Чужие люди
Шрифт:
Я и об этом месте узнал из его увлекательного рассказа про свидание с очередной моделью. Коваль на своих многочисленных женщин особо тратиться не любит, но Инна оказалась крепким орешком и выжала с Фила по-максимуму, прежде чем оказалась с ним в одной постели. В общем, итоговый чек напрочь перечеркнул все плюсы этого ресторана, и Коваль ещё долго сокрушался, что его секс обошелся ему порядка двухсот долларов, хотя того вообще не стоил по его же словам.
Пробуем наши блюда и делимся друг с другом впечатлениями. В принципе, еда оказывается сносной, по крайней мере стейк «рибай» испортить им на удается. Запечённая форель с картофелем, которую заказала София, тоже оправдывает её ожидания.
В кармане моего пиджака оживает телефон. Вынимаю его, чтобы посмотреть, кто звонит и сразу же возвращаю обратно. Как говорится, помяни чёрта, он и появится.
Только звонок прекращается, как смарт снова начинает противно жужжать.
– До чего же упрямый, - злюсь я. Надо было вырубить телефон, чтобы никто не мешал.
– Ответь, вдруг что-то важное, - беспокоится София.
Я уверен, что Коваль сидит где-нибудь в баре и сейчас будет меня уговаривать составить ему компанию. Отвечаю на звонок, чтобы сказать, что занят, но не успеваю.
– Леон, ты какого хера трубу не берешь!? – кричит он в трубку так, что София меняется в лице. – У нас цех горит, блять! Я буду только через минут двадцать, быстрее не получится. За городом был. Сходил в баньку, называется!
– Как горит? – меня обдает холодным потом. Я даже не могу адекватно принять эту мысль. Она совершенно не укладывается в голове.
– Синим пламенем, как ещё!? Не тупи, встретимся там! Я лечу.
– МЧС вызвали? – начинаю соображать, но Коваль уже сбрасывает вызов.
– Блять… - вырывается у меня совсем не литературное.
– Что случилось? – одними губами шепчет София.
– Цех горит. Надо срочно ехать. Ты со мной?
– Конечно! – подскакивает она и быстро хватает вещи.
Я бросаю наличку на стол, и мы мчимся к машине. Времени ждать счет просто нет. Поужинали в романтической обстановке...
Гоню с такой скоростью, что, кажется, собрал все возможные штрафы. София вцепилась в ручку дверцы, вся побелела и вообще не шевелится от моего вождения.
– Надо было вызвать тебе такси и отправить домой, - жалею я, что взял ее с собой, дурак. Ей-то зачем эти переживания.
– Я с тобой, - упрямо мотает головой.
– Потерпи тогда. Почти приехали.
Она послушно кивает, даже не просит сбавить скорость. Поражаюсь её стойкости, другая бы на её месте всю дорогу истерила. И спустя пару минут мы оказываемся на месте.
Выхожу из машины и вижу, как языки пламени пробиваются сквозь открытое окно небольшой комнаты на втором этаже, где отдыхают рабочие. Там стоит диван, телевизор и кухня.
Пожарных ещё нет на месте, поэтому я велю Софии ждать меня в машине.
– Леон, – хватает меня за руку, - ты же не пойдёшь туда?
– с тревогой в глазах смотрит на меня.
– Не переживай, я дождусь МЧС, а ты посиди пока, - быстро целую ее в нос и всовываю в ладонь ключ от машины. – Все будет хорошо.
В голове просто не укладывается, как вообще могло это произойти, если рабочий день давно закончился, а с пожарной безопасностью у нас всё в порядке. Мы регулярно проходим проверки. Последняя была буквально пару месяцев назад. Никаких нарушений выявлено не было. Как случилось возгорание?
21.
Всё происходит будто в тумане. Столб густого черного дыма поднимается всё выше и выше над большим двухэтажным зданием, заслоняя собой вечернее небо. Пламя так быстро разрастается, что языки огня уже виднеются в соседнем окне. Если МЧС не поторопятся, то цех вскоре будет полностью охвачен стихией, хотя его площадь достаточно внушительных размеров.
Где-то позади слышится противный шум сирен, но Леона до сих пор нет. Я не понимаю, куда он подевался. В голове полный сумбур. Меня охватывает такая дикая паника, что начинаю метаться по машине, как дикий зверь в клетке. Собственная беспомощность убивает, но я никак не могу повлиять на пожар и на расторопность спасателей.
Беру телефон в руки и пытаюсь дозвониться до Леона. Один, второй, третий гудок... Он не отвечает. Липкий страх подбирается всё ближе, сковывая внутренности в тугой узел. Меня начинает мутить от собственных мыслей, которые как назойливые мухи кружат в голове.
Что, если он всё-таки вошел внутрь? Гоню их тут же прочь. Нет-нет-нет. Он же обещал, что не полезет туда, не станет собой рисковать. Обещал дождаться пожарных, которые едут целую вечность, как мне кажется.
Наверное, впервые в своей жизни я испытываю нечто подобное. Осознание, что могу его больше никогда не увидеть медленно накрывает меня с головой.
Картина пылающего цеха перед глазами не внушает оптимизма. Из-за волнения воздуха в легких не хватает, я с громким стоном швыряю телефон на соседнее сиденье и пытаюсь выровнять дыхание.
Почему когда всё начинается так хорошо, обязательно заканчивается каким-то очередным дерьмом?
Вереница пожарных машин с мигалками и кареты скорой помощи прибывают почти одновременно, выстраиваясь одна за другой возле горящего здания. Ну наконец-то...
В этот момент дверца с моей стороны резко распахивается, я не успеваю вскинуть голову, да мне даже и не приходит эта мысль. Я просто уверена, что это Леон. Бросаюсь к нему, крепко обнимаю за талию, уткнувшись носом в грудь, и только спустя несколько секунд понимаю, что это не он, когда чужие руки заторможено опускаются мне на спину, и аромат совсем другой. Сладковатый, навязчивый. Его запах я бы ни с чем не спутала.
Тут же отшатываюсь в сторону и ошарашенно поднимаю глаза. Высокий мужчина с модной стрижкой на один бок смотрит на меня с таким же нескрываемым удивлением, как и я на него. Случись это при других обстоятельствах, выглядело бы комично со стороны.
Наверное, это друг Леона. Он говорил, что тот должен приехать.
– Мы знакомы? – вскидывает он бровь и прищуривает один глаз, будто усиленно пытается меня вспомнить.
– Нет. Простите… я подумала, Леон вернулся, - признаюсь я с тихим отчаянием в голосе.
После слов, что мы не знакомы, мужчина заметно расслабляется, и спрашивает, продолжая меня рассматривать:
– А где он?
– Не знаю, сказал, что дождется пожарных, но куда-то исчез. Я беспокоюсь за него, - закусываю щеку изнутри, чтобы не разреветься, перевожу взгляд на здание. Мужчина улавливает мои опасения.
– Да твою ж! – ругается он и быстрым шагом направляется в сторону цеха, бросая меня одну.
Я остаюсь стоять в полной растерянности. Тревога в груди все сильнее укрепляется, пуская свои корни в самую глубь. Господи, хоть бы с ним всё было в порядке!