при которой уже сложно. Когда перегрузка резко сменилась невесомостью, для Жанны это был самый неприятный период – она никак не могла убедить себя, что все нормально, ей казалось, что аппарат падает. Мак наоборот, оживился и начал рассказывать о баллистическом движении в околоземном пространстве и о задачках на эту тему для студентов колледжа. Потом (когда «Fronda–Mid» прошел апогей и стал приближаться к Земле), док заговорил об истории методов систем торможения суборбитальных планеров в верхних слоях атмосферы. Когда они снижались над Мадагаскаром, Ллаки Латтэ весело призналась, что транслировала все выступление Мак Лоу в прямой эфир «Rokki–TV» и «Mpulu–Tira». Док не обиделся, но пообещал на Земле надрать Ллаки уши за хулиганство. Это тоже ушло в прямой эфир.

Миниатюрный (всего 600 метров по диагонали) остров Лийс оказался чудесным местом. Буквально утопающие в зелени и цветах 3–этажные контейнерные домики, расставленные стоя вдоль двух крест–накрест улочек. Маленький рынок, где бойко торговали всякой всячиной молодые ребята с Мадагаскара. Крошечный спортивный комплекс с беговой дорожкой, полем для ацтекбола и дансингом. И, разумеется, сама военная база: круглая платформа, от которой веером расходились пирсы. К ним были припаркованы легкие катера, изящные экранопланы и футуристического вида флаеры. Никаких проблем с фото- и видео–съемкой. Пожалуйста! Свободная от вахт флотская молодежь (с разрешения дежурного офицера) даже позирует на фоне своей техники…

На базе возник Торрес в сопровождении двоих представительных индусов. Некоторое время они эмоционально спорили о чем–то с капитаном ВВС. Затем, капитан махнул рукой и вместе с одним из индусов направился к одному из знакомых Жанне еще по атоллу Пальмира, флаеров «MoonCat» и полезли в кабину: индус, а за ним — офицер. Машина коротко чиркнула по воде, взмыла в небо и начала выписывать чудовищные кренделя в воздухе, на высоте от несколько сотен до нескольких десятков метров. Это продолжалось секунд двести, затем флаер приводнился и причалил к пирсу. Из люка вылез офицер и помог вылезти индусу. Индус с трудом держался на ногах, а из носа капалала кровь прямо на снежно–белую рубашку, но на широком смуглом лице была написана почти детская радость. Он несколько раз хлопнул капитана по плечу, затем вытащил из нагрудного кармана позолоченную (а, может, просто золотую) авторучку–ретро, и с третьей попытки подарил ее летчику, преодолев отчаянное сопротивление.

Потом оба индуса еще о чем–то поболтали с Торресом. Выкурили по сигарете, потом по очереди, церемонно пожали координатору руку, загрузились в элегантный самолетик с надписью «Bharati Naval Group», и укатили (точнее, улетели). Торрес развел руками и, подойдя к Жанне, пояснил: «Раджхош уперся, как бык: не будет меня на тест–драйве во флаере – не будет моей подписи на контракте. Видите ли, не хочет покупать селедку в мешке. А у него гипертония. Такие дела… Ладно, здесь все ОК, полетели в Африку».