Чужая жизнь. Дилогия
Шрифт:
Император загадочно улыбнулся, когда подходил к двери. Анна, скорее всего, уже «вытоптала» все покрытие пола перед палатой, в нетерпении ожидая встречи. Эта встреча должна была помочь Бельскому принять единственно правильное решение. Только глупец откажется от такого предложения, когда на него смотрят глаза влюбленной девушки?
Едва он исчез за ней, в помещение вошла цесаревна Анна.
– Леша…, - испуганно вскрикнула она, когда он вновь попытался встать на ноги. – Ой! Подожди!
Девушка стремительно подскочила к заваливающемуся на бок парню и крепко схватила его за больничный костюм. Осторожно поддерживая, помогла ему сесть на место. Правда, эта помощь со стороны больше напоминала объятия влюбленных. Но разве можно ее было винить за это?
– Тебе сильно больно? Где болит? Здесь? – он даже не успевал отвечать на обрушившийся на него град вопросов, только устало улыбался, наслаждаясь ее прикосновениями. – Или вот здесь?
Она села рядом, бочком к нему. «Взяла в плен» его левую руку и начала неосознанно теребить ее. Он и не думал сопротивляться, продолжая улыбаться ей.
Оба какое-то время молчали. Им сейчас и не нужны были какие-то слова, избитые фразы. Они просто купались в эмоциях, прекрасно понимая и чувствуя друг друга. Что может быть прекраснее этого единения душ, когда два сердца бьются в унисон и не существует «я», а есть только «мы».
Ее головка уже лежала на его плече. Роскошный хвост с вплетенной в него тонкой лентой уютно устроился у шеи Алексея, заставляя терять голову от дурманящего аромата. Его правая рука, словно живя своей собственной жизнь, путешествовала по ее бедру.
– Леша, мне очень хорошо с тобой, – сверкая влажными глазами, очень тихо прошептала она. – Папа сказал, что поможет тебе. Только ты должен во всем слушать его. Лешенька, пожалуйста, не противься. Папа знает, как лучше…
Рука парня, лежавшая на девичьем бедре чуть дальше, чем позволяли приличия, дрогнула и поползла обратно.
– Пойми же, только там мы сможем быть вместе… Или ты не хочешь? – огромные глаза, из которых были уже готовы брызнуть слезы, умоляюще смотрели на Алексея. – Пожалуйста, ответь мне. Ты хочешь быть со мной?
Что тут было ответить? Нет? Да? Не знаю? Просто молчать? Алексей улыбнулся и поцеловал Анну, отвечая на этот ее вопрос и, похоже, на все остальные, пусть еще и не высказанные вслух.
Какое-то время они целовались, забыв обо всем: о месте, о камерах, о свалившихся проблемах. Были лишь они и их одержимость друг другом, возносившая их на недосягаемую высоту над грешной землей и заставлявшая испытывать дикие эмоции восторга. Когда же им все же удалось оторваться друг от друга и остановится в одном шаге от того, чему было не место и не время, тревожно запиликал коммуникатор Анны.
– Папа…, - прошептала она огорченно, едва бросив взгляд на гаджет. – Мне пора уже… Лешенька, миленький, ты ведь согласишься? – девушка шла к двери и не отрываясь смотрела на парня. – Правда-правда?
Оставшись в одиночестве, Алексей осторожно лег на кровать. Эмоции и чувства, что только что переполнявшие его, еще будоражили кровь. Милый девичий образ никак не уходил из памяти, заставляя растягиваться в улыбке губы. Еще чувствовался аромат ее волос, касавшихся его шеи. Ладонь сжималась, словно, по-прежнему, скользила по шелковистой коже девичьего бедра…
Однако, ничего не длиться вечно. Вскоре эйфория прошла, оставив после себя опустошенность и тревогу. В голове снова возникли тревожные мысли.
– Умеет судьба приносить сюрпризы, – еле слышно шептал он, уставившись в белоснежный потолок. – Даже дух захватывает… Что же теперь делать? Соглашаться или…
Он прекрасно понимал, что последует за этим «или». В случае отрицательно ответа, его просто уничтожат – сгноят в тюрьме. К тому же, о предназначенных ему медицинских опытах Алексей даже не догадывался. Не лежала душа дать и утвердительный ответ на предложение императора. Ведь, император не бескорыстный благодетель и «за здорово живешь» не станет брать на себя решение таких неподъемных проблем. Зачем ему все это? Старается ради влюбленной дочери? Маловероятно, хотя и возможно. Значит, было что-то еще, о чем можно было лишь догадываться.
– Дьявол-искуситель… Что же ты попросишь взамен? – скривился парень, понимая, что ему скорее всего придется соглашаться. – А может послать все к черту? Послать все эти дерьмовые игры, непонятные договоренности? Какое-то болото… Ничего не понятно… Где враг, где друг… Как же было тогда все просто и понятно.
Память услужливо подкинула ему старое воспоминание, в котором он, еще совсем салаг-пилот, смог сбить своего первого врага. Бог мой, как же было хорошо! Ладони привычно сжимали пилотную рукоять, раз за разом бросая штурмовик в резкий разворот. Перегрузки ударяли по голове тяжелым молотом, во рту не проходил вкус крови от прикушенных губ. Наконец, система прицеливания начинала верещать о захвате цели и он с воплем давил на гашетку сдвоенного орудия. Штурмовик тут же окутывался облаком расплавленной плазмы, из которой вырывались непрерывной чередой багровые сгустки огня. Огонь! Огонь! Огонь!
– Все было чертовски понятно… Как же я хочу обратно…
По длинному коридору исследовательского центра, ярко освещенному светом, шел невысокий парень. По сторонам не глазел. Чувствовалось, что путь этот ему хорошо знаком и был уже не один десяток раз пройден.
Он особо не спешил. Походка неторопливая. Руки засунуты в карманы свободного пижамного костюма. На лице застыло скучающие выражение лица. Можно было подумать, что он совершает ставший давно уже привычным и набившим оскомину моцион. Правда, державшийся позади немного крепкий мужчина с цепким взглядом и топорщившимся пиджаком с правой стороны, подсказывал совершенно другую версию.
– Алексей Михайлович, вас уже ждут в процедурном кабинете. Просят поторопиться, – негромко проговорил спец от службы имперской безопасности, подойдя к Алексею ближе.
Тот посмотрел на него и тяжело вздохнул. Взгляд сам собой опустился на палец, из которого в последние четыре дня с завидной регулярностью брали кровь для анализа. Его кончик, кажется, даже чуть лиловым стал от этих экзекуций.
– Скоро, наверное, и ночью кровь будут брать…, - невесело усмехнувшись, пробормотал парень. – Уж не поторопился ли я соглашаться на предложения императора? Или отсидка, или судьба подопытного кролика… Сейчас уже и не знаю, что лучше…
Последние несколько дней, действительно, превратились в сплошную череду самых разнообразных медицинских экспериментов, вовремя которых у него брали все, что только можно, и откуда только можно. Глава исследовательской группы, маньякоподобный старичок, окончательно осатанел, когда пошли результаты первых анализов. Он едва волосы на себе не рвал от предвкушения вот-вот случившегося открытия. Количество опытов резко подскочило, качественно изменилось их содержание. В исследовательский центр уже на второй день начали завозить дополнительное оборудование. Круглосуточно шла установка и монтаж привезенных молекулярных магоулавителей, структурных анализаторов биологических веществ, наноскопы разной мощности и многое другое, что позволяло еще глубже взглянуть внутрь человеческой материи.
У процедурной его уже ждал, потиравший руки, доктор. При виде него старикан радостно оскалился. Из под нижней губы показались два длинных желтоватых зубы, отчего улыбка стала выглядеть особенно кровожадной.
– Опять опаздываете, молодой человек. Плохо, очень плохо, молодой человек, – он так крепко вцепился в рукав Алексея, словно тот готовился сбежать, и повел его внутрь кабинета. – Мы вас уже заждались… Сегодня, вас ждет кое-что интересное. Немного в вашей буйной головушке покопаемся. Ха-ха-ха.