Чтение онлайн

Раам предсказал моё приближение с точностью до самого крошечного движения, перехватил его так ловко, словно заранее знал, куда и как именно я собиралась ступить, и когда я, наконец, оказалась в зоне его досягаемости, резко закрутил меня в свою сторону, разгорячённым объятием прижимая меня спиной к его вдохновенно вздымавшейся груди.

Его дыхание вновь обожгло мою шею, кусая её хлынувшими мне под кожу невыносимо колючими мурашками. Его бёдра совершенно беззастенчиво прижались к моим ягодицам, отчего я неосознанно вздрогнула и подалась навстречу его неожиданной похоти, в ту же секунду отчётливо ощущая, как между моих ног постепенно начинало разгораться совершенно непрошенное пламя желания.

Руки демона властно провели по моим бокам, с неприкрытой раззадоренной страстью, но без неуместной для бала пошлости, а затем остановились на моих бёдрах, собирая пальцами складки моего изысканного платья, словно демон намеревался его с меня сдёрнуть. Я требовательно положила свои ладони поверх мужских, принуждая своего партнёра расслабить пальцы и ненадолго довериться моему предводительству, а затем грациозно повела руками вверх к собственной талии, заставляя Раама медленно следовать за моими поглаживающими движениями.

Прикрывая от чужих глаз его уже не столь осторожные прикосновения к моему донельзя взбудораженному телу, готовому вспыхнуть и тут же сгореть без остатка при малейшем намёке на то, что это было уже далеко не просто противоборство двух одинаково устрашающих хищников.

Мы танцевали с Раамом, должно быть, ещё несколько жарких минут, которые показались мне вечностью. Мы сближались друг с другом вплотную, почти непристойно даже для танца хозяина и его бесправной рабыни, а затем вновь отдалялись, щедро подогревая и без того раскалённое напряжение между нами. Воздух вокруг нас буквально трещал от бушевавших эмоций, отгоняя от нас немногочисленные пары других достаточно смелых танцоров, а мы всё продолжали соперничать, словно именно это непримиримое противостояние было всей целью нашего с демоном сосуществования.

Его властные взгляды пронизывали всё моё тело невидимой, но вполне осязаемой тьмой, заставляя меня трепетать не то от покорности, не то от пугающе сильного вожделения. Не признавая его превосходства, я без сомнения нападала на Раама в ответ, заставляя его отступать от моих наполненных хищным азартом движений и на время принимать правила моей игры, а затем переходить в ответное наступление и с лёгкостью порабощать все мои помыслы одним лишь дурманившим прикосновением крепких рук к моему распалённому телу. Каждая моя клеточка разрывалась от непреодолимого стремления выиграть в этом безмолвном поединке, показать моему сопернику, что, несмотря на молчание моего бога, во мне доставало естественной силы, чтобы дать слуге Агрифа достойный отпор… И в то же время я жаждала безоговорочно ему подчиниться.

Звучание музыки вокруг нас достигло своей кульминации, воздух засиял будто бы тысячами искорок от круговерти эмоций в моём совершенно спутанном сознании, и в ту же секунду, будто бы ощутив мою мимолётную слабость, Раам подтянул меня обратно к себе, лишая остатков всяческого сопротивления.

Веер пальцев его правой руки лёг на мой подбородок и щёку, приближая моё лицо так плотно к его, что мои дрожащие от вожделения губы почти припали голодным поцелуем к его привычной надменной ухмылке, однако прикосновение демона было достаточно крепким, чтобы удержать меня от возможного безрассудства. Я привычно поймала его запястье, пытаясь создать хотя бы видимость какого-то контроля с моей стороны, однако Раам предугадал и это движение, немедленно охватывая мою талию крепким объятием и резким порывом низко наклоняясь в мою сторону, отчего мне не осталось иного выбора кроме как последовать за его напором и прогнуться в пояснице столь сильно, что мои волосы едва не коснулись паркета бальной залы, и почти весь мой вес беззастенчиво лёг на крепкое предплечье моего партнёра.

Наверное, это столь неустойчивое для меня положение должно было стать справедливым концом нашего поединка. Демон выиграл, оказался сильнее, принудил меня всецело довериться его мощной, уверенной хватке. Однако… Я не была готова вот так вот легко сдаться.

Изящно махнув ногой, я освободила её сквозь предусмотрительно глубокий разрез своего превосходного платья, а затем забросила её на мужское бедро, беззастенчиво демонстрируя свою обнажённость всему высшему свету Касэтского общества. Теперь Раам оказался точно так же заперт в моих объятиях, как и я оказалась в его, и моя голень на его заднице создала для меня новую точку опоры, но и это по-прежнему был не конец моего замысла.

Моя вторая нога, которая до сих пор стояла на полу и поддерживала во мне равновесие, оторвалась от начищенного паркета и слегка приподнялась в воздух, целиком и полностью перенося весь мой вес на партнёра по танцу. Первоначальное самодовольство в его потемневшем от ненасытности взгляде довольно быстро сменилось удивлением от неожиданности моего поступка, а то, в свою очередь, столь же стремительно преобразовалось в благосклонное признание в нашем споре ничьей.

Ведь теперь доверие Рааму стало моим собственным выбором, а не необходимостью, на которую он заставил меня пойти. И это, в свою очередь, означало, что я обладала достаточной силой, чтобы в любой момент от него отказаться.

Музыка вокруг нас, наконец, затихла, и мужчина медленно выпрямился, позволяя мне опустить ноги обратно на пол. Его ладонь по-прежнему крепко удерживала мой подбородок, пока ещё сохраняя остатки постепенно исчезавшей из воздуха похоти, а во взгляде играло глубинное удовлетворение, которое прорывалось будто бы из самой его сущности, надёжно укрытой от неуместного любопытства простых смертных за винными радужками графа Ле’Куинда.

– Славно повеселились, киса, – миролюбиво заключил Раам, и его требовательная рука, наконец, отпустила меня окончательно, позволяя мне глубоко вдохнуть без назойливого ощущения экстатической сдавленности в грудной клетке.

Впрочем, на самом деле демон вовсе не планировал позволить мне устроить даже короткую передышку в этот по-настоящему решающий для нас с ним обоих вечер.

– Пойдём, Ичель, я хочу кое с кем тебя познакомить, – теперь уже на обычной для Дейрана громкости произнёс Раам, и легко подхватив меня под талию, пошёл куда-то в сторону, позволяя танцующим парам вновь занимать свои места и приступать к очередной неизвестной для меня пляске.

– Разумеется, Ваше Высочество, – смиренно выдохнула я, надеясь, что уж теперь-то мне позволят вернуться к тому единственному заданию, ради которого мне вообще-то пришлось уговаривать графа организовать весь этот напыщенный бал.

И на сей раз я не ошиблась в своих предположениях.

– Граф Теалинд! – Раам бесцеремонно раздвинул собой компанию беседовавших с Браном виконтов, и те послушно отступили на шаг в сторону, позволяя двум Высочествам спокойно поговорить между собой, – Я очень рад видеть вас в качестве одного из моих самых дорогих гостей. Как вам нравится сегодняшний вечер?

– Граф Ле’Куинд, – приветственно кивнул брюнет, а затем, немного поколебавшись, всё-таки отдал сигарету стоявшей рядом с ним гунири и махнул рукой, намекая девушке на то, чтобы она поскорее исчезла, – Должен сказать, ваше приглашение всполошило все графские семьи Коалиции. Оно оказалось таким… неожиданным, учитывая ваше стремительное исчезновение из наших кругов. Признаться, я даже не знал, чего мне следовало ожидать, но вам всё-таки удалось произвести на меня впечатление. В приятном смысле. С каких пор вы изменили свои принципы насчёт рабов?

– С тех самых, как случайно увидел на торгах эту милашку, и не смог перед ней устоять, – демон пододвинул меня на шаг ближе к Теалинду, и только глупец не распознал бы в этом жесте его желания подсунуть меня своему собеседнику, – Это моя любимая крошка Ичель. Вы ещё не успели с ней познакомиться?

О, Таящийся… Дейран у Раама выходил какой-то отвратительно никудышный. Теперь-то мне стало, наконец, понятно, почему демон не пытался заменить сущность Ле’Куинда полностью, а по большей части прятался где-то глубоко внутри настоящего графа и лишь периодически выныривал из него на поверхность.