Чужие миры
Шрифт:
Тень замерла в нерешительности, и тогда вперед сорвался хрупкий жезл стихийных. Тонкие змейки соскользнули с его изгибов и поднялись, одновременно разбухая и наливаясь золотистым светом, ярким чужим огнем среди всеобщего хаоса. Гибкие тела качнулись и со сверкающих челюстей сорвалась вниз ядовитая слюна. Молниеносный бросок – и тонкие змеиные головы погрузились во тьму, озаряя ее изнутри ослепляющим светом. Вверх торжествующе устремилось высокое четырехцветное сияние стихийных. Вода, земля, свобода ветра и легкомыслие воды тонкими лентами пронизали низкие своды… И мир задрожал.
Резкие толчки сотрясали землю, крики магов слились с ревом ветра и подземным гулом. Крохотный мир искривлялся, ночной небосвод трескался, как разбитое стекло, а тьма смешивалась с клочьями туч и сверканием молний. Хаос сметал великий Ризмор.
Верховный Мириэл неожиданно поднялся с земли, распрямляясь во весь рост среди бушующего неистовства. Изумруд его жезла ярко пылал, разливая на остатки города серебристую пленку. Он что-то кричал, запрокинув голову и закрыв глаза, а город тускнел, постепенно пропадая из виду. Последнее, что увидел Шериан – это как темный маг рухнул на колени, а затем распростерся на перемолотой земле. Тонкая пленка, охватившая весь город, стала еле видимой, и последним толчком вырвав правителя из своего чрева, исчезла совсем, поглотив Ризмор. И только крохотная изумрудная точка подле поверженного мага тихо тлела, гася последние секунды жизни Великого Мириэла.
Тень тихо скользнула к израненному телу, тонкие сильные пальцы сжали плечо, переворачивая его на спину. Веки верховного дрогнули, приоткрывая взгляд тусклых серых глаз.
– Ты победил, – чуть слышно сказал он и слабо улыбнулся. – Я сомневался, не был до конца уверен, а теперь знаю – ты не просто тень из мира теней, ты сын Тиэла. Когда-то давно, когда наш мир еще был цел, мы враждовали. Всегда. И вот все закончилось. Ты был прав – мне действительно не хватило сил. – Его рука нащупала рядом с собой жезл. – Возьми, теперь он твой.
Он вложил его в ладонь имперского стража:
– Этим я соединяю наши Силы, так ты сможешь вернуться в Миньер.
Рука мага мягко упала на землю и серые глаза закрылись.
– Торопись, – прошептал он.
Шериан поднялся с колен. Изумрудный шар вновь радостно разгорелся, жадно черпая Силу нового хозяина и неожиданно, вспышкой, камень поменял цвет на глубокий синий с зеркально-черными гранями.
Мир вокруг стремительно исчезал. Мириэл ценой собственной жизни отправил свой народ блуждать во тьме, пока уже она не найдет им новое пристанище. Так что теперь среди царящего безумства оставались только две маленькие точки.
– Миньер! – выкрикнул Шериан, вздымая руку с жезлом к средоточию хаоса – огромной воронке над головой.
Ветер с ревом рванулся вниз, подхватывая его и устремляясь к центру спирали. Ослепительная вспышка, последняя и самая сильная сотрясла мир, раскалывая его пополам, и древний осколок померк…
Крики, тревожные крики вокруг. Где это? Где он?! И тьма, везде одна тьма…
– Да разойдись! Дайте пройти! – прорвался сквозь гул хриплый рассерженный голос.
Кажется, звякнуло оружие.
– Разошлись! Разошлись, говорю!
Тяжелые шаги рядом.
– Мать моя! Да это ж капитан, – потрясенно пробасил кто-то. – Эй, люди! Чего стоим?! Ослепли что ли?! Не видите – человеку плохо?! Капитан, капитан, – позвали его.
Ресницы дрогнули и яркий свет ударил так, что на миг перехватило дыхание.
– Живо-ой! – радостно возопили над ухом. – Живой он, ребята! Давайте, давайте, капитан, поднимайтесь. Щас помогу, держитесь. Ну вот и встали.
Разорванное сознание неохотно складывалось запутанной мозаикой.
– Ты…кто? – Голос прозвучал глухо, словно придавленный каменной стеной.
– Из дворцовой стражи я, – ответил здоровенный бородатый воин. – Вы меня не помните? Ну это ничего. При вашем состоянии даже собственное имя позабыть можно. Белый вы, прям как смерть ходячая. Да разве ж так можно? – с укором бормотал он. – Ну ничего, щас мои ребята мага-целителя растолкают – вмиг будете, ровно новенький.
Шериан чувствовал себя глухонемым, безруким и безногим. Улица перед глазами кружилась, сливаясь в неразличимое марево.
– Эта штучка ваша? – спросил воин, скосив глаза на тонкий длинный жезл, так и оставшийся лежать на мостовой. – Прямо как у этого… Свиона, – уважительно произнес он. – А вы как… капитан! Капитан! Да что ж это…
Знакомый обзор. Кажется, совсем недавно он вот также валялся в постели, взирая на потолок, и вот на тебе, опять здесь и опять в том же самом положении. Шериан шевельнулся и тут же скривился от боли. И кто ж это так над ним постарался, что кости прям выдирает из суставов. Наверное, маг-целитель. Ну попадись… Голову можно и оставить, а вот зубы…м-да, зубы – это святое дело.
Последние события предстали неожиданно ярко, опалив странной горечью и невольной скорбью. Вот и нет больше Ризмора в этом мире. Растаяли границы, обнажая пустоту. Теперь стихийным ничего не угрожает. Хотя, может все это ему только кажется?
Сцепив зубы, Шериан встал и сделал крохотный шажок. Вроде ничего. Стараясь идти прямо, он приблизился к окну. Так и есть – Миньер, значит, не почудилось. Рука сгребла со стола жезл Мириэла, прицепила к поясу так, чтобы не было видно из-под плаща. Где там теперь Роуэн? Пальцы погладили гладкий камень, и в памяти всплыли спокойные глаза молодого мага. Глаза цвета олова. Именно он сделал все возможное, чтобы донести до чуждого им иноземца свои боль и правду, заставить понять и уважать себя, как сильного врага, просто желающего жить.
Шериан шагнул к двери, пошел по коридору, удивляясь, почему ступени не сливаются в бешеном беге. Потом спохватился – это же Миньер. Но было что-то еще, в нем самом. Что-то новое в походке, взгляде, словно за спиной сотни лет пролетели одним днем. Как-то по-другому начали видеться вещи. Безразличнее и вместе с тем намного глубже. И Сила появилась уже не шуточная, настоящая.
"…из мира теней". Да, теперь он может в любой момент стать тенью, неуловимой, быстрой и жестокой. Только надо научиться держать себя в руках.
Странно, почему люди расступаются перед ним и отводят глаза, лишь бы ненароком не встретиться взглядом. Почему жмутся к стенам и смотрят вслед одновременно с уважением и опаской. Он чувствует это, каждый их взгляд, даже мысли.
– Сюда, капитан. – Рядом появился один из личных стражей Краена, посмотрел в глаза и тут же уставился в пол. – Император ждет вас в кабинете, – голос вдруг зазвучал принужденно, чуть неестественно.
Он придержал дверь, пропуская Шериана, плотно притворил ее а его спиной и поежился.