Чтение онлайн

– Простите, сэр, а куда мы направляемся? Если я правильно понял, на Землю?

Створки дверей лифта разошлись, Хиллиард вошел первым, бросив на ходу:

– Нет, на знакомую вам LV-426. Бишоп замер возле самых дверей.

– Куда-а? – подозрительно протянул он.

– Я же ясно сказал – на Ахеронт! – раздраженно ответил Хиллиард. – Наша миссия не закончена.

– Но ведь колонии Хадли больше не существует… – растерянно сказал Бишоп, входя в лифт. – Ядерный взрыв… Вам должно быть известно об этом!

– Мы прекрасно знаем, что там произошло! – огрызнулся Хиллиард. – Послушайте, Бишоп, будет гораздо лучше, если вы будете делать то, что вам приказывают, и воздержитесь от лишних вопросов!

Бишоп неопределенно хмыкнул, но ничего не ответил.

Капитан Хоуп заканчивал работу. «Патна» была последним словом земной техники, а потому для управления кораблем не требовались ни штурман, ни навигатор. С их работой вполне справлялся центральный бортовой компьютер, в шутку именуемый экипажем Хозяином. Достаточно было задать ему необходимые координаты, а все необходимое для прокладывания курса он делал сам. Несколько систем контроля и дублирования могли успешно заменить Хозяина в случае выхода из строя, хотя такая ситуация представлялась совершенно невероятной. Потому командный отсек на крейсере был самым небольшим, но зато и самым защищенным помещением. Все пространство перед пятью центральными иллюминаторами трапециевидной формы занимал пульт электронного навигатора. На десятках мониторов высвечивались диаграммы и показатели жизнедеятельности всех элементов крейсера. Здесь же возвышалось единственное кресло, принадлежавшее капитану. Возле боковых стен располагались системы ручного управления кораблем, установленные скорее только ради традиции. Чуть сзади и слева находился стальной шкафчик с личным оружием капитана, открывавшийся в редчайших случаях. Хоуп вообще считал, что его стоит убрать отсюда. Ладно еще на звездолетах, перевозящих заключенных на планеты типа Фурии-161, – там действительно иногда случались бунты, тем более что невольных пассажиров в гиперсон не погружали и они бодрствовали порой по три-четыре месяца. И это в условиях дикого холода и отвратительного питания. Компанию и правительство подобные мелочи мало интересовали, а расхлебывать печальные последствия приходилось экипажам кораблей.

Но «Патна» все же разведывательный корабль, а Хоуп сейчас им командует. Мало ли что может случиться. Хотя вряд ли – стандартная экспедиция, обычный полет. По крайней мере, с точки зрения навигации и пилотирования, а на планету ему, капитану, спускаться не придется. Сиди себе, работай с компьютером, глазей в иллюминатор, а счет в банке все растет и растет. А по окончании полета, если верить заверениям Хиллиарда, можно спокойно и безбедно провести остаток жизни в уютном домике где-нибудь в штате Мэн, слушая вой ветра в соснах зимой. Хоуп не успел обзавестись семьей, работа не позволяла. На Земле он бывал редко, не больше двух-трех недель в году, если не считать отпусков. Да и что такое отпуск? Месяц на Гавайях или в Греции, а потом снова космос. Недаром самый высокий процент разводов среди пилотов Дальнего Флота. В этом вопросе Крис проявил разумную осторожность и не женился. Ни к чему лишние трагедии и переживания. А сейчас ему сорок два. Всего только сорок два, лучшие годы для мужчины. И полжизни впереди, причем жизни безбедной. Все у него появится – и дом, и жена, да и радиации он нахватался не слишком много, так что и на наследников можно рассчитывать. Вот только закончится этот последний полет…

В принципе капитан Кристофер Хоуп был человеком вполне порядочным. Экипажи, с которыми ему приходилось работать, любили и уважали его. Он никогда не страдал излишним самомнением. Проведя почти два десятка лет в космосе, Хоуп на собственном опыте усвоил нехитрую истину: будешь задирать нос – окажешься в дерьме. Тем более работая на разведывательных кораблях. Там шкура каждого зависит от соседа, с которым идешь в одной упряжке. Хоуп при надобности мог исполнять обязанности компьютерного техника, инженера, врача и кого угодно. Обладая спокойным и уживчивым характером, он прекрасно ладил и с начальством, и с подчиненными. Пусть выполняемая им работа порой не заслуживала названия чистой, но в том не было его вины – он выполнял приказы.

Только об одном он вспоминал с неприятным осадком в душе. Года четыре назад в одной из недавно основанных колоний, удаленной от Солнечной системы на сотню парсеков, вспыхнула эпидемия. Эта планета в системе Веги была идеальна для заселения: кислородная атмосфера, вода, низкий уровень радиации. За восемь лет туда перебралось почти двадцать тысяч человек. И вдруг на этой благополучной планетке началось черт знает что. Вначале поступали сообщения о вспышках непонятной болезни, уносившей ежедневно десятки жизней. Прибывший туда отряд биологов и спасателей погиб почти полностью в первый же день. Эпидемия охватила центральное поселение колонии, из уцелевших городков сообщали, что и у них появились заболевшие, а многие из колонистов хотели эвакуироваться, благо имелись собственные космические корабли. Правительство и руководство «Уэйленд-Ютани» настолько испугались возможности распространения эпидемии в других колониях, что приняли конфиденциальное решение уничтожить обитателей планеты. Эту миссию сомнительного свойства возложили на Хоупа. Его корабль расстрелял поселения ядерными ракетами. Тот факт, что больше половины населения Дэлирама – так называлась колония – было не заражено, прошел мимо внимания отдающих приказы. А всю историю списали на взрыв вышедшего из строя реактора энергоустановки. Дэлирамская трагедия надолго засела в памяти капитана Хоупа – но приказ есть приказ…

Гибель колонии Хадли на Ахеронте заставила всплыть эти давние воспоминания. Похожий сценарий. Только на Ахеронте взорвался атмосферный процессор, вот и вся разница. Что же произошло на самом деле, Хоуп не знал, хотя его предположения были недалеки от истины. Ему отчасти было известно о существовании Чужих. Хиллиард сообщил капитану о цели экспедиции – тщательно обследовать территорию Фиорины (по крайней мере, вначале), а также попытаться отловить экземпляр чужого живого существа. Если, конечно, оно там найдется. Что это за существо – Хиллиард подробно не объяснил, но ясность того, что именно непонятный Чужой более всего интересует Компанию, вызвала в воображении Хоупа образ клыкастого монстра, почему-то смахивающего на персонажа древнего романа ужасов – собаку Баскервилей.

Потом, как выяснилось, на Фиорине никого в живых не осталось, и руководство, получив какие-то засекреченные приказы из центрального офиса «Уэйленд-Ютани», приказало направиться к LV-426.

На сегодняшнее совещание Хоупа не пригласили, но еще до его начала он получил новые инструкции. Очередная смена курса. Ну что же, на Ахеронт так на Ахеронт.

«Патна» начала разворот. По левому борту зажглись сопла микроракетных двигателей, и массивный нос корабля величественно поехал вправо. Светочувствительные элементы системы внешнего слежения отыскали среди мириадов звезд свет маленькой Z-3 и подали сигнал в командный отсек. Незамедлительно на экране компьютера появилось сообщение: «ПЕРЕОРИЕНТАЦИЯ ЗАКОНЧЕНА, ОРИЕНТИР ОБНАРУЖЕН. ПОВОРОТ ПО РЫСКАНЬЮ НА 29'45"».

Далее все было просто и знакомо. Найдя ориентир – свет необходимой звезды, – электронный навигатор направлял корабль в нужный сектор Галактики. В этот район лучи Z-3 шли сотни лет, и звезда успела сместиться на порядочное расстояние. Приближаясь к ней, компьютер будет корректировать курс корабля по ее свету, искаженному временем и пространством. По достижении окрестностей звезды гипердвигатели будут отключены, и лишь тогда потребуется вмешательство капитана. А за состоянием корабля в гиперпространстве, пока люди спят, будет наблюдать робот-андроид, обычно входящий в состав экипажа корабля. Однако на этот раз андроида на борту почему-то не оказалось. Вернее, он был, но не функционировал, и Хоуп уже собирался позвонить робототехникам и намекнуть, что до вхождения в гиперпространство осталось несколько часов и робот ему скоро понадобится.

Хоуп только потянулся к коммуникатору, когда мелодичный звонок сообщил, что в отсек пришли посетители. Как Хоуп ни старался, он до сих пор не мог привыкнуть к тому, что роботы серии «Бишоп» один к одному напоминают своего создателя. Вот и сейчас он сидел в кресле и, хлопая глазами, смотрел на стоявших перед ним Хиллиарда и андроида. Правда, на одном был дорогой костюм, а на другом – военная куртка, а под ней синяя рубашка в клетку, но по лицу и фигуре – вылитые близнецы.

– Бишоп, – представил Хиллиард своего спутника. – Он будет замещать вас во время гиперпрыжка. У него имеется квалификация пилота-навигатора. Бишоп, это капитан Хоуп.

– Очень приятно. – Хоуп приподнялся с кресла и пожал синтетику руку. – Вам уже приходилось летать на кораблях такого типа?

Бишоп многозначительно промолчал, и капитан не стал переспрашивать, решив, что «Патну» вряд ли доверят начинающему пилоту. Ну не признаваться же, что «Сулако» был единственным кораблем, на котором работал Бишоп со дня своего «рождения». Там он выполнял обязанность первого помощника, но фактически являлся капитаном. По документам его начальниками являлись командиры военных подразделений, которые перевозил «Сулако», однако в дела навигации и пилотирования они никогда не влезали, да и вообще старались ему не мешать. Андроид был единственным отвечавшим за корабль и груз. «Патна», как уже понял Бишоп, была кораблем куда большим и сложным, тем более и командовал ею человек. Ну что ж, придется поработать здесь.

Утром Логинов, как обычно, принял смену у своего коллеги, выпил традиционную чашку кофе, ознакомляясь в это время с состоянием своих подопечных, вернее, подопечной.

Ну-с, как там поживает наша уважаемая Мария Викторовна Семцова? Кровь, дыхание, работа сердца и мозга в норме, регенерация тканей идет полным ходом. Логинов еще раз с удивлением отметил про себя, какой крепкий организм у этой женщины. Питание она по сей день получала внутривенно, но если все будет нормально, то уже сегодня ей можно будет дать сок с мякотью и хлеб.