Чужое противостояние
Шрифт:
– Ничего себе, – присвистнул Костя, покачав головой, – кому-то вы, похоже, перешли дорогу с этими артефактами. А в полицию вы не обращались?
– Ну, во-первых, мы не могли афишировать предмет своих поисков, – развел руками Вадим, – а во-вторых, мы все же обратились в полицию после случая в лагере, но, как нам показалось, от нас просто отмахнулись. И более того, возникло подозрение, что кто-то из полиции может быть с этими злоумышленниками заодно.
– Хм, но зачем им это? – удивился Костя, снова ощутив в глубине души некое сомнение.
– Ну, как ты думаешь, сколько может стоить артефакт из гитлеровской Германии, пусть он даже и не инопланетный? – спросил Вадим.
– Ты хочешь сказать, что кто-то знает об артефактах, но, не зная об их истинном смысле, считает их банальными сокровищами? – задумался Костя.
– Очень может быть и так, – согласился Вадим, бросив взгляд на Филиппа, – но это ничего не меняет, по сути. Мы все же думали, что сможем как-то вывернуться из этой ситуации, несмотря ни на что, но, увы, не получилось. Из одного из погружений не вернулся двоюродный брат Филиппа, который был у нас руководителем поисков.
– Не вернулся? – Костя посмотрел на Филиппа. – И его не нашли совсем?
– Нашли, – кратко ответил Филипп, – спустя три дня, на отмели в другом озере, с признаками удушья.
– Однако и что же – и в этот раз полиция ничего не стала предпринимать? – Костя уже по-настоящему был заинтригован.
– Ну, дело-то они открыли, но потом, по сути, спустили на тормозах, – поморщился Вадим, – вот потому мы и решили, что лучше действовать только вместе с теми людьми, которым мы можем полностью доверять.
– Лестно слышать, конечно, – покачал головой Костя, – но ведь из меня аквалангист – аховый, я и погружался всего два раза, причем один из них – в тренировочном бассейне.
– Ну, это не беда, – отмахнулся Вадим, – ныряльщики у нас имеются, вот тот же Филипп – профессионал в этом деле, был инструктором по погружениям, участвовал в спасательных операциях. И Аскольд имеет огромный опыт в дайвинге, в самых разных условиях. Но ведь, кроме действия на дне, нам еще нужны и люди, способные быть на подстраховке, а может, иногда и провести разведку, скажем, на берегу. А тебя в этом плане я неплохо знаю, ты очень внимательный и не теряешься в критических ситуациях. И хотя изрядный зануда, но на тебя можно положиться.
– Ну, ты меня прямо огорошил всей этой информацией, – признался Костя, не зная, как ему и реагировать на полученную информацию. – Я, конечно, в общем-то, не против помочь вам, но ведь у меня и времени не так много – только период отпуска, да и ваши надежды на мои способности разведчика, по-моему, сильно преувеличены.
– Ну, это ты просто скромничаешь, – засмеялся Вадим, – а насчет времени – это, может, и не займет долгий его период. Ну, не сильно я тебя загрузил?
– Честно скажу – сильно, – признался Костя. – Конечно, срываться с места и уезжать я не стану, но для начала мне бы оглядеться тут да посмотреть, что к чему, хотя помогать вам я ни в коем случае не отказываюсь.
– И то уже хорошо, – засмеялся Вадим. – Ну, тогда, как я полагаю, сейчас мы покажем тебе, что здесь имеется и где располагается. Затем пойдем на ужин, смею тебя уверить, очень даже неплохой, а после ужина покажем тебе само озеро, да и нашу скромную базу на нем.
Костя поднялся с кресла, вслед за ним встал и Филипп и сразу прошел к двери.
Он вышел первым, а Костя с Вадимом чуть задержались.
– Извини, конечно, но хотел тебя спросить, – начал было Костя и немного замялся.
– Как я понимаю, ты хотел спросить про нас с Ольгой? – посмотрел на него Вадим.
– Это ты сам мне сейчас сказал, – выставил руки перед собой Костя.
– Да все нормально, – улыбнулся Вадим, – вышло так, что я встретил Ильзу, да и отношения наши с Ольгой были уже довольно прохладными в этот момент. С нами начал работать Аскольд, который проявил внимание к ней. В общем, так у нас все и получилось.
– Ага, – только и сказал Костя, – ну, бывает такое.
Рассказ Вадима о таинственных артефактах, вывезенных из Германии в сороковых годах прошлого века, показался Косте вполне достоверным. Во-первых, о чем-то подобном он слышал и другие истории. А во-вторых, такие штуки были вполне в духе Вадима, немалого авантюриста по сути своей.
А вот история с внезапной сменой партнеров показалась Косте какой-то надуманной, тут явно все было сложнее, но показывать эти сомнения в открытую Костя не стал.
Зато у него появилось дополнительное желание поговорить с Витей, а если получится, то и с Никитой тоже.
– Ну, что, двигаем в ресторан, на ужин? – весело спросил Вадим.
В дверях в это время показались Никита, Ринат, Оксана и Ильза. Ольги с Аскольдом не было видно.
– Ну, давайте хвастайтесь, чем у вас тут кормят, – с важным видом сказал Костя, направляясь вместе со всеми к выходу.
* * *
В глубоком подвале красивого здания, похожего на теремок с резными украшениями, на глубине четырех этажей располагалась комната, закрывающаяся двумя стальными дверьми.
В комнате находилось нечто вроде компьютера с большим, почти трехметровым, экраном. При этом экран был изогнутым, и тот, кто сидел перед ним, оказывался как бы в фокусе огромной линзы. Здесь же, в этом же помещении, находились еще какие-то непонятные вещи и приборы.
Некоторые из них были включены и перемигивались разноцветными огоньками.
В комнате стояло два стола и несколько стульев, два из которых сейчас были заняты.
На одном сидел седовласый человек лет этак пятидесяти, очень представительного вида. Человек этот был в глубокой задумчивости.
Рядом с ним сидела женщина примерно такого же возраста, но это можно было бы заметить только при очень внимательном рассмотрении. При беглом взгляде ей можно было дать не более сорока. Выражение её лица было скорее сильно озабоченным какой-то непростой проблемой.
А прямо перед ними, метрах в трех, стоял молодой человек с волосами неестественного белого цвета. Лицо его было совершенно бесстрастным, хотя в глазах было заметно нечто похожее на недовольство.
– Итак, – провозгласил седовласый мужчина, – пришельцы обвиняют нас в непосредственном вторжении на их территорию, и обвиняют вполне серьезно. В то время как мы ничего подобного не совершали, по крайней мере, если речь идет о том случае, о котором упоминают пришельцы.
– Может быть, полукровки из тех, кого изгнали, проявили излишнюю самостоятельность? – с брезгливым выражением на лице произнесла женщина.