Чтение онлайн

Что же может предложить потребителям ivi.ru из того, чего не могут — бесплатные торрент-трекеры? Долго думал, но так ничего и не надумал. Нужно обладать каким-то особым строением ума, чтобы написать такое: «Качество просмотра (фильмов на ivi.ru — С.Г.) также заряжает положительными эмоциями, так как лицензионная продукция всегда лучше». Видать, и вправду отечественные журналисты свалились через другого на третий с Луны.

Главная опасность для ivi.ru таится, однако, не в торрент-трекерах, а в естественной убежденности нашей культуры и цивилизации в том, что нематериальные (цифровые) интеллектуальные продукты должны использоваться безвозмездно. Даже материальные продукты — бумажные книги, например, — и те в свои времена по мере возможности распространялись бесплатно: через библиотеки, через прямой обмен между читателями и т. п.

Такое «пренебрежение» англо-саксонской парадигмой в остальном мире — не плохо и не хорошо. Это просто реальность, данная в ощущениях. Чем скорее эту реальность малочисленные, но жутко пассионарные сторонники «общечеловеческой» стрижки под одну гребенку поймут, тем будет лучше. Для них самих и их инвесторов.

Есть ли у ivi.ru шанс на выживание? Конечно, есть! Вот только кроется он не в рекламной модели стримминга, а в эксклюзивности контента. Если ivi.ru и подобным ему сервисам онлайн-проката удастся заполучить уникальные видеоматериалы, не доступные торрент-трекерам и конкурентам, придут на портал миллионы зрителей и рекламодатели выстроятся в очередь. Ну а если «моральное удовлетворение от просмотра легальной видеопродукции» и дальше останется единственным козырем, боюсь, биография ivi.ru окажется гораздо короче биографии Блокбастера.

Мир явно сошел с ума! 16 апреля 2010 года Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC) выдвинула Goldman Sachs официальное обвинение в гражданском обмане. Конгрессмены и сенаторы тут же вызвали на слушания высших должностных лиц компании, а через две недели прокуратура южного округа Нью-Йорка инициировала расследование на предмет возбуждения против Goldman Sachs еще и уголовного дела.

В народе сложившаяся ситуация называется «спустить всех собак». Удивляться не приходится: в период тяжелого кризиса поиск козла отпущения является едва ли не самым действенным приемом стравить пар общественного негодования. Поскольку абстрактный образ банкира-кровососа уже давно пользуется в Америке высокой популярностью, наполнение этого образа конкретным содержанием было вопросом даже не месяцев, а дней. «Стране непременно нужно кого-то повесить!» — пожаловался финансовому колумнисту The New York Times Андрею Соркину один из членов правления баффеттовской Berkshire Hathaway.

Непонятно другое: почему Goldman Sachs?! Как могло случиться, что роль «крайнего» досталась не кому-нибудь, а флагману финансового могущества Америки? Допустим, публика сразу бы угадала циничный подлог в жертвоприношении какого-нибудь банка из «второго эшелона». Ей ведь непременно подавай протагониста, одного из тех, чьими прямыми усилиями мировой финансовый рынок погрузился в беспросветный морок. Так и замечательно! В «первом эшелоне» полно соискателей, гораздо более достойных наказания, чем Goldman Sachs: JP Morgan, изобретатель всех самых токсичных ипотечных деривативов; AIG, высосавшая из налогоплательщиков 180 млрд долларов; тройка циничных мистификаторов-оценщиков (Moody’s, Fitch и Standard & Poor’s), которая, на мой взгляд, несет львиную долю ответственности за финансовый беспредел нашего времени. Наконец, Morgan Stanley, занимавшийся последние 10 лет ровно тем же, что и Goldman Sachs, только с несопоставимо меньшим успехом.

Ан нет! Выбрали для распятия Goldman Sachs — единственную компанию из числа финансовых небожителей, которая не только не пострадала от кризиса производных ипотечных бумаг, но еще и порадовала своих сотрудников, клиентов, инвесторов фантастической прибылью. По итогам прошлого года, отмеченного мировым спадом производства, Goldman Sachs заработал 48 млрд долларов — больше, чем когда-либо в своей истории (да и вообще в истории банковского обогащения Америки). Через несколько дней после начала судебного преследования со стороны SEC Goldman Sachs обнародовал квартальный отчет, который в очередной раз по всем показателям разметал самые оптимистические ожидания аналитиков: доход — 12,78 млрд долларов (прогноз был 11,05), что на 91% выше показателя за аналогичный квартал прошлого года.

Все впустую. Акции Goldman Sachs обвалились с начала преследования SEC со 185 до 143 долларов, вымыв из капитализации компании почти 20 млрд долларов. А ведь судебное разбирательство еще даже не начиналось! Можно только догадываться, что случится с акциями Goldman Sachs после того, как нью-йоркские прокуроры доведут дело до уголовщины (в том, что доведут, можно не сомневаться!)

«Наезд» SEC на Goldman Sachs тем ошеломительнее, что опирается на смехотворные обвинения, не выдерживающие критики ни с юридической, ни с организационной, ни с моральной точки зрения (именно на последнее делает акцент Комиссия по ценным бумагам и биржам). «Не хотелось бы употреблять слово «детский», но как раз таковым это обвинение и является», — недоумевает Кеннет Гриффин, создатель Citadel Investment Group, одного из крупнейших частных хедж-фондов.

С обвинения SEC мы и начнем наш анализ ситуации. Поводом для гражданского иска послужила извлеченная из небытия рядовая сделка с ипотечным деривативом — Abacus 2007-AC1, созданным и реализованным вне рынка Goldman Sachs три года назад. C июля 2004-го по апрель 2007 года Goldman Sachs успешно провернул 23 «Абакуса», но придрались почему-то именно к этому. Почему придрались — скоро узнаем, пока же рассмотрим структуру сделки.

Формально инструмент Abacus 2007-AC1 являлся разновидностью синтетического CDO (Collateralized Debt Obligation), многоуровневое долговое обязательство, обеспеченное залогом. Долговые обязательства, положенные в основу CDO, созданного Goldman Sachs, представляли собой ипотечные кредиты низкого качества, т. н. sub-prime. За всеми остальными подробностями CDO отправляю читателей к статье «Крамерика — репортаж с петлей на шее» — нашему некрологу в память о невинно убиенном Bear Stearns («Бизнес-журнал», 2008, № 7).

ПОЧЕМУ ДЛЯ РАСПЯТИЯ ВЫБРАЛИ ФАНТАСТИЧЕСКИ ПРИБЫЛЬНОГО ФИНАНСОВОГО НЕБОЖИТЕЛЯ, НЕ ПОСТРАДАВШЕГО ОТ КРИЗИСА ПРОИЗВОДНЫХ ИПОТЕЧНЫХ БУМАГ?

Была, однако, в Abacus 2007-AC1 изюминка, которая, судя по всему, как раз и не понравилась SEC. Дело в том, что CDO, созданное Goldman Sachs, было дополнено еще и CDS (Credit Default Swap), кредитно-дефолтным свопом, позволившим подключить к сделке еще одного контрагента — в роли страховщика2. Опять же — отсылаю читателей за техническими подробностями к своей статье «Анатомия одной булимии» («Бизнес-журнал», 2008, № 21-22), в которой я проанализировал структуру CDS, а также роль JP Morgan в создании самого токсичного дериватива современности.

Всего в инструменте Abacus 2007–AC1 было задействовано пять агентов:

• Goldman Sachs, создавший дериватив, выступивший его поручителем и соединивший продавцов с покупателями и страховщиками;

• Paulson & Co, хедж-фонд Джона Полсона, выступивший в роли продавца «Абакуса»;

• ACA Management и IKB Deutsche Industriebank — покупатели «Абакуса»;

• ABN Amro, голландский банк, хеджировавший в обмен на премию в 7 млн долларов риски по той части CDO, которую приобрел ACA Management.

Год спустя ипотечные кредиты, подлежащие Abacus 2007-AC1, полностью обесценились, IKB Deutsche Industriebank потерял 150 млн долларов на сделке, а ACA Management — 841 млн. Поскольку длинная позиция по CDO у ACA Management была хеджирована кредитно-дефолтным свопом (у немцев никакой дополнительной страховки по «Абакусу» не было), свои убытки по сделке ACA переложила на хрупкие плечи ABN Amro, который и выплатил Goldman Sachs всю причитающуюся c ACA сумму.

Goldman Sachs перевел всю выручку на счет Джона Полсона, продавца Abacus 2007-AC1 и единственного победителя в сделке. Сам Goldman Sachs, между прочим, потерял на «Абакусе» 90 млн долларов, поскольку также занял по CDO частично длинную позицию.