Чтение онлайн

Гулянье продолжилось с новой силой. Кто-то поздравлял юного Волка со столь удачной охотой, кто-то подтрунивал над тем, что старший Волк скоро станет дедушкой. Дошло даже до того, что один из изрядно подвыпивших воинов, упав на колено, предложил барону Сохран взвалить на себя часть его нелёгкой ноши, забрав один из прекрасных цветков из его сада. В зале даже на секунду повисла гнетущая тишина, но к всеобщему облегчению, сам многодетный отец лишь добродушно рассмеялся на такое предложение, пожелав воину для начала стать хотя бы командующим княжеской дружины. И ведь этот балбес потом ходил счастливый, приняв всё за чистую монету. Хотя кто его знает, может и станет, тут ведь главное мотивация.

Я же успел перекинуться парой слов с полевыми командирами, отбиться от вопросов Кромвеля о том, какие знания мне передал Ульдаг, наесться деликатесов, обнаруженных на «благородном» краю стола, и всё это приходилось проделывать, ловко лавируя по залу, стараясь оказываться в противоположном от барона Клевер углу. В целом же, всё прошло чинно и мирно, и больше никаких инцидентов не случилось.

Чего нельзя было сказать про гулянку, которую организовали для простых солдат. Во дворе они помещались с трудом, поэтому бочки с пивом и брагой для них выкатили прямо на дорогу возле замка. Благо, половину воинов уже отправили в разные концы княжества, кого нести службу, а кого залечивать раны. Но напоить даже полтысячи здоровых мужиков – дело непростое. Так и вышло, что горячительных напитков на всех не хватило, отчего начались стычки и драки, в которых, как водится, подвыпившие бойцы начали припоминать друг другу все недавние обиды.

Разыскивая в этом бурлящем котле своих ребят, я с определённой долей тревоги подумал о Колтуне, которому просто фатально не везло на подобного рода происшествия. Каково же было моё удивление, когда с подбитым глазом оказался Дунвест, самый рассудительный из всех.

– Ну серьёзно, как так-то? – спросил я его. – Тоже защищал честь отряда?

– Упал, – буркнул он, явно не желая вдаваться в подробности.

Допытываться я не стал, оставив бывшего рыцаря в покое. Но разве могли в такой ситуации смолчать его товарищи? Конечно, нет. Не прошло и пары минут, как Шуст уже по секрету выкладывал всё, что знал.

– На этот раз была задета честь дамы, – театрально закатив глаза к небу, сказал он. – А если дама в беде, то как не помочь?

– И где эта дама теперь? – спросил я, уже почему-то догадываясь, как повернулось дело.

– Да всё там же, вон, меж тех телег, со своими товарками. Там сена накидано для удобства, и уже два десятка человек в очереди стоит. 3 медяка посмотреть, 2 серебра поучаствовать.

– А в глаз-то ему кто дал?

– Тот, кто с этого процент имеет. Девицы не одни приехали, а с «кавалерами», те следят, чтобы народ платил, да девок не попортил. Он как расклад узнал, так даже мстить им не стал. Вон, ходит понурый, даже браги кружку выпил, а ведь до этого от одного её запаха морщился и иначе как мочой не называл.

– Ясно, главное, что все целы. А даму сердца лучше в ином месте поискать. Это и к тебе, Шуст, тоже относится, а то я смотрю ты уже все цены и подробности знаешь. У Зефа и так дел невпроворот, чтобы ещё на ваши чешущиеся письки отвлекаться.

– Да я так… ради интереса же, – заюлил он. – Глянул только…

– Ага, за три медяка. Иди, скажи всем, чтобы сворачивались. Нам завтра выступать, головы поутру должны быть ясные.

– А куда? – спросил он.

– А это я как раз и собираюсь выяснить.

Настойчивое внимание мастера Ульдага я почувствовал отчётливо и даже безошибочно определил направление. Солнце светило как раз со стороны надвратной башни замка, и распознать по чёрному силуэту, кто именно там стоит, было сложно. Но я не сомневался, что это был он.

Устало вздохнув, я отправился во внутренний двор, к лестнице, ведущей на стену. Обилие еды и несколько бокалов вина отбивали всякое желание карабкаться по ступеням вверх. Поэтому, добравшись наконец до мастера, я не сдержал сарказма.

– Так нравится открывающийся отсюда вид?

Но Ульдаг, по своему обыкновению, даже в таком простом вопросе нашёл философскую подоплёку.

– Хороший обзор создаёт иллюзию контроля. Тебе кажется, что ты видишь далеко и ясно, но в такие моменты обычно не замечаешь того, что творится под собственным носом. Именно поэтому проиграл магистр Шад.

– Что ж, магистр действительно отступил, а король Загоррик закончил свой жизненный путь. Бродрик уже седлает коня и готов выступить в Греш, чтобы занять пустующий трон. Думаю, и у вас, мастер, в связи с этим найдутся неотложные дела. Так не пора ли нам рассчитаться и отправится каждый своей дорогой?

– Рассчитаться… А чего ты хочешь больше, очередной кусочек правды или горсть золотых монет? Если выберешь второе, то ничего не будешь мне должен за заклинание, которое я тебе передал. Подумай, прежде чем ответить.

Думать действительно полезно, но для себя я уже всё решил.

– Трудно оценивать то, что ещё не видел и не слышал. Но всё же, я предпочту не менять условия сделки.

Ульдаг понимающе кивнул и повесил «купол».

– Тогда тебе придётся послушать историю про одного маленького мальчика. Не помню, когда именно это началось. Может, мне тогда было 9 или 10 лет. Я начал слышать голос. Не слова, но мысли. Он звал меня, просил освободить, накормить. Эти просьбы сводили с ума, не давали думать ни о чём другом. Семья считала меня спятившим, отец и вовсе дважды «забывал» меня в лесу, но я всё равно находил дорогу домой. Когда он в третий раз попытался избавиться от меня, я не стал возвращаться, а отправился на поиски того, кто меня звал всё это время. Я не помню дороги, не помню, как дошёл до места, пред глазами лишь тот момент, когда я уже стоял у входа в храм забытых богов. Сделай шаг, и потеряешь душу. Но я сделал. Сделал и следующий. Дошёл до конца и оказался в большом зале. Голос здесь звучал сильнее. Он просил впустить его, но там не было дверей. Лишь большой и ровный камень, похожий на алтарь. А затем пришли другие. Несколько мальчишек и девчонок, таких же как я. Их тоже привёл сюда зов. И когда мы все собрались в этом зале, голос сказал нам, что нужно делать.

Ульдаг смотрел в даль, на набегающие с севера белые облака, но взгляд его сейчас был обращён внутрь, он словно перенёсся на сто с лишним лет назад, в своё прошлое, и заново проживал тот день.

– Сначала мы убили самого слабого из нас, не способного дать отпор. Камень впитал его силу и кровь, но этого оказалось мало. Тогда последовала новая жертва, а затем ещё одна. Наверное, я сообразил раньше всех, чего именно добивается голос, и не стал ждать, когда очередь дойдёт до меня самого. Не успела последняя из жертв закончить свою агонию, как я уже вцепился зубами в горло ещё стоявшего на ногах «напарника». Он был сильнее меня, но я был злее и смог с ним справиться. С ещё бьющимся сердцем я затащил его тело на алтарь. Всех этих жертв едва хватило, чтобы, если и не отворить дверь, то хотя бы приоткрыть щель. Я как зачарованный смотрел на искрящийся танец света, видел, как истончается кромка материального мира, был готов узреть чудо. Но вместо чуда я познал голод . Не уверен, что нормально питался, пока брёл до храма, но то чувство, которое завладело мной в тот момент, не шло ни в какое сравнение с тем, что испытывает человек, не евший несколько дней. Мой разум, моё тело больше не подчинялись мне, а я снова куда-то шёл, не разбирая пути. Я был бесправным наблюдателем, но даже такой возможности меня постепенно пытались лишить. Сколько я скитался по лесу, пока не вышел к людям, я не знаю. Но точно помню, что они не обрадовались встречи со мной. Началась охота, а я превратился в беглеца. Тогда голос вновь заговорил со мной, и на этот раз он уже звучал внутри меня самого. Он пытался получить информацию об этом мире, приспособиться, подстроиться… иногда передавал контроль и следил за тем, как я веду себя, когда принимаю решения сам. Так прошло несколько лет, я даже смог вернуться к нормальной жизни, но перед своим совершеннолетием повстречал мага, который, распознав во мне одержимого, вознамерился избавить меня от страданий. И снова моим домом стал грешский лес, который так часто укрывает беглецов и преступников. Там же в лесу случилась наша встреча с будущим королём. А затем была клятва, принесённая в Той’о’туре – служение трону. И это не просто слова. Мой народ сохранил немало реликвий из прошлых времён. Неожиданно это стало тем барьером, который помог мне выиграть время, чтоб стать сильнее и говорить со своим вторым «я» на равных.

Мастер ненадолго замолчал, а его взгляд снова был здесь и сейчас смотрел на меня.

– Спрашивай, но помни, что если задаёшь вопросы, то значит сам готов давать ответы, – добавил он.

Вопросов было море, но если за каждый из них придётся делиться своей собственной информацией, то нужно быть осторожным.

– Срок клятвы истёк, об этом вы сказали Бродрику. Значит, и барьера больше нет. Так что же защищает вас теперь?

– Барьеры мне больше не нужны. Много позже принесённой клятвы случился экзамен на ранг мастера, который сплавил воедино две половины. С тех пор нет больше того мальчика, что однажды откликнулся на зов. Как нет и того, кто его так усердно звал.

– Это и есть тот путь, который вы предлагаете мне?

– Как один из вариантов. Или же я могу разделить вас, но тогда ты утратишь дар, а тот второй станет для меня пищей.

И вновь в улыбке Ульдага проступил оскал голодного хищника. Будто его второе «я» иногда пробивалось наружу.

– Что ж, думаю, у меня ещё есть время, чтобы принять решение.

– Но так ли его много? – спросил маг, протянув руку к моей груди, от чего я невольно сделал шаг назад. – Твой барьер прочен, он не даёт никому влезать в твои мысли и чувства без твоего на то разрешения. Но как долго ты будешь оставаться под его защитой?